Дом с синими ставнями - Ирина Грин
Она замолчала, а затем Ася услышала медленные шаркающие шаги. Они удалялись.
— Лидия Семеновна! — испугавшись, что женщина ушла, Ася отчаянно забарабанила в дверь. — Артему нужна помощь!
— Не нужна ему никакая помощь, — спокойно сказала Лидия Семеновна. — Я за ним слежу. Он просто спит. Все под контролем. — Голос за дверью звучал ровно, даже ласково. — Ты не волнуйся, милая. Я сейчас приготовлю поесть. Вы, поди, голодные с дороги. Супчик у меня есть, вкусный, куриный. И компот из сухофруктов. А Артем поспит еще немного и проснется.
Ася замерла, прижимая к себе Алису. Супчик. Компотик. Еда, которую приготовила женщина, только что признавшаяся, что держит родного внука на транквилизаторах.
— Лидия Семеновна, — осторожно сказала она, — не надо ничего готовить. Мы не голодны. Правда.
— Как это не голодны? — удивилась та. — Ребенку надо есть. Вон как Алиса вертится, проголодалась уже. Я быстро. А ты пока с Артемом посиди.
Шаги стали удаляться.
— Лидия Семеновна! — закричала Ася, колотя в дверь. — Вы же понимаете, что нас будут искать! Уже ищут!
Будто в подтверждение этих слов за дверью раздался звонок ее телефона, лежавшего в сумке.
Это был не Иван и не сотрудники «Кайроса» — каждый из них имел свои рингтоны. «Алексей», — поняла Ася. Телефон замолчал, но через несколько секунд зазвонил снова. И снова.
А потом замолчал совсем — Ася поняла, что Лидия Семеновна отключила его. Она снова застучала в дверь.
— Лидия Семеновна! Вы же понимаете, что скоро здесь будет Иван и полиция.
За дверью почти минуту было тихо, затем раздались шаги.
— На этот случай у меня есть план Б, — четко произнесла Лидия Семеновна.
— Лидия Семеновна! — Ася прижалась к двери, вслушиваясь в тишину. — Если вы сейчас откроете дверь и отдадите нож, все еще можно будет объяснить. У вас же возраст, состояние здоровья, вы не хотели никому зла…
За дверью молчали. Ася представила, как Лидия Семеновна стоит там, в полутемном коридоре, с ножом в руке. Что она чувствует? Страх? Отчаяние? Раскаяние?
И вдруг Асю пронзила страшная мысль. «Клиоридин». План Б. Что, если сейчас, когда все рухнуло и полиция уже близко, она решит…
— Лидия Семеновна! — закричала Ася, заколотив в дверь кулаками. — Не надо! Не делайте этого! Пожалуйста! Мы все решим, я помогу, адвоката найду, вы не одна!
Тишина длилась еще несколько секунд. А потом раздался смех.
Злой, резкий, каркающий смех, от которого у Аси по спине побежали мурашки.
— Дура, — отчетливо произнесла Лидия Семеновна, приближаясь к двери. — Какая же ты все-таки непроходимая дура! Правда считаешь, что я способна на такую глупость, как самоубийство?
Ася замерла, прижимая к себе всхлипнувшую Алису.
— Думаешь, я сейчас возьму и отравлюсь, как какая-нибудь истеричка из мыльной оперы? И брошу на произвол судьбы больную дочь?
— Я… я просто подумала…
За дверью почти минуту было так тихо, что Ася слышала, как где-то далеко за стеной тикают часы. Сердце колотилось, ладони вспотели.
Ася почти физически ощущала дыхание Лидии Семеновны по ту сторону двери — горячее, безумное, опасное.
Затем раздались удаляющиеся шаги.
Ася сползла по двери на пол, прижимая к себе проснувшуюся и капризничающую Алису.
— Алисочка, — прошептала она, качая дочку на руках, — маленькая моя, потерпи. Мы скоро уйдем отсюда. Папа уже едет, он нас заберет. Только потерпи, пожалуйста. Не плачь, моя хорошая, не плачь.
Алиса не понимала. Она продолжала хныкать все громче. Ася качала ее, целовала в макушку, шептала ласковые слова, и слезы текли по ее щекам.
Глава 69
Иван вылетел из офиса первым, уже на бегу нашаривая в кармане брелок автосигнализации. Тимур и Федор едва поспевали за ним.
Машина отозвалась приветливым миганием фар, и через секунду все трое уже загружались в салон.
Федор плюхнулся на заднее сиденье и, даже не пристегнувшись, уткнулся в телефон, прокладывая маршрут.
— Заозерное, — затараторил он. — Сорок километров, если без пробок — минут сорок пять. Если с пробками… — Он запнулся, вглядываясь в карту на экране.
— Если с пробками — что? — рявкнул Иван, выворачивая руль и врезаясь в поток машин.
— Ну… час-полтора, — неуверенно сказал Федор. — Сейчас час пик начинается, народ с работы валит.
Иван выругался сквозь зубы так, что даже Тимур, сидевший рядом на пассажирском, удивленно поднял бровь.
Они проскочили два перекрестка на желтый, потом еще один — уже на красный, чудом разминувшись с начавшим движение грузовиком. Федор на заднем сиденье взвизгнул и вцепился в ручку двери.
— Иван Станиславович! — пискнул он. — Гаишники впереди!
Но гаишников не было, а вот пробка — была. Она возникла внезапно, как стена, за очередным поворотом: вереница машин, застывшая в предвечерней тоске, красные огни стоп-сигналов, нервные водители, выглядывающие из окон.
— Твою ж… — Иван с силой ударил по рулю. — Федор, есть объезд?
Федор лихорадочно тыкал в телефон, увеличивал карту, уменьшал, снова увеличивал.
— Есть, — выдохнул он наконец. — По дворам, через ЖК «Солнечный», там выезд на старую трассу…
— Поехали, — оборвал его Иван, уже выкручивая руль в сторону двора.
Они петляли между высотками, ныряли в арки, разгонялись на пустынных внутриквартальных проездах и снова тормозили перед выскакивающими откуда-то бабушками с палочками. Федор на заднем сиденье зажмуривался, когда казалось, что столкновение неизбежно, но Иван, руководствуясь шестым чувством, проскальзывал в миллиметре от препятствий.
Телефон зазвонил — Кристина.
— Ну что? — выдохнула она.
— В пробке, — процедил Иван. — Объезжаем дворами. Что там?
— Щедрый тоже выехал и местных должен подключить. — сказала она.
— Щедрый уже наверняка на месте, — сказал Иван. — Он со своей мигалкой и крякалкой любого обгонит.
В машине повисла тишина, нарушаемая только ревом двигателя и прерывистым дыханием Федора на заднем сиденье.
Старая трасса оказалась свободной. Иван выжал максимум, и машина полетела над серым асфальтом как пуля. За окнами мелькали перелески, редкие деревни, придорожные кафе с зазывающими вывесками.
— Сейчас поворот, — скомандовал Федор, вглядываясь в карту. — Через километр направо, там указатель на Заозерное.
Иван притормозил ровно настолько, чтобы вписаться в поворот, и они вылетели на узкую дорогу, уходящую в глубь леса. Через пять минут лес кончился, потянулись поля, а потом показались первые дома — покосившиеся заборы, старые пятистенки, редкие фонарные столбы.
Иван сбавил скорость, вглядываясь вперед. И вдруг выдохнул — с облегчением и дикой смесью надежды и тревоги.
Впереди, в конце улицы, почти у самого озера Иван увидел две машины — полицейский уазик и знакомый «БМВ» Щедрого. А рядом — подполковник собственной персоной, в своей вечной кожаной куртке,
