Врач. Измена. Точка! Это конец! - Анастасия Леманн
Я пыталась разговаривать грубо, но Вероника много пережила! Её вовремя забрали в приёмную семью! Директриса детского дома её цыганам продать хотела! В районе, кстати, рядом с поликлиникой! Руководство сменилось, а до сих пор дурная слава о детском доме!
Внутри всё сжимается.
— Ворона! — непроизвольно шепчу я.
Демид странно смотрит на меня.
— Воронова Маргарита Дмитриевна! Ворона! Вы знакомы?
Я машинально киваю и прижимаюсь к забору. Конечно, знакомы, ещё как знакомы...
ГЛАВА 14.1
— Давай в пятницу посидим, поговорим! Прости, что так вышло! Спасибо тебе! Будешь дома — позвони, пожалуйста!
Демид крепко сжал мою руку, а я от неожиданности даже растерялась.
— Спасибо тебе за всё! Забудь, что произошло там! Если хочешь поговорить, я всегда рядом!
Демид отпустил мою руку, а машина с шофёром выехала за ворота. Сердце стучало всё сильнее и сильнее.
Я ехала через снежный лес, по заснеженной дороге, откинувшись в машине на роскошном кожаном сиденье, а в руках — шикарный букет красных роз. Может, сфоткаться? Смешно. Шофёр спокойно вёл машину, и ему, конечно же, не было дело, сфоткаюсь я или нет.
Нет, не буду.
Написав Софе, что скоро буду, продолжила смотреть в окно.
Демид был первым человеком, не считая моей семьи, кому я открылась.
Я рассказала личное про Ворону, сама того не ожидая, а он курил и слушал меня. Он выслушал меня.
Стас последнее время меня вообще не слушал, а про последний год я молчу.
Он был занят другим, у него была другая жизнь, в сценарий которой меня забыли вписать.
Телефон на коленях оживает. А вот и Стас. Нет, не сейчас, сейчас я не готова.
У дома я, придерживая руками цветы и заранее достав ключи, направилась к подъезду. Вроде элитный район, а здесь забытые пятиэтажки, десятиэтажка, где мы жили. Скорее бы уехать.
Я очень хотела уехать домой, хотя всё оформлено на Стаса. У меня своя квартира, тоже в не старом доме и хорошем.
Может, туда?
Я не знала, но очень хотела покоя, спокойно развестись, как бы больно ни было, и жить.
— Какая девушка! Кто же вам такие цветы подарил?
Я резко затормозила. От лавочки, где сидели с водкой и нехитрой закуской, а ещё полтарашками пива, несколько, отошёл один.
Он нагло смотрел на меня, а я понимала, что шофёр уже уехал. Народу не было никого. В это время здесь фонари-то плохо работают, не то что в такой мороз и заснеженную погоду кто-то выйдет.
Главное, чтобы Софа не выбежала, увидев всё это с балкона. Она у нас девочка бесстрашная. Хоть бы она догадалась позвонить отцу, а не бросаться мне на помощь.
— А красавица немая?
Резкий визг тормозов заставил меня обернуться. У дома затормозила иномарка, и оттуда вышел мужчина лет пятидесяти, может, пятидесяти пяти. В дорогом френче, с шарфом на шее и запахом хорошей жизни, элитного парфюма и хороших сигарет.
Я во все глаза смотрела на него. В машине ещё кто-то был. Он показал знаком оставаться на месте и сделал ко мне несколько шагов.
— Молодые люди, вы чего даме пройти не даёте? — низким, чуть с хрипотцой голосом поинтересовался он.
Гопники встали, а тот, который стоял напротив меня, криво усмехнулся, демонстрируя жёлтые гнилые зубы. Меня аж передёрнуло от отвращения.
— Дядя, тебе че...
Слова застревают у него в горле. Он так резко меняется в лице, что меня это удивляет. Я со своим букетом, в норковой шубе, вообще здесь не смотрелась. Что-то знакомое мелькнуло в лице мужика... Холодные глаза, высокомерные, надменные...
— Скорпион, прости! Прости, бес попутал, прости!
Чуть ли не в присядку, гопник спешно подхватил водку и, забыв про запивон и нехитрую закуску, ретировался с места, а с ним и его братва, если их так можно назвать.
Я во все глаза смотрела им вслед. Однако. История набирала интересный оборот, даже слишком.
— Простите, я не знаю, кто вы, только то, что вы Скорпион, но благодарна!
Он усмехнулся. Красивые, но резкие черты лица. Такие знакомые. Такое чувство, я знаю этого человека, только вот кто он...
— Меня зовут Кирилл! Благодарить меня не за что! Присядем?
Он показывает на лавочку, а моё сердце почему-то сжимается.
— В машину не зову — не сядете, но вижу, что замёрзли! Может, в кафе?
— Меня дома ждёт дочь, и, простите, я вам благодарна, но я не знакомлюсь!
Кирилл усмехается.
— Я не с этими мыслями! Их у меня даже в голове не было! Разговор длинный, вы замёрзли!
— Вы хотите со мной поговорить?
Кирилл пристально смотрит мне в глаза, а мне почему-то кажется, что я его слишком хорошо знаю, очень...
— Да! Вот и встретились, дочка! Я Кирилл Новиков, твой отец!
Розы падают из рук на снег. А правда красиво, не зря придумали Белоснежку... Перед глазами всё плывёт... Это что такое, только этого не хватало...
ГЛАВА 14.2
Я с трудом открываю глаза. Голова-то как болит... Что со мной, что это такое... У меня всё сильнее и сильнее темнеет в глазах.
— Мама, ты как?
Сажусь на кровати. Я на своей кровати.
— Пришла в себя?
Голос Кирилла Новикова заставляет вздрогнуть. А он что здесь делает в моей квартире?
— Что вы тут забыли?
— Мама, он тебя без чувств принёс! Я испугалась! Сейчас я чай с мятой заварю! Ты лежи!
Софа убегает на кухню, а я мрачно смотрю на Кирилла, который садится в кресло.
— Взрослая такая! У меня такая взрослая внучка! С ума сойти, я всё пропустил!
— Ваша дочь беременна, у вас всё впереди!
Только сейчас понимаю, кого он мне так напоминает. Дочку свою, снежную королеву с таким же ледяным светлым взглядом. Высокомерным и холодным. Новиков...
— Если это шутка, вам не поздоровится! Вас дочь подослала?
Софа чем-то гремит на кухне, а Новиков откидывается в кресле.
— У меня документы есть! Я тебя много лет искал! Тебя украли, девяностые... Одному Богу известно, что творилось! Перестрелка лютая была! Тебя Олесей назвали! Мама твоя!
— А вот и я с чаем! Мама, у тебя давление поднялось! Я там шарлотку поставила! Пейте, Кирилл Дмитриевич, спасибо вам, что маму нашли!
Софа вновь убежала на кухню, а я вдохнула запах шарлотки. 23:00, ей спать пора, поздно для пирогов.
— Намекаешь, что пора? — усмехнулся Новиков. — Документы могу все показать! Тебя мама Олесей назвала!
Я во все глаза смотрела
