Ленты и ножи - Елена Сокол

что она причастна к убийствам.

– Прямых – нет, – ответила Шиманьская, пожав плечами. – Но это ничего не значит, я уже говорила тебе. Девчонка могла сбежать, но не сбежала. Значит, ее что-то держало. Может, чувства к убийце?

– Это не делает ее соучастницей.

– Разве? А если она знала об убийствах? Если она присутствовала? Если помогала скрывать следы? – Касия подхватила ролл, окунула в соус и сунула в рот. – Хотя следов на всех местах преступлений было предостаточно. Взять хотя бы дом супругов Каминских. На столе – потожировые отпечатки, даже сперма. Думаешь, они трахались там до того, как совершили убийство, или после?

– Не исключено, что он насиловал ее, – устало заметил Марк, подцепив палочками ролл.

Касия разлила виски и подвинула к нему стакан.

– Я думаю после. – Она ухмыльнулась. – Непохоже, что у них был какой-то план, они даже не пытались прятать трупы. Обычные мокрушники, которые убивали всех, кто попадался на пути.

– Не думаю, – поправил ее Марк. Он выпил виски и поморщился. – Среди убийств четко прослеживается линия мести. Копач убивал тех, кто причинил ей вред. Девушка для него много значит.

– Я же говорю – парочка убийц.

– Может быть. Но необязательно. Я все еще не разобрался, но мы уже сделали большой шаг вперед. Думаю, в конечном итоге Мара будет сотрудничать со следствием и многое нам расскажет. Пока что она напугана. Если девушка даст показания против своего мучителя, а полиция его не арестует, она будет находиться в смертельной опасности.

– Мучителя, – фыркнула Касия и залпом выпила виски. – Ха, как бы не так. Вот ты вроде взрослый мужик, Новак, а млеешь перед этой ведьмой, словно мальчишка. Они – кровавые любовнички, зуб даю.

– Я просто не спешу с выводами, – попытался оправдаться он, наблюдая за тем, как она разливает виски по стаканам.

– Думай не членом, – сказала детектив. – В моем опыте уже была парочка примеров, где хладнокровная и мстительная женщина обретала власть над более импульсивным и нетерпеливым мужчиной. Что, если Зелиньская указывала ему жертв? А он расправлялся с ее обидчиками.

– Не спорю. Может, и так, – ответил Марк, взяв стакан и опрокинув в себя его содержимое. По его желудку тут же разбежалось приятное тепло. – Моя задача сделать так, чтобы она вышла на контакт со следствием и преступник был пойман и осужден, а ей стало легче. Мара определенно травмирована. Человек не засыпает нормальным, а просыпается убийцей. Это так не работает. Прежде чем почувствовать вкус крови, он долго эволюционирует. И социальная среда, в которой он растет, играет роль. Копача это тоже касается.

– Ну, он-то точно серийный убийца, хоть тут мы сходимся. – Касия умяла ролл и запила виски, даже не поморщившись, словно это была вода. – Ян Копач убивал мужчин. Хладнокровно, с особой жестокостью. Без сексуального подтекста. Но что, если он – сущее зло, а она – талантливый манипулятор, имеющий над ним власть?

Марк пожал плечами. Неприязнь и предвзятое отношение Касии к госпоже Зелиньской вполне можно было объяснить завистью к ее женской красоте. Хотя Шиманьская тоже весьма привлекательная девушка, пусть и грубоватая. И при взгляде на нее у психотерапевта учащалось дыхание.

– Биография Копача – тоже мрак, – заметила Касия. – У матери с отцом его забрали соцслужбы, передали бабушке с дедушкой в Смоленск. Он прожил у них пару лет, затем был передан в детский дом. И тут и там, по слухам, ему приходилось нелегко. Особенно у бабки с дедом: причиной изъятия было указано насилие – они его били и закрывали в холодном сарае, где он сутками находился без еды и воды.

– Идеальная среда для будущего маньяка.

– Да уж.

– Три основных вида матерей, которые могут воспитать маньяка. Бабушку, как женский образ, сюда тоже включаем. – Марк стал загибать пальцы. – Антимать: повторяющиеся сценарии насилия и агрессии. Контролирующая мать: дарящая ребенку чувство превосходства, ограждающая, заставляющая достигать и планировать. И пассивная. Плывущая по течению, не замечающая, как дети начинают переходить границы, и отрицающая все плохое, что видит.

– Бабушка – агрессия, мать – пассивность, – Касия покачала головой.

– Мальчик ждет от мамы безусловной любви – иначе сам никогда не научится любить. Отомстить матери-агрессору нельзя, вот ненависть и выплескивается на других.

– Плюс выживание в детдоме: там тоже жизнь не сахар.

– Кстати, что насчет Нади? Ее местонахождение так и не определили? Она могла бы рассказать о сыне.

– Судя по всему, сбежала, и мы больше ее не увидим.

– На ее месте я бы поехал на родину в Смоленск. Вдруг и дом сохранился? Нужно подкинуть идею Нине.

– Ваши следователи это что-то, – Касия закатила глаза. – Такие неповоротливые, безынициативные. Задержали Зелиньскую – так давите! Выбивайте из нее признание, выдвигайте обвинение! А они церемонятся. В больничку положили, беспокоятся за ее душевное состояние.

– А как твоя служба? – решил сменить тему Марк.

Шиманьская глотнула еще виски и поставила стакан на стол. Стряхнула с губ кунжутные семечки.

– У меня новый напарник. Тот еще тип.

– В каком смысле?

– Ой, неважно.

Марк усмехнулся.

– А знаешь, что важно? – Касия откинула волосы с плеч.

– Что?

– У меня полгода не было секса, и ты единственный симпатичный и одинокий мужчина у меня на примете.

– О… – выдавил он.

– Ты ведь развелся? – уточнила она.

– Да.

– Вот и отлично.

Касия подошла, забралась к нему на колени и поцеловала его. Она приятно пахла и была такой же на вкус. Марк ощутил, как возбуждается.

– Презервативы я захватила, – стаскивая с себя рубашку, пробормотала детектив.

– Как предусмотрительно, – отозвался он.

Ощущение, что его используют, не покидало, но секса хотелось сильнее, чем придираться к ситуации. Теперь лишь бы прошло без осечек.

Глава 42. Калининград

– А, это вы. – Мара вздохнула, увидев психотерапевта в комнате для бесед, куда ее привели. Она натянула рукава на пальцы, тревожно дернула плечами. – Спасибо, что пришли.

На ее лице читалось беспокойство.

– Здравствуйте.

Новак ощутил некоторое облегчение, убедившись, что с ней все в порядке. А еще стыд за то, что провел ночь с другой женщиной, и вот это было уже совсем нехорошо. Чувства к пациентке только мешали делу.

– Вы уже знаете? – Девушка топталась на месте.

– Они предъявили вам обвинение?

– Да, – нервно закивала она.

– К сожалению, так и должно было произойти, – с горечью сказал Марк. – Законом оговорен срок, на который вас могут задержать. По истечении его вас либо должны отпустить, либо предъявить вам обвинение. Почему вы отказались от адвоката?

– Не знаю, – Мара замотала головой, обняла себя руками, словно хотела согреться. – Просто не хотела с ними разговаривать. Ни с