Дневник убитой женщины - Николай Иванович Леонов

есть острова важные и неважные. Каждый клочок суши, к которому тебя прибило океанскими течениями, оставит след в твоей биографии. Об этом следует крепко помнить, чтобы не пришлось бесконечно болтаться по волнам.

Остров семейки Игнатьевых зависит от «мамы Риты», которая надежно скрепляет его, подобно цементу. Перейдет Добрынина в мир иной — и островитяне превратятся в посторонних людей, живущих вместе без любви, в силу привычки. Довольно скоро их разметает волнами по океану кого куда.

— И что говорит по этому поводу психология? — Гуров спросил серьезно, однако вопрос почему-то прозвучал насмешкой. Наверное, потому, что именно так, с иронией, реагирует на каждое Настино мнение Илья, взявший за моду троллить жену.

— Это не предмет для шуток, Лев, — строго пресекла Анастасия. — Психология говорит, что над браком в поте лица работать надо, причем обоим супругам. А мы пальцем о палец не ударили. Видеокамера нас поженила, «мама Рита» благословила наш союз, в итоге получилось виртуальное семейство, которое не разваливается только потому, что актерам лень переходить в новый сериал, лень заучивать новые роли. В старых-то ролях мы сценарий наизусть знаем. Но со смертью Маргариты закончится наша «Санта-Барбара».

— Мне жаль это слышать, Настя.

— А мне жаль так жить.

Психологи тоже люди, они не всемогущи и не умеют творить чудеса. Хуже того, помогая другим, психолог собственную жизнь способен превратить в руины из-за эмоциональных ловушек, а порой из-за банальных, общечеловеческих ошибок. Вот Настя верит, что брак — это работа. Но Гуров многократно убеждался, что так бывает не всегда и не у всех. Каким быть супружеству, зависит от партнеров. Для кого-то семья — это и впрямь работа, к которой нужно относиться серьезно, ответственно, выполняя с мастерством и трудолюбием.

Для других супружество — это взаимная борьба: партнера нужно догнать, пленить, завоевать. Но эта борьба дружеская, спортивная, она ведется по правилам и доставляет обеим сторонам огромное удовольствие. Демонстрация упорства, выносливости и внутренней силы в такой схватке укрепляет супругов во взаимном уважении. Отказ от борьбы влечет утрату уважения и интереса.

Иногда же супружеский союз — это игра, увлекательная, азартная, с высокими ставками, в которой награда — любовь. Партнеры наслаждаются своей игрой, обожают рисковать и выигрывать.

Патологический лудоман, Капустин смотрит на супружество как на игру, в этом можно не сомневаться. Ничем другим представить совместную жизнь с женщиной он не способен. Игнатьева видит брак работой и тоже не приемлет иной точки зрения, даже уразуметь не в состоянии, несмотря на богатую многолетнюю практику психолога. Эти двое неспособны жить вместе. Их действительно поженила камера: Илья играл роль, Настя работала над рекламой. Только в таких условиях партнеры смогли создать семью, в противном случае их хлипкий союз распался бы годы тому назад.

— У меня к тебе последняя просьба, и она напрямую касается расследования, — обратился Гуров к Игнатьевой.

Анастасия отвлеклась от грустных мыслей.

— О чем просьба?

— Марину чем-то следует занять, какой-то осмысленной работой. Например, благотворительностью или любой другой помощью людям. Сейчас Марина себя жалеет, а это деструктивно, не мне тебе объяснять. Причем ситуация у Казарновской такова, что никакой жалости не хватит, следовательно, надвигается серьезный кризис. Втяни Марину в помощь людям, это лучшее лекарство для нее. Увидев бездну чужих страданий, Марина изменится. Как бы ни было плохо человеку, всегда найдется тот, кому хуже. Горести людские безмерны и необъятны. Так Марина переосмыслит собственное горе. И со временем найдет силы познакомиться с родителями Жанны, если они захотят этого, а они захотят, скорее всего.

Гуров опасался, что после случившегося у Марины произойдет тяжелый нервный срыв. Смерть Жанны Рябининой, которую считала дочерью. Предательство и страшное преступление Александрины Калугиной, которую считала проводником к духовному совершенству и очищению. Плюс ко всему подлый обман Анны Коменчук, которой безоглядно доверяла в финансовых вопросах.

Спасти Казарновскую из пучины может только одно: попытаться вылечить не свое, а чужое, но тоже необъятное горе. Неизвестно, учат ли психологов чему-то подобному, а вот оперативники на опыте узнают, как люди справляются с трагедиями.

— Обязательно позабочусь. Сделаю все так, как ты предлагаешь. Твои советы очень мудры, ты мой лучший ученик, должна признать.

Анастасия улыбнулась, опустив ресницы.

— Что у нее с Даниилом? — спросил Гуров.

— Ничего. Но ненависть, кажется, проходит.

— Хорошо бы. Эта ненависть ее разрушала и толкнула в лапы мошенников.

— А куда подевалась Анна? Словно испарилась. Марина сказала, что та уволилась.

— Сбежала с награбленным, не дожидаясь ревизии. Но очень скоро аудиторы проверят бухгалтерию «Сладобреи», и нам предстоит открыть охоту на эту хищницу.

Вкратце Гуров рассказал об интригах и предполагаемом воровстве Коменчук, чем вверг Игнатьеву в шок. Затем разговор вновь вернулся к «безгрешным» людям.

— Стыдно признаться, но я гнала от себя мысль, что Калугина может быть убийцей. Ведь пока она жила под одной крышей с Мариной, Казарновская не чувствовала боли. Но это неправильное желание, и как психолог я обязана была понимать. Мать, потерявшая ребенка, не может не страдать. Такая боль нужна, через нее нужно научиться проходить, потому что горе по ребенку — это высокое проявление материнской любви.

Настя запнулась и посмотрела на Гурова.

— Ты не можешь всегда быть разумным и рассудительным экспертом, — утешил ее Лев Иванович. — Привыкай к тому, что очень часто будешь вести себя как обычный человек. Очень хороший человек, который хочет всех вокруг сделать счастливыми.