Лепесток хризантемы - Дарья Барашик

рассказывал мне о девушке, с которой был помолвлен. Я не поверю, что ты сделал ей предложение без любви.

— Я тогда был молодым и не знал настоящей жизни, — ответил Калеб, и в его голосе послышалась горькая усмешка. — Да и тогда была влюблённость, а не любовь. К сожалению, это совершенно разные понятия.

— Да и сейчас ты не стар, — возразила я. — Ты просто проверен жизнью, и это делает тебя мудрее.

— А жизнь, как ты знаешь, — дрянная штука, — тяжело вздохнул он. — Одни обманы, предательства, убийства невинных людей. Такое трудно забыть и простить.

— Ты прав, — согласилась я, чувствуя, как его слова отзываются где-то глубоко внутри. — Но есть ещё один лучик среди грозовых туч — семья. Она укрывает нас в ненастную погоду и, найдя лужу, создаёт совершенно новое, непорочное солнце.

— Ничего себе ты завернула! — в голосе Калеба послышалась искренняя усмешка. — И про тучи, и про солнце, и про лужи... Тебе точно двадцать четыре, а не четыре?

— Так-то твоя фраза обидная! — надулась я, чувствуя, как щёки заливает краска. — Я тут пытаюсь объяснить свои мысли, свою позицию, а в итоге делают вывод, что я маленькая...

— Прости, — мягко сказал он, и в его голосе я услышала искреннее сожаление. — Не хотел обидеть. Просто как-то странно слышать от взрослой девушки такие метафоры про солнце и тучи.

— А я не обычная девушка, — улыбнулась я. — Я чуть-чуть впавшая в детство.

— С одной стороны, это хорошо, — задумчиво протянул Калеб. — Ты не заморачиваешься по пустякам. Но с другой... как на это смотрят другие люди?

— Обычно со смехом, — пожала я плечами, хотя знала, что он не видит. — А на самом деле ты живёшь один раз. Ты должен получать от жизни кайф, а не углекислый газ, который медленно тебя губит.

— Ого, — в голосе Калеба послышалось неподдельное восхищение, — какая интересная метафора. Но как же другие люди? Они ведь не будут тебя осуждать за твои действия, смеяться за спиной?

— Будут, — спокойно ответила я, чувствуя, как внутри растёт уверенность. — Но жизнь — твоя, а не их. У них своя голова на плечах и свои проблемы. Нельзя отказываться от того, что приносит тебе удовольствие, только потому, что кто-то это критикует. Про таких людей можно сказать одно: они вам завидуют и сделают всё, чтобы им стало лучше.

— Забудь мои слова про четырёхлетнего ребёнка, — серьёзно произнёс Калеб. — Теперь ты говоришь, как взрослый человек.

— Хорошо, — я улыбнулась, хотя на душе стало немного грустно. — Но, если честно, после таких рассуждений наступает лёгкая печаль.

— А у меня голод, — неожиданно сменил он тему, и в голосе его послышалась улыбка. — Как насчёт встретиться часиков в восемь в баре «Chuck's Hop Shop» и заодно отдать мой любимый плед?

— Не откажусь, — кокетливо ответила я, чувствуя, как сердце снова забилось быстрее. — А насчёт пледа... посмотрим на твоё поведение, военный с букетиком!

— Тогда жду тебя сегодня в баре.

— А как я тебя найду? — спросила я, вдруг осознав, что понятия не имею, как выглядит это заведение.

— Не волнуйся, — усмехнулся он. — Мимо не пройдёшь. До встречи, Рози.

— До встречи! — ответила я и, выходя из комнаты, крикнула брату, который всё ещё сидел на кухне: — Брайн, а как далеко от нас бар «Chuck's Hop Shop»?

— Около часа езды, если не больше, — ответил он, отрываясь от телевизора. — А что?

— Да ничего, — беспечно махнула я рукой, уже предвкушая вечер. — Вечером не жди, я буду поздно.

— В смысле поздно?! — Брайн мгновенно нахмурился и выпрямился на стуле. — Рози, ты куда собралась?

— Брайн, не переживай, — примирительно сказала я. — Я просто встречусь со старым другом.

— Случайно не с тем, кого ты чуть с ног не сбила в офисе?

— Остин доложил? — прищурилась я. — А если с ним?

— Доложил, и правильно сделал! — голос брата стал жёстким. — Рози, ты приехала в незнакомый город, где у тебя нет друзей, и бац — через месяц у тебя появляется какой-то друг!

— Брайн! — я повысила голос, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Я взрослая девушка и вольна делать всё, что мне угодно!

— Да, но только не в моём доме! — рявкнул он, вставая из-за стола. — Я всё ещё твой старший брат и забочусь о тебе!

— Хочешь, чтобы я ушла? — выкрикнула я, чувствуя, как глаза начинают щипать от обиды.

— Нет, — твёрдо сказал он, делая шаг ко мне. — Но ты никуда не пойдёшь! Остин уже где-то встречал этого Калеба, и пока он не вспомнит где — ты останешься дома!

— Ты с ума сошёл?! — я всплеснула руками. — Кто такой Остин, чтобы указывать мне, куда идти?

— Остин знает много людей в этом городе, — мрачно произнёс Брайн, — причём в основном не очень хороших.

— В каком смысле?

— Он хорошо знаком с мафией, Рози. Я серьёзно. Пожалуйста, останься дома!

Я замерла, переваривая эту новость. Мафия? В её представлении это было что-то из криминальных фильмов, далёкое и нереальное. Но голос брата звучал так убедительно, что внутри закралась тревога.

Глава 9

— Ты понимаешь, что нормально поговорить с Калебом у меня не получится?! — простонала я, закатывая глаза. — Всё потому, что я буду знать — ты следишь за нами из-за угла, как какой-нибудь шпион из дешёвого детектива!

— Зато я буду знать, что моя сестрёнка в порядке, — примирительно сказал Брайн, подходя ко мне и кладя руки на плечи. Его голос звучал спокойно и уверенно, будто он уговаривал капризного ребёнка.

— Физически — да, — фыркнула я, выворачиваясь из его хватки, — а вот морально и психически — категорически нет!

— Да брось, Рози, — улыбнулся он, — ничего страшного нет в том, что я буду поблизости. Я не буду вмешиваться, просто посижу в сторонке.

— Брайн, — я остановилась и посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как внутри закипает раздражение, — я впервые за месяц иду