Только с тобой. Антифанатка - Анна Джейн

Один, второй, третий… Я пошла открывать после четвертого. Это была моя маленькая месть — он ведь тоже не сразу ответил на мой звонок.

— Почему так долго, лапуля? — фыркнул Кирилл и оттолкнул меня, чтобы войти в квартиру. Он был мокрым после дождя, взъерошенным и злым. И энергетика от него исходила темная и тяжелая, подавляющая.

— Как смогла, так и открыла, — дерзко ответила я. — Где был?

— В баре. Пил. Один. А может быть, и не один. — Он коротко хохотнул. — А что? Будешь пилить меня?

Я бросила на него быстрый, полный презрения взгляд и вдруг поняла, что его скула разбита — на ней была кровь. Кровь была и на костяшках пальцев — засохшая. А вот джинсы были в грязи. Обалдеть, во что он ввязался? Надеюсь, цел. Вроде бы двигается нормально.

— Дрался? — только и спросила я, а Кирилл подошел ко мне и издевательски пощекотал под подбородком. Пальцы у него были ледяные.

Я отпрянула. Сначала он этими пальцами свою Катю гладил по волосам и лицу, а теперь меня? Стало противно.

— Все еще играешь роль моей маленькой рыжей женушки? — проговорил Кирилл, глядя мне в глаза с кошачьим прищуром.

— У тебя денег столько не хватит, чтобы я роль твоей женушки играла, — бесстрашно парировала я, преграждая ему путь на кухню. И повторила свой вопрос: — Дрался?

— Отойди, — поморщился Кирилл.

— Отвечай мне — ты дрался?

— Дрался. Довольна? Теперь дай пройти.

— С кем дрался?

— Со своей тенью.

— Видимо, только с ней ты и можешь драться!

— Чем ты недовольна? Какого дьявола пристала ко мне? Что тебе-то от меня нужно?

— Ты мог сказать мне, что уходишь! — выкрикнула я. Боже, я ведь так волновалась за него!

— Я обязан отчитываться? Не забывайся, — процедил сквозь зубы Кирилл. — Хватит меня бесить. Уйди!

Без особых усилий Кирилл отодвинул меня и прошел на кухню. Прямо в грязных кроссовках. На светлом керамограните остались темные следы. И это опять должна убирать я? Катеньку убирать он явно никогда не заставлял. Казалось, какая-то глупость — подумаешь, следы, но злость во мне вспыхнула с новой силой.

Я пошла следом, ненавидя этого человека всем сердцем.

Кирилл включил свет, распахнул холодильник и достал бутылку холодной воды. Сев на стул, он стал жадно пить.

Я наблюдала за ним, скрестив на груди руки.

— Оставь меня одного, — повелительно махнул он рукой.

— Нет уж. Сначала я выскажусь. Ты поступил по-свински, исчезнув без предупреждения, — сказала я дрожащим от злости голосом.

— А я привык быть свиньей.

— Я понимаю, что ты поехал за женским вниманием, но мог хотя бы записку оставить!

— А может, ты просто ревнуешь, а? — обидно рассмеялся Кирилл. — Может быть, ты хотела оказаться на ее месте?

Меня словно током ударили, и фантазия снова подкинула картинку, на которой Кирилл целует свою Катю, взяв ее лицо в свои ладони, но я постаралась сохранить спокойствие.

— Не думаю. Кстати, кажется, я знаю, с кем ты дрался.

— Уйди, Наташа. Я прошу тебя по-хорошему. Не хочу играть в твои глупые игры.

— Наверное, за Катенькой приехал Антон и врезал тебе? — довольно-таки неприятным тоном спросила я и широко улыбнулась, видя, как меняется лицо Кирилла. Ярость и отвращение исказили его. В глазах появилась беспробудная тоска. Злая, холодная, гнетущая. Атмосфера на кухне накалилась до предела, и, кажется, даже свет померк.

— Что ты сказала? — тихо спросил Кирилл.

— Антон. Наверное, это был он. Жених приехал за своей невестой. Вау. На его месте я бы тоже вмазала тебе.

Я знала, что не должна была говорить этого. Знала, но не смогла промолчать. Мне хотелось сделать ему больно.

— Какой, к чертям собачьим, Антон?! — закричал он оглушающе громко, вскакивая и переворачивая блюдо с пирожками, которое стояло на столе. Пирожки, которые я с такой любовью лепила и пекла, оказались на полу. Цветы тоже упали.

— Осторожнее! Что ты делаешь?!

— Не упоминай при мне его имя!

На шее Кирилла выступили вены. На виске забилась жилка.

— Тише веди себя. Ты не на стадионе перед преданными фанатами. Надеюсь, ты оказался сильнее, — ослепительно улыбнулась я, понимая, что все-таки задела его.

Кирилл вдруг оказался рядом и прижал меня к стене, упираясь в нее кулаками. Заключив в ловушку, он склонился к моему лицу. Его щека едва касалась моей скулы. Я слышала его прерывистое от ярости дыхание. И чувствовала едва заметный запах алкоголя. Все-таки пил.

И целовал Катю.

— Не. Упоминай. Его, — прошептал Кирилл мне на ухо, прижимая к стене. — Никогда. Поняла?

Он вдруг коснулся моих волос. Провел по ним. Шумно сглотнул.

— Ты меня поняла? — его шепот пробирал до мурашек. — Ты меня слышишь? Ответь. Ответь мне.

— Убери руки, — приказала я, чувствуя предательскую слабость в ногах.

— Сам буду решать, что мне делать. Без тебя, — прошипел Кирилл.

— Ах, да. Я же никто, — прошипела я, чувствуя двойственное желание — ударить его и обнять одновременно. — Не жена и не девушка. Так, обслуживающий персонал.

— Думаешь, я был с ней? — невпопад спросил меня Кирилл. — С Катей, да? Нет, я не был с ней. Откуда ей здесь быть, глупая? Она со своим женихом. Готовится к свадьбе.

Он вдруг обнял меня. Заключил в объятия и уткнулся лицом в мое плечо. А я учуяла едва заметный запах духов. Женских. Сладких. Дорогих. Мгновение назад я готова была обнять его в ответ, но теперь не могла сделать этого. Если он был не с этой Катей, значит, с другой.

— Убери руки! Оставь меня! Не трогай! — закричала я, и Кирилл от неожиданности отпустил меня, а я убежала в свою спальню.

Глава 29

Пару часов я не могла заснуть. Слова Кирилла, его поведение, голос, черты, даже его пронзающий насквозь взгляд! — это преследовало меня, как кошмар. Я все отчетливее понимала, что видела в нем не только работодателя, а мужчину. Но также отчетливо я понимала, что между нами слишком большая пропасть — если я попытаюсь перепрыгнуть на его сторону, то упаду и исчезну в бесконечном эхе и тьме, что клубится на дне этой манящей пропасти. Известный музыкант,