Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

не то сказал?

Он поднял руки в жесте оскорбленной невинности.

Туман, в котором я пребывал с момента приезда, начал понемногу рассеиваться, а мозг помимо воли начал прокручивать всю доступную информацию. Пассажирский лифт работал... Артур заранее знал, как я поднимусь... Алёна не появлялась. Денис отводил глаза... Лера нервничала...

«Нужно было уходить. Прямо сейчас», — забилась в голове мысль, но я задавил порыв сбежать в зародыше.

Кто-то предложил мне выпить. Я отказался и взял воду, лишь бы занять дрожащие руки.

На стене появилась новая фотография. Алёна сидела рядом со мной за партой.

В тот год класс рассадили по двое, а со мной никто не хотел сидеть. Не из-за травли. Я просто постоянно поправлял соседей и жаловался, если они списывали. Алёна тогда пересела сама и сказала: «Ты хотя бы ручки не грызёшь».

Обычная фраза, но я помнил её десять лет.

После смерти родителей она написала: «Если захочешь поговорить, напиши». Я ничего не ответил, но сообщение сохранил.

Возможно, я собрал из нескольких обычных добрых поступков человека, которого никогда не существовало.

— Андрей.

Я повернулся. Передо мной стояла Катя, подруга Алёны. Она выглядела напряжённой и всё время поглядывала в сторону лестницы.

— Алёна хочет с тобой поговорить.

— Почему она сама не спустится? — спросил я, ощутив неведомое тепло надежды где-то в груди.

— Там… сложно. — как-то странно замялась она, но я уже мало чего замечал.

— А что случилось?

Катя поджала губы.

— Лучше сам поднимись. Дальняя комната, направо.

— Катя, — тихо сказала Лера. — Может, не надо?

Та резко посмотрела на неё.

— Я уже сказала Артуру, что это тупая идея.

Внутри у меня всё похолодело.

— Какая идея?

Катя ничего не ответила.

Я мог уйти. И я даже хотел это сделать, ведь уже понял, что что-то тут нечисто. Но надежда — это такая живучая тварь. Ей достаточно одного недосказанного слова, чтобы снова вспыхнуть с новой силой, отравляя разум.

Вдруг Алёна действительно ни при чём? Вдруг она хочет извиниться? Вдруг там происходит совсем не то, что я себе придумал?

Я поправил лямку рюкзака.

— Оставь его здесь, — предложил Денис.

— Он мне не мешает.

Я произнёс это настолько холодно, что он сразу отступил.

— Ладно.

Я поднялся по лестнице. За спиной стало тише, хотя, возможно, мне только показалось.

Возле дальней двери я остановился, вытер ладони о брюки и заставил себя сделать несколько ровных вдохов.

Я открыл дверь.

Алёна стояла возле окна. Я узнал её сразу: короткие светлые волосы, тёмное платье, знакомое лицо, только взрослее и более усталое, чем на фотографиях.

Рядом находился Артур. Он успел подняться другой лестницей или прошёл следом, пока я смотрел на ступени. В комнате стояли ещё двое его приятелей. Один уже держал телефон в руке. Катя вошла за мной и остановилась у двери.

Алёна увидела меня и побледнела.

— Андрей…

— Давайте без соплей, — перебил Артур.

Он шагнул ближе к Алёне и положил руку ей на талию. Она дёрнулась.

— Артур, хватит. Мы договаривались не так.

— Да ладно тебе. Просто фотография на память.

Один из парней поднял телефон.

— Не снимай, — сказала Алёна.

Но недостаточно громко. И недостаточно уверенно.

Артур посмотрел на меня и улыбнулся. Всё стало окончательно понятно.

Алёна знала про грузовой лифт. Знала, что меня позовут наверх. Возможно, думала, что это будет безобидная шутка. Возможно, рассчитывала посмеяться вместе со всеми, а потом сказать, что никто не хотел меня обидеть.

Но она знала.

Артур притянул её к себе. Алёна успела упереться ладонью ему в грудь, но он всё равно наклонился и поцеловал её.

Телефон передо мной поднялся выше. Второй парень засмеялся.

Алёна резко оттолкнула Артура.

— Ты совсем охренел?!

Он отпустил её и только шире улыбнулся.

— Андрей, подожди, — сказала она. — Я не знала, что он…

Звук исчез.

Я видел, как двигаются её губы. Камеру телефона. Улыбку Артура. Его руку, всё ещё лежавшую на её бедре.

Я не услышал продолжения. Развернулся и вышел.

— Андрей!

Катя отступила, пропуская меня. В коридоре один из парней пробормотал:

— Да ладно, это просто прикол.

Другой же ответил:

— Вы чо, совсем охренели?

Я спустился в гостиную. Там уже почти никто не смеялся. Большинство вообще не понимало, что произошло. Несколько человек смотрели в сторону лестницы, ожидая продолжения.

Я схватил куртку со спинки кресла.

— Изотов, стой, — сказал Денис. — Я не знал про эту хрень с поцелуем.

Я открыл входную дверь.

— Андрей! — крикнула Алёна уже ближе.

Не оборачиваясь, я вышел и захлопнул дверь.

До лестницы добрался быстро и почти спокойно. Потом за спиной снова открылась квартира.

— Стой! Андрей!

Это была она.

И я побежал.

Первые ступени пролетел на адреналине. Рюкзак бил по спине, куртка цеплялась за перила, новые туфли громко шлёпали по камню. Спустя пролёт воздух закончился, ещё через один в груди вспыхнула боль, но останавливаться я не хотел.

Я не желал слышать объяснения. Не хотел узнавать, что именно Алёна знала, а чего не знала. Любое объяснение означало бы, что придётся продолжать разговор. Слушать. Отвечать. Снова надеяться.

Проще было считать их всех мразями.

Сколько этажей я пробежал, не помню. Очнулся на знакомой площадке, когда ноги окончательно перестали слушаться.

Я врезался плечом в дверь, распахнул её и вывалился в коридор. Воздуха не хватало. Я согнулся, уперевшись ладонью в стену, и попытался вдохнуть.

Город за окном расплывался. Сначала я решил, что от напряжения, а потом понял, что плачу. Крупные, горячие капли падали на кафель.

Возле ближайшей квартиры стоял курьер в ярко-жёлтой форме. Он протягивал бумажный пакет женщине в домашнем халате. Оба уставились на толстого потного мужика, который с грохотом ворвался в коридор и теперь, задыхаясь, сползал по стене.

Я посмотрел на них. Женщина первой отвела взгляд. Курьер торопливо достал терминал.

Чуть дальше по коридору находился тот самый охранник, что встречал меня возле лифта. Он тоже заметил меня и целеустремленно пошёл в мою сторону.

Наверное, Артур уже приказал выпроводить меня из своего презентабельного мира.

«Прекрасно. Просто прекрасно».

Я достал телефон и открыл переписку с Алёной. Последнее сообщение всё ещё висело перед глазами.

«Жду».

Палец завис над её именем. И уверенно жму. Заблокировать. Удалить чат. Вызвать такси. Вернуться домой. Снять эту одежду. Нет, сжечь её