Его фанатка - Анна Джейн
— Сам так сам, — кивнул Фил.
— То есть, ты хочешь сказать, с мелкой у тебя серьёзно?
— Серьёзно.
— Насколько? Хочешь жениться на ней, завести детишек, построить дом и купить собаку? — прищурился Игорь.
— Честно? Не знаю, что будет дальше, и не хочу загадывать, — пожал плечами Фил. — Мне хорошо рядом с ней. А ей — со мной, несмотря на то, что она всё обо мне знает. Надоело быть одному. Хочется стабильности. Я повзрослел, да? — неожиданно улыбнулся он брату.
— Я бы сказал — постарел, — коротко хохотнул Игорь. — Но дело, как говорится, хозяйское. Если тебе хорошо с мелкой, я буду только за. Живите и размножайтесь, дети мои.
— А ты сам не хочешь остепениться? — вдруг спросил Фил.
— Быть с одной женщиной всегда — сомнительное удовольствие, — заявил его брат.
— Когда ты был влюблён в ту девчонку, Ульяну, ты хотел провести с ней всю свою жизнь, — заметил Фил. Ульяной звали первую и, наверное, единственную любовь Игоря. Она и её сестра-близняшка развлекались тем, что по очереди встречались с парнями, и Игорь стал одной из жертв — и только потому, что им стало интересно: а сможет ли тот, у кого есть брат-близнец, раскусить их. Игорь не смог. Сначала это была игра, а потом Ульяна по-настоящему влюбилась в парня и стала встречаться с ним. Однако в итоге Игорь узнал правду, бросил её и поклялся, что никогда больше любить не будет. Он был так обижен, что сам какое-то время развлекался с девушками, встречаясь с ними в разных ипостасях. Позднее эту забаву подхватил и Кей.
— Сколько мне было лет? — поморщился Игорь. — Я совсем пацаном был. Надел розовые очки и решил, что этот мир населён феями и пони. Кстати, я недавно нашёл её страницу. Случайно, разумеется.
Фил чуть приподнял бровь.
— Да ты что? И что ты узнал о ней?
— У неё двое детей, она в разводе, снимает квартиру и поправилась размера на четыре, — жизнерадостно сообщил Игорь. — А я рок-стар, путешествую по всему миру и веду свой блог. Такой лол. Она ведь могла жить совсем другой жизнью со мной.
— А ты уверен, что у тебя была бы такая жизнь, если бы остался с ней? — задумчиво спросил Фил.
— Кто знает, — пожал плечами его брат.
— Ты скучаешь по ней? — вдруг спросил Фил, прищурившись.
— Что? Спятил? — расхохотался Игорь.
— Скучаешь. Реально скучаешь. Не можешь выбросить из головы. Иначе бы давно нашёл себе постоянную подружку.
— Слушай, придурок, я ведь и ударить могу за такие слова, — вдруг посерьёзнел Игорь — близнец точно попал в яблочко.
— Лучше бы отпустил её. Сходи к психотерапевту, он тебе поможет.
— Это я тебе сейчас помогу! — Рэн вскочил со своего места, схватил брата, и они стали дурачиться — драться в шутку.
* * *
Нелли вернулась к братьям тогда, когда Рэн взял Фила в захват за шею, а тот сделал подсадку, и они оба полетели на пол, оба при этом хохоча. Они снова казались подростками, а не взрослыми мужчинами.
— Вы с ума сошли? — спросила Нелли, садясь в кресло. Близнецы нехотя встали. Рэн уселся на кресло с ногами, а Фил сел рядом с девушкой на подлокотник.
— Нет, просто твой парень идиот, — широко улыбнулся Рэн.
— Сказал человек с отрицательным ай-кью, — парировал Фил.
— Вы как дети, мальчики, — покачала головой Нелли.
— Ну нет, рядом с тобой я чувствую себя стариком, — отозвался Рэн. — Я помню тебя подростком! Как ты вообще превратилась за это время в такую красотку?
— Я старалась, — зарделась Нелли и зачем-то погладила Фила по влажным волосам. Он, в отличие от неё, не пользовался феном. Тот поймал её за руку и поцеловал в ладонь. Глядя на них, Рэн по-доброму усмехался, но ничего не сказал.
Он провёл с ними время до самой ночи — они долго и обстоятельно разговаривали о том, что случилось, рассуждали, строили планы, дружно ругались на Скорп и недоумевали, почему люди так охотно верят в грязь — без всяких доказательств. Нелли считала, что некоторым людям просто нравится делать это — они выплёскивают негатив, зная, что останутся безнаказанными, а выплеснув, будут немного счастливее. Им станет немножко легче, правда, ненадолго. Ведь на негатив легко можно подсесть. А вот Рэн считал иначе.
«Когда ты втаптываешь в грязь другого, появляется иллюзия, что тебя самого не смогут в неё втоптать, — говорил он, сидя в кресле с ногами. — Тебе кажется, что ты становишься не жертвой, а охотником. Но это глупо. Всегда может найтись охотник, у которого пуль побольше и прицел точнее».
Фил по большей части молчал — слушал, что они говорили, и переваривал.
В какой-то момент к ним по скайпу присоединились остальные музыканты «На краю»: фронтмен Кей, барабанщик Келла и бас-гитарист Арин, каждый из своего дома. А также Андрей Коварин, который находился в кабинете для совещаний с юристом и пиар-директором возглавляемого им агентства. Все они обсуждали произошедшее и пытались разработать правильную стратегию. Комментарии так и хотели оставить закрытыми, пока не поутихнет первая волна негатива, однако Фил вдруг решительно сказал, что хочет написать пост и открыть комментарии.
— Зачем? — устало спросил Андрей. — Это ещё больше их разожжёт.
— Я не хочу молчать. Хочу высказать свою точку зрения, — нахмурился Фил. — Рассказать правду.
— Правдоруб, — едва слышно хмыкнул Кей.
— Фил, послушай, если ты сделаешь пост сейчас, то, боюсь, тебе не поверят и воспримут его как оправдание или, хуже того, как ложь, — терпеливо начал втолковывать ему Андрей. — Нам нужна какая-то база для доказательств. Мы с пиар-отделом считаем, что лучший выход — это переждать бурю, а затем, заручившись поддержкой решения суда…
— Я не виноват, чтобы прятаться, — перебил его Фил. — Ну какого черта, а? Я молчу, и все наверняка думают, что я виноват, поэтому не высовываюсь. Мне сейчас страшно — я видел реакцию людей, и я знаю, что обо мне сейчас говорят. Но я не хочу молчать. Я хочу защитить свою репутацию. Своё имя. Я напишу пост.
