Только с тобой. Антифанатка - Анна Джейн
— Куда ты пропал? Я проснулась, а тебя нет. Все хорошо? — продолжила я.
— Все отлично, лапуля, — ответил Кирилл. Женский смех стал громче и игривее. Я нахмурилась — он что, с женщиной?
— Уверен, что отлично? — коротко выдохнув, спросила я. — Где ты находишься?
— Не понял. Я должен отчитываться? — холодно поинтересовался он. — Ты мне кто, жена? Девушка? Ну, кто?
— Ты пьян? — догадалась я вдруг. Страх, что я испытывала за него, пропал, и во мне начало медленно просыпаться бешенство.
— Ну так. Немного.
— Понятно, — процедила я сквозь зубы.
— Понятно? Ненавижу слово «понятно», потому что ни фига не понятно. Тебе, лапуля. Тебе не нравится, что я пьян? Или что я с другой?
Девица рядом с ним снова вскрикнула и снова рассмеялась — звонко, словно колокольчик.
— Катя, малышка моя, осторожнее, — рассмеялся Кирилл, и у меня перед глазами появилась алая пелена. Катя? Та самая Катя? Его любовь?
Я вспомнила ее, ту нежную девушку с темными длинными волосами. И то, как Кирилл смотрел на нее тогда, стоя посреди дороги. Стало безумно обидно, будто бы я действительно была девушкой Кирилла, и он действительно променял меня на свою бывшую.
— Иди ко мне, садись рядом, — продолжал Кирилл. — Я скучал.
Девушка что-то тихо ему сказала, но я не разобрала ее слов.
— Ты еще тут? — вспомнил о моем существовании Кирилл. — Так что там тебе не нравится? Давай, по существу. Тезисно.
Его тон казался приказным. Вот дрянь, а!
— Что мне не нравится? — выдохнула я. — Мне не нравится, что ты свалил, не сказав ни слова, козел. Мог сказать, что сваливаешь к своей любимой. Почему я должна сидеть и ждать тебя, как дура? Кого ты из себя возомнил?
— Возомнил? Твоего работодателя, — ответил Кирилл. — Что еще тебя не устраивает?
— Ты меня не устраиваешь.
Я не дала ему возможности ответить — выключила телефон и отдала Мише, который как раз проводил покупательницу.
— Урод, — сама себе сказала я, громко вдыхая воздух носом.
— Спасибо большое, у меня, как назло, телефон сломался, — соврала я, чувствуя, как кровь приливает к щекам от злости, что окутала меня своей прочной сетью.
— Был рад помочь.
Сжав кулаки, я повернулась и пошла к выходу из салона, но Миша догнал меня.
— Наташа, — схватил он меня за руку, и я непроизвольно одернула ее.
— Что?
— Извини, не хотел тебя пугать, — потупил взгляд Миша. — У тебя проблемы?
— С чего ты решил? — нахмурилась я.
— Слышал твой разговор. Это было не специально, — молитвенно сложил парень руки у груди. — Просто ты говорила громко… Твой парень не очень хорошо себя ведет?
— Можно сказать и так, — усмехнулась я.
— Обижает тебя? — нахмурился он.
— Бывает. Но это мои проблемы. Наши, — поправилась я.
— Он тебя бьет? — вдруг спросил Миша, и я от неожиданности рассмеялась. Кажется, хозяин цветочного салона решил, будто бы мой парень — абьюзер. Не объяснять же мне ему, что на самом деле мы никакая не пара.
— Нет. Он меня не бьет. Если б бил — я бы ему руки оторвала, — ответила я. — Просто он… козел. Вот и все.
— Изменяет тебе? — не отставал Миша.
— Давай не будем об этом? — устало попросила я. — Спасибо тебе еще раз большое! Ты очень хороший. И напоминаешь мне подсолнух.
Мы улыбнулись друг другу, и я ушла.
Дождь лил как из ведра, и, хотя до дома было рукой подать, я успела изрядно вымокнуть, что разозлило меня еще больше.
В квартире, сидя на подоконнике, я стучала пальцами по колену, не понимая, что со мной происходит. Я чувствовала ревность — ощущение давно позабытое, но яркое. Она колола меня, будто шерстяным платком по обнаженным ногам, щипала за щеки, словно февральский мороз, впивалась в грудь тонкими спицами. Я понимала, что наши отношения — это фикция, спектакль, вынужденная мера, но мне было ужасно неприятно, что Кирилл вот так поступил — просто сбежал из квартиры, оставив меня одну. И поехал на встречу со своей Катей. А она? Что она? Дура она! У нее же свадьба с этим ее высокомерным блондином! Неужели бросила его ради Кирилла?
Наверное, моей ошибкой было то, что в какой-то момент я все же поддалась очарованию Кирилла и неосознанно поверила ему — в то, что он меня действительно защитит. Я так хотела, чтобы рядом оказался тот, кому я могла доверять и на кого бы могла положиться, что приняла за такого человека Кирилла. Как же глупо было повестись на его широкие жесты и веселые улыбки!
А он? Он сразу забыл обо всем, стоило только этой Кате оказаться рядом! Даже разговаривать со мной нормально не стал. Говорил таким нехорошим тоном, будто бы презирал.
За окном стало темно. На столе высилась гора пирожков, в духовке томилось мясо, в холодильнике — салат и чизкейк. В пустой квартире все еще пахло свежей выпечкой, и что-то почти беззвучно бормотал телевизор. Я ходила из угла в угол, ужасно злая и готова дать Кириллу отпор, когда он вернется. И… если вернется. Вдруг он со своей Катей останется ночевать в каком-нибудь шикарном номере отеля с видом на Красную площадь.
Моя фантазия снова сработала на отлично — подкинула мне картинку, в которой Кирилл и Катя находились в полутемной комнате. Не прерывая поцелуй, он вел ее к огромной кровати с полупрозрачным балдахином… Они оторвались друг от друга, Катя толкнула его в грудь ладонями, и Кирилл упал спиной на кровать, не сводя с нее влюбленных глаз и улыбаясь. А она, распустив волосы, грациозно, словно кошка, двинулась к нему и…
— Хватит! — сама себе сказала я, умирая от этой неожиданной ревности.
Да пусть они делают, что хотят! Мне должно быть безразлично на это. Без-раз-лич-но. Он ведь мой работодатель — сам так сказал. А я не собираюсь с ним спорить. Дождусь, когда срок нашего дурацкого договора закончится, заберу свои деньги и уеду.
Мои мысли прервал звонок
