Любовь генерального - Асти Брамс

Пол года спустя…

– У кого такие маленькие пальчики, м-м? У кого такие маленькие ножки? У кого это маленький носик?..

Выходя из ванной, я услышала заливистый, тоненький хохот доченьки. Она лежала на тёплом пледе нашей двуспальной кровати, дёргая ножками и упиралась ими в огромную ладонь Ромы, который ворковал рядом с ней, как довольный медведь.

Улыбка озарила моё лицо. Сколько бы я не наблюдала, как он сюсюкается с малышкой, это никогда не переставало меня умилять.

– Ты скоро её совсем съешь, – прокомментировал Рома, бережно отбирая из пухленьких ручек Лианы круглую погремушку, которую она усердно слюнявила.

Девочка тут же растерянно захлопала синими глазками и выпятила нижнюю губку. Муж хрипло рассмеялся и поспешил утешить её, пощекотав пузико и запечатлев нежный поцелуй на лобике. Она сморщила носик от его бороды, попыталась ухватить её маленькими пальчиками, но Рома был на опыте и ловко увернулся. Взял какую-то пищалку из разбросанных вокруг игрушек, чтобы отвлечь дочь.

Мой взгляд стал задумчивым – невольно вспомнился день ее рождения. Когда я лежала в операционной, и так жадно хотела увидеть малышку, но всё было туманом, серой пеленой от наркоза и дикой усталости. Сквозь звон в ушах я ловила обрывки голосов: «Девочка…», «Вес…», «Апгар…», и вдруг раздался тонкий, хрипловатый, настойчивый писк. Как будто крошечный котёнок возмущается, что его потревожили.

– Надя, посмотри!.. – это был голос Жени, сдавленный от слёз.

Я с трудом повернула голову. Акушерка держала в руках маленький, сморщенный, испачканный комочек, который умело положила мне на грудь. Слезы выступили на глазах. Я тронула крохотное теплое тельце и внезапно разглядела Рому среди чужих силуэтов в халатах. Сердце дрогнуло. Он стянул маску, давая мне в полной мере увидеть свои эмоции и… испещренное ссадинами и ранами лицо, которые словно только-только обработали.

Любимый застыл как громом поражённый. Весь его несокрушимый вид в одночасье свелся к нулю этим крохотным существом. Не было ни привычной властности, ни холодной уверенности – абсолютно чистый холст, на который впервые в жизни ложилось что-то настолько огромное, что не находило выхода.

Казалось, он забыл, как дышать. И будто инстинктивно склонился над нашей дочкой, образовав над ней живую, защитную арку. Его большие пальцы, легонько прикоснулись к её щеке, размером с грецкий орех, губы растянулись в широкой улыбке. Когда Рома встретился с моими глазами в них была немыслимая нежность, и такая всепоглощающая уязвимость, которую я видела впервые. Он был раздет догола не физически, а душевно. Всё его железное самообладание растаяло в одно мгновение.

Из груди вырвался вздох от накативших воспоминаний. Я всегда поражалась, как мужу удавалось занимать малышку. Я ведь провела в ванной больше получаса, а она даже не хныкнула ни разу! Разумеется, до тех пор, пока не увидела меня. Пора было ложиться спать и покушать маминого молочка.

– Опять её раззадорил перед сном! Будет баловаться до полуночи, – не удержалась я от ворчания, направившись к кровати.

– Ничего подобного. У нас здесь важная беседа.

– А то я не слышала, как она хохотала тут последние полчаса!

Под внимательным, уже сонным взглядом Лианы, я улеглась на кровать напротив Ромы и распахнула ворот халата. Дочка тут же поспешила схватиться за мою объёмную грудь и жадно захватила ртом сосок.

– Ай… – шикнула я, поморщившись.

Хитрая девчонка улыбнулась, продолжая держаться пальчиками. Каждый раз норовила прикусить меня лезущими зубками.

– Не отвлекайся, давай, – строго, но с улыбкой велела я, подмигнув ей.

В отличие от Ромы, у меня с малышкой был короткий и деловой разговор. Всё же баловать излишне должен был только один родитель. И эту роль с первого же дня взял на себя мой муж. С которым, кстати говоря, у нас завтра должна была состояться свадьба…

Погладив Лиану по головке с коротенькими шёлковыми волосами, я взглянула на Рому. Он бесстыдно и откровенно пялился на мою грудь.

– Ты тоже давай не отвлекайся! Завтра рано вставать. Можешь уже идти ложиться спать.

Любимый заметно посмурнел.

– Ничего, я высплюсь. Времени предостаточно.

Я посмотрела на часы, которые показывали одиннадцать вечера. По мне так нам уже давно надо было лечь спать, но то одно, то другое… Сегодня весь день занимались последними подготовками, и все равно что-то пришлось оставить на завтра.

Лиана вдруг оторвалась от груди, и повернула голову, чтобы поулыбаться папе. Я пыталась вернуть её к делу, но она упрямо продолжала отвлекаться.

– Так, всё, тебе правда пора идти! Она так никогда не уснёт, – скомандовала я, поправляя халат и поднимаясь с постели.

Подхватив малышку, я унесла её в кроватку, где быстренько включила музыкальную карусель с нежными колыбельными, чтобы она не успела раскапризничаться. Разумеется, она сразу начала возмущённо похныкивать.

– Значит, ты всё-таки решила меня прогнать? – прохладно поинтересовался Рома, поднявшись с кровати следом за нами.

– Ром, ну не начинай… ты же знаешь, что это традиция!

– Какая-то дурацкая традиция получается, – заворчал он. – Ведь официально мы уже женаты.

– Так-то да, – ласковым тоном согласилась я, приблизившись и обняв широкую грудь любимого, чувствуя, как он надулся. – Но теперь мы как бы доводим дело до конца, понимаешь? Соблюдаем ритуал и все такое… Поэтому эту ночь надо провести раздельно.

– Ладно, как скажешь, девчонка, – устало выдохнул Рома, касаясь губами моих губ. – Подчинюсь твоим капризам.

Вместе с этими словами его рука пробралась под халатик и ловко скользнула к моей обнажённой ягодице, чтобы сжать её. Я поспешила отойти, чтобы он не успел завестись и меня заодно завести.

– Так, всё, спокойной ночи!

Лиана начала уже вовсю капризничать, поэтому Роме пришлось уступить.

– Спокойной ночи! Но ты приходи, если что… – томно бросил он напоследок.

– Хорошо. Люблю тебя!

– И я тебя. Но мелкую больше! Она меня не прогоняла.

Муж скрылся за дверью, а я закатила глаза и пошла успокаивать малышку. Она ни в какую не хотела засыпать, пока снова не получила грудь. Но зато без Ромы всё случилось гораздо быстрее. Уже через полчаса я укладывалась в постель, пытаясь унять ворох мыслей о завтрашнем дне.

Ничего не забыла? Всех предупредила о времени? Интересно, какой будет реакция Ромки, когда он увидит моё сногсшибательное платье? Эту традицию я тоже свято соблюла. Он увидит меня в нём только в ЗАГСе.

Хотя поток мыслей было не остановить, я так вымоталась за этот день, что уснула практически за