Лепесток хризантемы - Дарья Барашик
— Остин Прай, начальник этого отдела, — представился он, протягивая руку Калебу с твёрдым и уверенным жестом.
— Калеб, гость вашего отдела, — ответил мой мужчина мечты, пожимая ладонь Остина. — Очень приятно познакомиться.
— Мне тоже, — Остин на мгновение задержал на Калебе взгляд, словно пытаясь что-то вспомнить. — Мы с вами случайно не встречались раньше? Ваше лицо кажется мне очень знакомым.
— Вряд ли, — спокойно ответил Калеб, чуть покачав головой. — Я семь лет не был в этом городе.
— Странно... — протянул Остин, хмуря лоб. — У меня, знаете, хорошая память на лица. Я точно где-то вас видел. Ну да ладно, — он перевёл взгляд на меня, и его тон снова стал деловым. — Рози, мне пора. Завтра в девять утра жду тебя в своём кабинете. — Затем он снова повернулся к Калебу: — Приятно было познакомиться, поболтал бы ещё, но работа, увы, не ждёт.
— Да-да, конечно! — поспешно ответил Калеб. — Мне и самому нужно идти. — Он посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнула лёгкая грусть. — Рози, я надеюсь, мы ещё увидимся.
— Ну уж нет! — выпалила я импульсивно, даже сама испугавшись собственной смелости. — Просто так я тебя не отпущу! Я сейчас напишу свой номер, и ты мне обязательно позвонишь. И ты позвонишь, потому что у меня есть одна вещь, которая принадлежит тебе, и я верну её только при личной встрече!
Иногда я сама поражаюсь своему поведению. Вот именно сейчас был как раз тот момент, когда внутренний голос кричал: «Рози, что ты творишь?!» Как я могла так командовать мужчиной, который старше меня на шесть лет, сильнее в сотню раз, и который, по идее, должен был просто рассмеяться и уйти? Но Калеб, кажется, был только рад. Ох, нужно было видеть его нежную улыбку в ответ на мою дерзость — и эти ямочки на щеках, которые появлялись, когда он улыбался особенно тепло. Сердце замирало от одного этого зрелища.
— Ну, раз вы мне приказываете, — с лёгкой усмешкой произнёс Калеб, — то ждите звонка сегодня вечером. А сейчас мне правда нужно бежать.
С этими словами он наклонился и поцеловал меня в макушку — такое простое, но невероятно нежное движение, от которого у меня перехватило дыхание. Затем он развернулся и направился в противоположную от выхода сторону. Я проводила его взглядом и поняла, что он явно идёт не туда, но останавливать не стала — пусть немного поблуждает, зато потом у него будет повод позвонить и спросить дорогу.
* * *
— Ты чего такая довольная? — спросил меня Брайн за ужином, отодвигая тарелку с пастой и внимательно разглядывая моё лицо. — Понравился Остин-букашка?
— Остин-букашка? — переспросила я, чуть не поперхнувшись водой. — У вас что, конкурс на лучшую обидную кличку?
— О чём это ты? — насторожился брат, откладывая вилку. — Неужели этот жук придумал мне прозвище?
— Ещё как придумал! — рассмеялась я, откидываясь на спинку стула. — И о тебе много интересного рассказал. Между прочим, правда, что ты во многие истории попадал из-за алкоголя?
— Ну всё, жук, завтра получит по заслугам! — с притворной угрозой проговорил Брайн, наматывая на вилку спагетти. — А ты не уходи от вопроса. Почему такая довольная?
— Просто настроение хорошее, — мечтательно протянула я, откусывая кусочек брокколи, который тут же принялась тщательно пережёвывать, чтобы скрыть глупую улыбку. — И знаешь, я, оказывается, вкусно готовлю!
— Это ты называешь едой? — брат скривился, насаживая на вилку очередную порцию спагетти. — Я бы лучше пиццу заказал, чем есть этих червяков.
— Где ты видишь червяков? — возмутилась я, уставившись на свою тарелку. — Если тебе не нравится моя стряпня — не ешь!
— Но-но-но, Рози-мимози, — сразу же сменил он тон на примирительный, поднимая руки в шутливом жесте капитуляции. — От твоей стряпни я никогда не откажусь! Ты готовишь намного лучше нашей мамы, а про отца я вообще молчу. Помнишь, как он вместо сахара соль в пирог насыпал?
— Помню-помню, — засмеялась я, и перед глазами сразу всплыла та картина: папа с виноватым лицом, мама с поварёшкой в руке, и мы с Брайном, прячущиеся за дверью и давящиеся смехом. — Тогда ещё в супермаркете вода закончилась, и он решил, что соль — это сахар, потому что пачки были одинаковыми.
— Ой, да, было время... — Брайн вздохнул, и на его лице появилось задумчивое выражение. — А ты бы хотела вернуться в прошлое?
Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент телефон на столе завибрировал и заиграл мелодией. На экране высветился незнакомый номер, но сердце подсказало мне, кто это, ещё до того, как я успела прочитать цифры.
— Брайн, прости, мне нужно ответить! — воскликнула я, вскакивая со стула так резко, что чуть не опрокинула стакан с водой. — Помой, пожалуйста, посуду!
— Рози, ты как маленький ребёнок! — рассмеялся брат, качая головой. — Всё сделаю, только ответь уже на звонок, а то абонент на том конце провода ждать не будет!
Глава 8
— Долька-помидорка, не рано ли признаваться мне в любви? — раздался в трубке его низкий, чуть насмешливый голос, и я почувствовала, как по спине побежали мурашки.
Любая нормальная девушка от такой фразы сошла бы с ума. А я, по своей натуре, сама ненормальная, поэтому эффект оказался двойным — голова закружилась, а на губах сама собой расцвела глупая, счастливая улыбка.
— А почему бы и нет? — выпалила я, прикусывая губу, чтобы не рассмеяться вслух. — Может, это любовь с первого взгляда!
— Ох, Рози, Рози... — в голосе Калеба послышалась грустная, почти уставшая нотка. — Не познала ты ещё жизни. Либо я уже слишком стар для этих детских сказок.
— Почему же любовь — это сказка? — спросила я, чувствуя лёгкое разочарование от его слов.
— Я не говорил, что любовь — сказка, — терпеливо пояснил он. — Я говорил про любовь с первого взгляда. Да и в обычную любовь я уже не верю.
— Как же так? — я нахмурилась, перебирая в памяти наш разговор в автобусе. — Ты же
