В пределах досягаемости - Рут Стиллинг
— Дай угадаю, — размышляет она. — Ты думаешь, он серьезно относится к тебе.
Ну, он сказал мне, что любит меня, так что да, это так.
Я ничего не говорю, переключив внимание на свою дочь.
— Ты просто временная замена, Билли. Мы были женаты слишком долго и были слишком влюблены, чтобы просто щелкнуть пальцами, — она делает движение рукой, громкий щелчок привлекает внимание некоторых посетителей. — И влюбиться в кого-нибудь другого.
— Ты выставляешь себя дурой, Мария, — предупреждаю я.
Это её не останавливает.
— Ему тридцать пять, и он беспокоится о том, что будет никому не нужен. Я знаю, что это так, потому что временами я чувствовала то же самое. Появляется девушка помоложе, которая проявляет хоть каплю интереса, и, пуф...знаменитая звезда НХЛ в мгновение ока оказывается между её раздвинутых бедер.
Когда её взгляд задерживается на Блейк, я понимаю, что даже малейшее упоминание моей дочери полностью изменит ход этого разговора. У меня не будет ни единого шанса сдержать свой гнев.
— Давай будем честными, Билли.
Я закрываю глаза и жду, когда она перейдет границу.
— Эммет не хотел детей, когда был женат на мне. Я очень сомневаюсь, что он захотел бы взять на себя ребенка от другого мужчины. Какой бы милой ни была Блейк, это не то дерьмо, на которое согласился бы мой муж.
— Бывший, — с трудом выдавливаю я, руки дрожат, пока они держат Блейк.
— Прошу прощения?
— Бывший, — повторяю я. — Эммет — твой
бывший
муж.
Опять же, это её не останавливает. Наоборот, она лишь ещё больше утверждается в своей правоте.
— Бывший или нет, я думаю, что знаю Эммета лучше, чем кто-либо другой на этой планете.
— Я в этом сильно сомневаюсь, — слова вылетают прежде, чем я успеваю их остановить.
— О, правда? — она снова приподнимается на локтях, понижая голос до низкого рокота. — Тогда объясни мне вот что, Билли. Если он так серьёзно к тебе относится, почему он до сих пор не пришёл к твоим родителям?
Если я скажу ей, что Эммет собирается сделать это всего через несколько часов, я всё разрушу.
— Я думаю, будет лучше, если ты замолчишь, Мария, — вежливо отвечаю я.
Она машет рукой перед собой, и довольная улыбка появляется на её лице.
— Ах, тебе всё равно не нужно беспокоиться об этом. Я уже хорошо поговорила с твоим отцом перед нашим приходом сюда, — Мария морщится, как будто ей больно за нас. — После того, как я увидела вас обоих, я некоторое время переваривала это, убеждая себя, что мой бывший муж не может быть настолько глуп, чтобы связаться с дочерью наших лучших друзей, — когда она втягивает воздух сквозь зубы, её победоносная улыбка становится только шире, когда она отодвигает стул и снимает со спинки сумочку. — Но потом я подумала о том, что хотела бы знать, если бы это была мою дочь. Что из неё не делают дуру, — она смотрит на меня так, словно ей искренне небезразличны мои чувства. — Это ужасно — использовать в своих интересах впечатлительную молодую девушку, которая только что вышла из неудачных отношений с ребенком на руках, — прижимая ладонь к груди, она произносит последнюю фразу. — В конце концов, я пришла к выводу, что, как давний друг семьи, я была обязана поднять тревогу.
С этими словами она разворачивается и направляется в туалет.
Дрожащей рукой я роюсь в сумке с подгузниками Блейк, достаю телефон и набираю номер Эмметта, молясь, чтобы его тренировка закончилась.
Моё сердце замирает, когда я попадаю на голосовую почту.
— Привет, это я, — мой голос дрожит так же, как и руки. — Послушай, я думаю, у нас проблемы. Я была на завтраке с Марией и мамой и... — я сдерживаю слезы. — Мария видела нас в тот день на твоей парковке перед тем, как мы отправились в Катскиллс. Она рассказала папе о нас, или, по крайней мере, о том, что она видела. Так что, мне просто нужно, чтобы ты знал, что Мария уже вложила ему в голову много идей этим утром, — несмотря на все мои усилия, первая слеза скатывается и падает на комбинезон Блейк. — Она выставила всё так, будто ты воспользовался мной, Эм. Думаю, это может закончиться очень плохо, и мне так чертовски жаль.
ГЛАВА 37
ЭММЕТ
Трнере Морган, предоставивший мне длительный период отдыха, сотворил чудеса с моим коленом, хотя вы бы в это не поверили, если бы видели, как я играл на тренировке.
Я никогда в жизни так не нервничал, что вполне понятно, учитывая разговор, который я планирую провести со Скоттом и Фрейей позже сегодня.
Внутренний трус во мне хотел предложить Билли отправиться в путь из Кэтскиллских гор и никогда не возвращаться в Бруклин, даже если исчезновение не сделало бы нашу жизнь ни легче, ни счастливее, если бы Скотт и Фрейя не были в ней.
— Что происходит, чувак? — Арчер останавливается на полпути к выходу, пока Джек и Томми продолжают идти к своим машинам на дальней стороне парковки.
Я предпочитаю смотреть на них, а не на своего вратаря.
— Ты был прав. Я влюблен в Билли.
Первоначальное волнение сменяется беспокойством, и мой товарищ по команде закусывает губу.
— Итак, есть только один путь вперед.
Судьба предрешена, я киваю головой один раз.
— Будем честны, дружище. Всегда был только один исход.
Почесывая затылок, Арчер не спорит.
— Какой твой следующий шаг?
Я всё ещё смотрю на Джека и Томми, которые смеются и шутят у своих машин, и тяжело сглатываю.
— Сесть в мою машину и поехать к её родителям. Они оба должны быть дома.
Между нами повисает зловещее молчание, пока его не нарушает Арчер.
— Какой сценарий наихудший?
Я пожимаю плечами и собираюсь ответить, но меня останавливает визг шин.
Джек вскидывает руки, давая водителю знак сбавить скорость, но я знаю — эта машина не остановится. Не до тех пор, пока не врежется в меня.
— Похоже, сейчас узнаем, — тихо отвечаю я, указывая на Шелби и зная, что за рулем может быть только один человек, даже если ему пока не следует садиться за руль.
Когда машина резко останавливается примерно в двадцати футах передо мной, я понимаю, что Скотт узнал обо всём до того, как у меня появилась возможность рассказать ему. И когда он распахивает дверцу своей машины и направляется ко мне, сильно прихрамывая, замедляя свой бег до среднего, я готовлюсь к худшему.
— Эй! Эй, Скотт. Давай... — Арчер поднимает руки, прося моего лучшего
