Просто ещё одна летняя влюбленность - Лира Пэриш
— Проблемы в раю? — спрашивает Адам с крыльца, пока я поливаю подвесные корзины.
— Прости?
Адам прислоняется к перилам, скрестив руки.
— Я видел, как он на тебя смотрел, Вен. Я ни с кем не был после нас. Я ждал...
— Не надо.
Он выдыхает.
— Я всегда знал, что ты та единственная для меня, Венди. Жизнь без тебя не та, и мне так чертовски жаль, что я причинил тебе боль.
Он тянется ко мне, и я отстраняюсь.
— Ты не можешь просто появиться, извиниться и ожидать, что все вернется на круги своя, Адам.
— Кто ты?
— Женщина, которой я была до того, как мы встретились. — Это жестко, но это правда. Когда я была с ним, часть меня стерлась.
Бабуля зовет меня по имени, и я ухожу от него.
Остаток субботы перетекает в воскресенье, и Адам вписывается в «Сисайд», будто он здесь свой. Он завтракает с Пчелками и гуляет с бабулей по пляжу. Он даже пытается быть дружелюбным с Джози и Миа, которые отмахиваются от него, будто он неудобство.
Бабуля находит меня в столовой, складывающей салфетки. Она выдвигает стул рядом со мной и садится. Я провожу большим пальцем по сгибу.
— Венди, Адам сожалеет, что отпустил тебя. Он сказал, что это была самая большая ошибка в его жизни, и он здесь, чтобы все исправить.
— Конечно, он так сказал.
— Мужчина не прилетит через всю страну просто так. Он борется за тебя.
— Мне не нужно, чтобы кто-то за меня боролся. — Мой голос ровный, но я раздражена. — Меня не нужно спасать, бабуля. Я бросила все в Калифорнии. Мою работу, мою зарплату, и его заодно. Я хотела попробовать отношения на расстоянии, а он эгоистично сказал нет. Он не выбрал меня первой. Я не хочу быть с кем-то, кто не готов попытаться. Слишком поздно.
Бабуля изучает меня.
— Я не говорю, что тебя нужно спасать, дорогая.
— Звучит именно так. Он появляется с извинениями, и вдруг все рисуют это как историю любви. Это не так. — Мои пальцы переплетаются. — Никто не пришел меня спасать. Я спасаю себя сама.
Ее лицо смягчается.
— Я не знала подробностей. Ты никогда не рассказывала мне, что произошло между вами. Но пять лет — слишком долгий срок, чтобы тратить их зря.
— Скажи это ему.
Она протягивает руку и берет мою ладонь.
— Ты знаешь, что для тебя лучше. Я уважу это.
— Спасибо. Хотя бы раз.
— Но для протокола, — говорит она, поправляя блузку, — мы не исключаем тебя из нашего списка сватовства.
— Ты меня бесишь.
— Тебе нужно немного пожить, детка. — Она смотрит на меня поверх очков для чтения. — Наслаждайся, пока не стала старой, как я. А затем еще больше.
Позже тем вечером я сижу на кровати и смотрю на стену, которая отделяет меня от комнаты Адама. Картер почти не разговаривал со мной два дня. Он отстранился, чтобы дать мне пространство, но это последнее, чего я от него хочу. Я беру телефон и пишу ему.
Я смотрю на сообщение, видя, что оно доставлено. Я жду ответа, но ничего не приходит.
Вырывается прерывистый вздох, когда я блокирую телефон. Через две секунды дверная ручка поворачивается. Картер заходит внутрь со скрещенными руками. Он достает телефон и пишет мне в ответ.
Я встречаю его взгляд.Картер читает сообщение и не может сдержать улыбку, которая так, блядь, заразительна. Он крадется по полу и садится на край моей кровати. Его рука скользит по моей шее, и он наклоняется, чтобы прошептать мне в ухо:
— Я выбираю тебя.
Он целует меня, медленно и собственнически, пока его руки скользят по моей спине. Он укладывает меня на кровать, подкладывая руки под мою задницу, придвигая меня к краю.
Картер осторожно стягивает с меня шорты и трусы, затем опускается на колени, чтобы поклоняться мне. Я прикусываю нижнюю губу, напряжение в моем теле мгновенно ослабевает, когда его рот оказывается на мне. Его пальцы скользят по моей тазовой кости, и его глаза не отрываются от моих.
Двух минут достаточно, чтобы я начала задыхаться, пытаясь быть тихой, зная, что мой бывший в соседней комнате. Картер прикладывает палец к губам, прежде чем вернуться между моих ног. Я качаю головой, усмехаясь. Он кивает, затем снова ныряет лицом между моих бедер, доводя меня до края снова. Я стону и пытаюсь заглушить это кашлем, одновременно пытаясь не рассмеяться. Я кончаю три раза, прежде чем он раздевается и дает мне свой толстый член. Его движения медленные, чтобы пружины не скрипели, и я наслаждаюсь каждой секундой. Вскоре он дрожит.
— Ты принадлежишь мне, — шепчет он мне в ухо, изливаясь внутри меня.
В час ночи он уходит. Я ною и чувствую удовлетворение, зная, что сделала правильный выбор. У нас с Адамом может быть общее прошлое. Но у нас с Картером есть страсть и глубинное понимание друг друга. Не говоря уже о том, что секс невероятен.
Он сказал, что мы поговорим после того, как Адам уедет. Надеюсь, он хочет сказать мне, что останется после третьего августа.
Глава 21
Прежде чем выскользнуть из кровати, я убеждаюсь, что Венди действительно спит. Когда я подтверждаю, что ее дыхание ровное, а глаза закрыты, я натягиваю шорты и нахожу рубашку на полу. Я поворачиваю ручку и открываю дверь медленно, чтобы не шуметь. То же самое делаю, закрывая ее, когда выхожу в коридор.
Когда замок щелкает, я оглядываюсь и вижу Адама, наблюдающего за мной со скрещенными на груди руками в дверном проеме его комнаты. На его лице смесь ярости и поражения.
Он не спал, он слушал.
Отлично. Теперь он знает. Больше никаких догадок, кому принадлежит Венди.
Мы смотрим друг на друга. Мои глаза привыкают к темноте, и я не отвожу взгляда. Надеюсь, он чувствует на мне ее запах. Она сказала мне, что он никогда не делал ей минет. Пять лет с Венди — и он не удосужился доставить ей удовольствие. Адам никогда, блядь, не заслуживал ее.
Моя челюсть сжимается, когда я думаю об этом.
Никто из нас не говорит, в основном потому, что
