Измена. Я ухожу красиво - Элен Ош
— Макс, — выдыхаю.
— Туалет и душевая в маленькой спальне вон за той дверью, — тихо произносит, возвращая меня на землю.
Медленно сглатываю, но во рту пересохло. В голове туман. Пытаюсь сообразить, что произошло, но теряюсь под манящим взглядом Макса.
— Маленькая спальня? — переспрашиваю, удивляясь, насколько хрипло звучит мой голос.
— Не бойся меня, Марго. Я не обижу! Сказал же, что съем, но не сейчас.
— Только понадкусывал?
— Угу, чтобы другим не досталось, — шепчет на ухо, вызывая шквал мурашек по телу.
Мягко отпускает... Отступает и легко взбирается по лесенке на палубу, оставляя меня одну, в полном замешательстве.
Офигеть просто!..
Отлипаю от стульчика и неровным шагом иду в указанном направлении. Небольшое помещение полностью занимает одна большая кровать и все!..
А я невольно сглатываю, представляя, как же тут наверное круто, когда...
Ну нет!.. Ни-за-что!
За дверцей обнаруживаю небольшой санузел и душевую кабинку. С облегчением падаю на унитаз и журчу в свое удовольствие.
Но понимаю, что пять минут мне мало. Я просто не могу подняться в таком состоянии на палубу.
Конечно, если сразу бросить в морские воды разгоряченное тело, но здравый смысл не настолько задурманен алкоголем. Нет, есть и проще решение, как остудить пыл.
Пускаю в душевой воду и встаю под прохладные струи, подставляя пылающее лицо. Постепенно ясность возвращается, как и адекватное восприятие мира.
— Рит, все в порядке? — встречаюсь с обеспокоенным взглядом Ксюхи, когда выхожу, промокнув тело махровым полотенцем. — Он обидел тебя?
— Нет, — а сама почему-то глаза от подруги прячу, словно между мной и Максом что-то было, а мне признаться стыдно. — Просто не ожидала, что он такой...
Ксюха снисходительно улыбается и увлекает меня на палубу, где я попадаю под заботу воркующей, как мамочка, Наташи.
А Макс не покидает мостик, позволяя нам спокойно провести время на яхте, предаваясь беседе и отдыху, до той самой минуты, как подходим к причалу.
— Марго, останься...
Оборачиваюсь к нему. Еще не успела натянуть тунику, а сумочка в руках у Ксюши, когда шальная мысль проскакивает, но я успеваю ухватиться за нее.
— А зачем, Макс? Пополнить твою коллекцию красивых девушек, которых ты катаешь ежедневно?
— Марго!
— Нет, Макс! — и ласточкой ухожу с борта в воду....
Глава 14 Что это все значит
А я и правда отпускаю ситуацию. Вычеркиваю из памяти Беляева, оставляю за бортом Ларина и наслаждаюсь долгожданным отдыхом в кругу подруг.
Мы сидим за столиком на летней площадке бара Наташи, расположившегося в живописном месте в парке, на побережье, когда слуха касаются ноты любимой песни моей молодости.
— Да ладно! Это то, что я думаю и слышу? — не сдерживаю восторг, а руки уже пошли выписывать волны, а за ним и тело, поднимаясь из-за стола.
— О да, Ритка! Все для тебя, подруга, — подтверждает Наташка и кричит через весь зал диджею: — Громче звук!
И чарующая мелодия когда-то знаменитой Касабланки в исполнении Джессики Джей заполняет площадку.
Я обожаю танцевать, но из-за занятости не часто посещаю клубы, да и на вечеринки с мужем выбирались редко.
Мой танцпол – это зачастую проход между рядами в самолете, когда проверяю готовность салона к рейсу. Особо не развернуться, но уж как могу. А сейчас сам бог велел...
Туфли оставляю у столика. Подхватываю воздушный подол летнего вечернего платья. Бирюза в сочетании с рыжим цветом волос смотрится более чем гармонично. Это вижу по восхищенным глазам сидящих за столиками мужчин. Но не долго...
Закрываю глаза и отдаюсь танцу...
Теплый южный ветер ласкает кожу. Прохладная плитка площадки щекочет ступни. Музыка струится сквозь меня, а я растворяюсь в ее волнах.
Босые ноги скользят по земле, следуя за ритмом. Я не думаю... Я просто чувствую...
Руки взлетают к небу, будто ловят звезды, потом плавно опускаются, обнимая воздух.
Платье легкое, как облако, кружится вместе со мной, повторяя изгибы тела. Лишь на мгновение приоткрываю глаза. Ловлю мерцающий лик луны и отблеск огней клуба.
А мелодия шепчет свои тайны, и я отвечаю танцем. Здесь и сейчас, только я, подруги, с упоением танцующие рядом, и музыка.
Голос, тихий и дрожащий, подхватывает знакомые слова, но с каждой нотой, с каждым свободным вздохом он обретает силу, громкость.
И вот уже втроем, буквально, перепеваем вокалистку:
Ooh, a kiss is still a kiss in Casablanca
But a kiss is not a kiss
Without your sigh...
Музыка стихает, но эхо еще долго звучит в моей душе. Танец заканчивается, но ощущение полета остается...
А зал взрывается аплодисментами.
Ксюха комично кланяется публике. Натаха рассылает воздушные поцелуи, а я ловлю восторженный взгляд Макса.
О черт!..
Он все это время был в баре и наблюдал за танцем? Очуметь просто!..
Ларин поднимает большие пальцы, провозглашая свой восторг, а я невольно любуюсь им: такая значительная разница между тем шаловливым Максом на яхте, в шортах и с голым торсом, и тем, что вижу сейчас.
Элегантный костюм темно-синего цвета эффектно подчеркивает его статную фигуру. Сидит с иголочки, как говорится. Но даже ткань пиджака не скрадывает мускулатуру.
Да, Макс и в школе поражал атлетическим телосложением, но с годами лишь улучшил свой внешний вид.
А белоснежный ворот рубашки так гармонирует с темной щетиной на лице, что я с трудом отвожу глаза, дабы не пялиться бессовестно, вселяя в Макса беспочвенные надежды.
— Вот это мы зажгли! — веселится Ксюха, когда возвращаемся к столику.
— Да-а-а! Круто, девчонки! Спасибо, родные, — эйфория так и прет из меня, а чувство свободы опьяняет.
Ну, а почему нет? Девчонки правы: развод неминуем. Муж – мудак, а я полная дура, что поверила ему. Но мне всего тридцать пять, и жизнь только начинается...
— Отпустите меня! — в повисшую паузу между музыкальными композициями врывается возмущенный девичий голос.
Невольно оборачиваемся на шум. Через несколько столиков от нас юная официантка тщетно пытается вырвать руку из захвата брутального мужика.
— Твою мать, — ругается Наташка и поднимается из-за стола, а сама в лице меняется.
— Серьезный клиент? — догадываюсь я, не раз сталкиваясь с подобными наглыми и нахрапистыми пассажирами во время полетов, возомнившими себя богами сего мира.
— Угу, еще тот ублюдок, — процеживает Наташка. — Ладно, девчонки, отдыхайте, а я разберусь.
— Давай, вместе, — предлагаю я,
