Дом с синими ставнями - Ирина Грин
«Тсс, — прошептала она. — Это секрет. Хочешь поиграть в игру?»
Конечно, Артем согласился. Они поднялись на два этажа, подождали, пока Галина Степановна, которой надоест ждать внука, пойдет за ним. Услышав, как она разговаривает с Асей, они влетели в лифт, спустились, вышли из подъезда, прошли через двор, не глядя по сторонам, свернули за угол, потом еще за один.
Через два квартала Лидия Семеновна остановилась, перевела дух. Предложила Артему воды. «Клиоридин» она всегда носила с собой, что, конечно, очень странно, поэтому я уверен — врет, что не собиралась похищать Артема. Хотела и была наготове.
Артем послушно выпил воду и через пятнадцать минут, в автобусе, уже спал, положив голову бабушке на колени.
Только она не учла, что ей придется ездить к Галине Степановне в больницу и к Асе — ей требовалось быть в курсе поисков, чтобы вовремя заметить опасность. И каждый раз, уезжая, она оставляла Артема одного в запертой комнате, накачав транквилизаторами, чтобы не шумел и не привлекал внимания соседей.
Она не хотела ему зла. Она хотела как лучше. Просто так получилось.
— Но зачем? Зачем ей нужен был Артем? — спросила Ася.
— Кристина, как всегда, была права. — Щедрый отвесил легкий поклон в сторону генерального директора «Кайроса». — Деньги, деньги и еще раз деньги. С шотландским мужем у Нины не заладилось. Она сбежала, прихватив часть его сбережений, и свалилась на голову матери. Рассчитывать на алименты от Джеймса Блэквуда не приходилось. Тот скончался, перед смертью лишив жену наследства. Была ли его смерть делом рук Нины или задавила жаба, когда он понял, что жена обобрала его, — не знаю. Громов тоже вряд ли будет содержать бывшую жену после того, как она при разводе обобрала его как липку. Другое дело, если ей удастся уговорить Артема жить с матерью и установить над ним через суд единоличную опеку. Тогда отцу волей-неволей придется платить алименты. Вот только бабуля не рассчитала, что Нина на почве злоупотребления «Клиоридином» слетит с катушек. Это ставило под угрозу план по возврату внука матери, или, вернее, возврата к тем безбедным временам, когда Илья Громов ни в чем не отказывал своей теще. С одной стороны, Артем уже в том возрасте, когда суд учитывает мнение ребенка о том, с кем из родителей он хотел бы жить. С другой — это мнение важное, но не определяющее. Суд принимает во внимание и другие обстоятельства: возможности родителей, условия проживания, состояние их здоровья — как физического, так и психического. Пришлось поместить дочь в частную клинику и надеяться на ее скорейшее выздоровление.
— Мне кажется, — задумчиво произнесла Кристина, — Лидии Семеновне и самой неплохо бы подлечиться в клинике.
— А вот и нет. — Щедрый решительно покачал головой. — Экспертиза показала — она совершенно вменяема.
— Ну… — с недоверием начала было Кристина, и тут из соседней комнаты донесся отчаянный крик Артема:
— Анастасия Павловна!
Ася, мгновенно побледнев, вскочила, распахнула дверь и застыла.
Алиса стояла у дивана — и ни за что не держалась.
Ножки в смешных меховых тапочках переминались с пятки на носок. Поза была напряженной, как у канатоходца над пропастью. Лицо — сосредоточенное, испуганное и невероятно серьезное.
— Алиса, — тихо позвала Ася.
Девочка сделала неуверенный шаг. Второй. Покачнулась, взмахнула руками — и полетела бы на пол, если бы материнские руки не подхватили ее в последнее мгновение.
— Пошла, — выдохнула Ася, прижимая дочку к груди. — Пошла…
Слезы текли по ее щекам — горячие, соленые, счастливые. Она смотрела на Алису и чувствовала, как вместе со слезами уходят все страхи последних месяцев.
— А я говорила, что все будет хорошо, — раздался голос Кристины.
Ася обернулась и увидела всех своих друзей. Кристина улыбалась со слезами на глазах. Иван стоял в дверях, сцепив руки в замок, и смотрел на них с Алисой с такой любовью, что у Аси перехватило дыхание. Тимур привычно прятал улыбку за внешней невозмутимостью. Федор не растерялся и снимал всю компанию на телефон. Настя, забыв про свой привычный цинизм, сияла как новогодняя елка. Виновник переполоха Артем сидел на диване и с удивлением смотрел на малышку.
Алиса вывернулась из маминых рук, твердо встала на пол и, смешно перебирая ногами, потопала к дивану. Три шага. Четыре. Упала на попу, удивленно оглянулась — и засмеялась.
Звонко, заливисто, победно.
В этот миг Асе вдруг показалось, что она слышит легкий шум крыльев — тех самых, что принадлежат древнегреческому богу счастливого случая Кайросу. Тому, кто пролетает лишь мгновение, но если успеешь его поймать — навсегда останешься счастливым.
Она поймала. Она успела.
И все самое страшное осталось где-то далеко. Впереди — только этот смех, только эти шаги, только жизнь, которая продолжается. Несмотря ни на что. Вопреки всему.
— Ну что, — Иван подошел и обнял ее за плечи, — пойдем чай пить?
— Пойдем, — улыбнулась Ася.
Она подхватила Алису на руки, и они вернулись в столовую, где их ждали друзья, теплый чай и еще целый вечер впереди.
— А знаете, — сказала Ася, усаживаясь и пристраивая дочку на коленях, — мне кажется, это самый лучший день за последнее время.
— Согласен, — кивнул Щедрый, протягивая ей чашку. — За это и выпьем. Чай, конечно. Мы ж за рулем.
Примечания
1
Читайте об этом в романе Ирины Грин «Эффект прозрачных стен».
2
Читайте об этом в романе Ирины Грин «Нарушенная заповедь».
3
Об этом можно прочитать в романе Ирины Грин «Нарушенная заповедь».
4
По этическим соображениям название изменено.
5
Сотрудники патрульно-постовой службы.
