Влюбленный капитан - Минерва Спенсер
Сара прокусила нижнюю губу до крови.
«Я поранился, когда прыгал из окна, и привлек внимание охранников. Это тогда я впервые встретил лорда Рамзи. Сами знаете, какой он упрямый. Он не отдал меня им.
Мадам Соня, узнав, что случилось в ее заведении, была рада принять его помощь и избавиться от меня. Рамзи устроил так, чтобы тело маркиза нашли в его разбитом экипаже, словно он стал еще одной жертвой ужасных местных дорог.
Остальное вам известно. Я попал в команду Хью и со временем заработал собственный корабль. С каждым годом я все меньше боялся, что кто-то прознает о совершенном мной убийстве, но все же страх был всегда со мной, и я не могу сказать, чтобы меня удивило появление Армана в Лондоне.
Наконец прошлое меня настигло — как раз когда я надеялся освободиться от него и начать новую жизнь с вами».
Сара смотрела на письмо, но видела прекрасное лицо Мартена. «Почему вы мне ничего не рассказали? Почему?»
«Арман заявил, что моя мечта жениться и остепениться неосуществима: мне нет места в Англии. И я знал, что вы ни за что не захотите покинуть семью и жизнь, которую обрели здесь».
— Дубина! — раздраженно выкрикнула Сара.
Из коридора донеслись торопливые шаги, дверь гостиной распахнулась, и возникший на пороге солидный дворецкий спросил, окинув взглядом комнату:
— Мисс Фишер, что-то не так?
Лицо у Сары вспыхнуло. Наверное, она похожа на сумасшедшую.
— Все в порядке, Седжвик. Простите, что напугала вас.
Повисла неловкая тишина, и потом дворецкий, отвесив поклон, тихонько прикрыл за собой дверь.
Сара взглянула на страницу. Осталось всего несколько строчек. Ничего страшного, верно?
«Встретившись с Арманом, я узнал, что он не просто хочет справедливого возмездия для убийцы своего отца, но и мечтает отомстить мне.
Я должен был догадаться, что у Валери от меня ребенок, но, к стыду своему, признаю, что это известие застало меня врасплох. Его зовут Гастон, ему тринадцать лет, он очень красивый и очень похож на меня.
И он, и Валери — собственность Армана, и, чтобы их освободить, я должен за них сражаться. Я не могу снова ее бросить.
Но это еще не все. Арман каким-то образом узнал правду о смерти своего отца, и меня обвиняют в убийстве. Любой, кто захватит меня живым и вернет в Новый Орлеан, чтобы я предстал перед судом, получит солидную награду.
Я — беглый преступник, а говорю вам об этом для того, чтобы вы поняли, почему для вас будет лучше, если я уеду. Возможно также, что я погибну, поэтому я хочу, чтобы вы узнали правду не из сплетен, а от меня лично.
Завтра я встречусь с Арманом на дуэли за свободу моего ребенка, его матери и меня самого, так что…»
Сара схватила остальные листки и проверила каждый — ни на одном не было даты.
Дуэль? Она уже произошла? Или только должна произойти?
Она вскочила на ноги, и листки выпали из ослабевших пальцев.
Как он мог так с ней поступить?
— Ты заносчивый осел! — Сара бросилась к звонку и дернула с такой силой, что бархатный шнурок оторвался и остался у нее в кулаке.
Дуэль? Его сын? Эта женщина? Теперь он что, женится на ней? Почему Саре никто ничего не сказал? Конечно же, Хью обо всем известно, а если об этом знает Хью, значит, знает и Дафна. Почему никто ничего ей не сказал?
Сара смотрела на исписанные листки бумаги, рассыпавшиеся по дорогому ковру, и в ней разрасталась ярость. Как смеет Мартен за нее принимать решения?
Дверь опять открылась, и возникший перед ней лакей устремил взгляд на шнурок от звонка у нее в руках.
— Да, мисс Фишер?
— Передай на конюшню — пусть приготовят почтовую карету.
Взгляд лакея метнулся к предвечернему небу за окном гостиной.
— Почтовую карету, мисс?
— Да, почтовую карету.
Молодой человек в нерешительности переминался с ноги на ногу.
— Не волнуйся, я поговорю с дядюшками: у тебя не будет неприятностей.
Морщины озабоченности исчезли с его лба.
— Очень хорошо, мисс. Могу я передать кучеру, как далеко вы поедете?
Сара собрала с пола бумагу и мрачно улыбнулась слуге.
— Передай, что путь может оказаться как совсем коротким: до Давенпорт-хауса, — так и очень долгим — до Истборна.
Глава 31
Мартен не слишком удивился, когда, открыв дверь кареты Эксли, обнаружил внутри Рамзи. В карете горел маленький фонарик, но Мартену не было нужды видеть лицо наставника, чтобы понять, что тот зол.
Мартен повернулся к Эксли, который лишь поднял изящную руку в черной перчатке.
— Не хмурьтесь и не вините меня, Бушар: Рамзи все узнал не от меня.
Мартен опустился на сиденье рядом с маркизом. Рамзи занимал всю противоположную скамью, и колени его почти подпирали подбородок — лишний повод для него пребывать в дурном настроении.
— Откуда вы узнали? — спросил Мартен.
Лицо Рамзи превратилось в суровую непроницаемую маску, которая обычно заставляла в страхе бежать от него. Мартен должен был признать, что ему не нравится, когда на него бросают такие убийственные взгляды. Вот и еще один человек мечтает его прикончить.
— Шенье растрепал про дуэль по всему городу. Можешь себе представить, как я был удивлен, узнав от постороннего человека в Бруксе, что мой чертов протеже собирается драться на дуэли.
Мартен улыбнулся: надо же — протеже.
— Не понимаю, откуда у тебя на лице эта возмутительная улыбочка, но я без труда могу ее стереть.
— Вы мне не отец, сэр Рамзи! — сорвался Мартен, ощетинившись в ответ на тон наставника.
— Нет, но я ближе всего к тому, чтобы им быть, черт возьми. — Барон подался вперед, так что они почти столкнулись носами. — Думаешь, я тебя спас когда-то, а потом больше десяти, черт побери, лет терпел твои выходки, чтобы ты вот так запросто расстался с жизнью?
— Слово «запросто» тут неуместно, вы, упертый, узкоголовый…
— Узколобый, — прозвучало тихо, — с таким звуком бритвенно-острый кинжал выскальзывает из кожаных ножен.
— Что? — переспросили Рамзи и Мартен хором.
Эксли жутковато улыбнулся.
— Узколобый, а не узкоголовый, но это не принципиально. Не скрою, я бы с удовольствием понаблюдал, как вы собачитесь, вцепившись друг другу в волосы, но у нас нет на это времени. — Он перевел взгляд с Мартена на Рамзи. — Если Бушар победит на дуэли, женщина и его сын получат свободу, а если проиграет, вся его собственность перейдет к Арману,
