Я бы тебя не загадала - Алекс Хилл
«Попросишь отвезти тебя домой, я это сделаю, и больше мы не увидимся, – вспоминаю я очередные условия Никиты, а после прощальное: – Ты знаешь, где меня найти».
Он снова это сделал, запутал еще больше, вывернул так, чтобы оставить лазейку. Сам он точно не появится, но я могу… могу к нему…
«Нет! Нельзя, Аня! Нужно бежать не к нему, а от него, только от него!» – истошно вопит внутренний голос.
Никита узнает, обязательно узнает: о Володе, о Сергее, о том, кто я на самом деле, что сделала, и тогда мы с Мариной смело можем назваться подружками по несчастью, хотя, наверное, это уже и сейчас так. Вчерашний вечер, ночь, властные руки, горячие губы, лунная дорожка в пруду, свет звезд сквозь стеклянный потолок. Я была готова сдаться окончательно, хотела Никиту так сильно, как никого прежде. Он прав во всем, признаю, ничего не случилось только потому, что он так решил, в противном случае от меня и фарша бы не осталось, лишь тень, безвольный дух.
Укрываюсь одеялом с головой, чтобы спрятаться от мягких оранжевых лучей, заглядывающих в окно. Хочу исчезнуть, не существовать, ничего не чувствовать и ни о чем не думать, но вопросы, точно разрывные бомбы, сыплются со всех сторон. Что было бы, не случись тогда ничего? Если бы я не познакомилась с Сергеем и Вовой, не увлеклась их ухаживаниями? Если бы слушала родителей, прилежно училась и не вычеркнула стыд из списка важных чувств? Будь я нормальной, смогла бы познакомиться с Никитой? Обратил бы он на меня внимание? Липкие щупальца прошлого оплетают, тянут во тьму, туда, когда все началось, в начало моего конца.
Первое, о чем я подумала, когда увидела Сергея и Вову, – что они наверняка крутые ребята. Это произошло случайно, мы с девчонками бродили по городу в поисках приключений и поздним вечером нашли их, оказавшись в большой компании старших ребят на местной заброшке. Парни из Волковского колледжа для школьниц всегда были чем-то манящим и недостижимым, а тут два ярких экземпляра сразу обратили внимание на меня. Чем не предмет для гордости, верно? Один – высокий и статный шатен с цепким взглядом и обворожительной улыбкой, а второй – милый короткостриженый хохмач с небольшим пивным пузцом и искрометными шутками. С того дня я была на седьмом небе, забыла о школьных ухажерах и друзьях, наслаждаясь тем, как Вова и Сергей наматывают круги, желая меня впечатлить. Мы таскались по мелким клубешникам, кафе, кино и домашним тусовкам, но романтических чувств я ни к кому из них не испытывала, относилась скорее как к старшим братьям, о которых всегда мечтала. И меня ничуть не смущали ни пошлый юмор, ни грязные разговоры, ни сомнительные развлечения. Я восхищалась этими парнями и думала, что все вокруг так же будут восхищаться мной.
Первая непростительная ошибка.
Все изменилось, когда Сергей поцеловал меня во время прогулки в парке, куда я пошла с ним, забив на последнюю пару уроков. Он отвел меня в безлюдный закуток в тени молодой весенней зелени, обхватил лицо большими теплыми ладонями и, пробормотав что-то невнятное, прижался к губам. Невинный поцелуй быстро перерос в более страстный, руки заскользили по телу, и я растаяла, растеклась обескураженной лужицей от мягкого тембра голоса и ласкового взгляда, а затем с раскрытым ртом слушала признание в нежных чувствах, но все-таки сказала, что должна подумать. Как же я была горда собой, не передать, ощущала себя королевой положения.
Вторая непростительная ошибка.
Тем же вечером Володя узнал о том, что Сергей сделал шаг в мою сторону, и отреагировал на удивление спокойно, хотя я была абсолютно уверена, что нравлюсь ему куда больше, чем веселая подружка, но общение продолжилось в том же русле, что и раньше. Володя продолжал писать мне сообщения, дурачиться на тусовках, а Сергей активно ухаживал, и чем дальше, тем больше эта активность напрягала и смущала. Через несколько дней романтических встреч и вечеров в шумных компаниях, где Сергей не отходил от меня ни на шаг, он начал напористо приседать мне на уши, рассказывая, что взрослым парням мало объятий и поцелуев, им нужен секс, чтобы писюн не отсох. Даже жаль, что это неправда, такие, как Сергей и Володя, должны быть кастратами. Я отшучивалась, как могла, отмахивалась, водила Сергея за нос, подкармливая обещаниями, и верила в наивное – если любит, то подождет, но все оказалось куда проще. Сергей не был терпелив, а я не была такой умной и особенной, как считала.
Третья непростительная ошибка. Фатальная.
Тот вечер ничем не отличался от других. Я в очередной раз повздорила с матерью, хлопнула дверью, напомнив, что мне уже есть восемнадцать, поэтому могу делать что хочу, и отправилась на домашнюю вечеринку к Володе. Народу было немерено, но это только радовало. Я думала, вокруг друзья, доверяла каждому, даже тем, кого видела первый или второй раз в жизни. Рюмки, стаканы, улыбки, громкая музыка, голоса. Голова в алкогольном тумане, руки и губы Сергея, бурная ссора на почве моего очередного отказа уединиться, тошнота. Я ушла в какую-то комнату, во рту вязало, пахло кислятиной и сигаретным дымом, а потом меня накрыла темнота, только ненадолго. Тело было ватным, мысли сумбурными и вязкими, я слышала чей-то тихий голос, смутно знакомый, и чувствовала прикосновения, едва ощутимые, но тоже не чужие. Все кружилось, глаза слезились, было трудно дышать. Я не понимала, что происходит, только жуткий привкус мерзости никак не проходил, но через какое-то время все закончилось, и я снова отключилась, а утром проснулась в постели Володи помятая и полураздетая. Хозяин встретил меня с привычной дурашливой улыбкой, напоил чаем, который тут же оказался на дне унитаза, и выпроводил домой, заверив, что все в полном порядке. И я поверила, потому что… это же Володя, мой добрый братишка, он бы точно не позволил случиться ничему плохому, да и чувствовала я себя почти нормально, болели только голова и горло, как я тогда решила, из-за количества холодных напитков. И только через пару дней ошеломительного игнора
