Господин следователь 16 - Евгений Васильевич Шалашов
По крайней мере, теперь я понял отсутствие «справочного аппарата» у Синявского. Зачем он нужен человеку, который и так все помнит? К тому же, у Игоря Модестовича, как я понял, имелась привычка «зачищать хвосты», уничтожая все то, чем он занимался, добывая копеечку. Улик меньше для суда, если что.
Разумеется, после осмотра письменного стола у меня имелись вопросы. Например — а где документы, касающиеся самого Синявского? Аттестат зрелости, метрическая выписка, документы, подтверждающие его чин? Где письма от родственников или знакомых? Вон, давно ли я здесь, в этой реальности, а у меня уже собственный архив скопился. И это при том, что я не люблю писать письма, а все, что касается литературной деятельности, переписок с издательствами, с редакторами, хранится у Ани.
Нет, загадочная личность господин Синявский. Не пришлось бы делать запрос в военное ведомство, а это надолго. Если только дедушку подключить, а тот своего друга-министра попросит, чтобы ускорить процесс. Синявский в каком полку служил? По учетам полиции этого нет. Там все попросту — «отставной поручик, отставленный из полка за предосудительные связи с женщинами без права ношения мундира». За «предосудительные связи с женщинами» из армии не увольняют. Если офицер завел шашни с женой сослуживца — так тот на дуэль вызовет, а если с женой штатского, так попросту посмеются. И за хождение по проституткам не выгонят. Верно, какие-то аферы проворачивал. На фотографиях он в мундире пехотного офицера, но это нам ни о чем. Там он вообще майор.
Если ниточка из прошлого тянется?
Так, запрос я на Синявского дам. Еще придется его прежнюю сожительницу отыскивать, с которой он на предыдущей квартире жил. Возможно, она что-то поведает?
— Эмилия Михайловна, а к вам не заходили какие-нибудь знакомые вашего друга? — спросил я.
Госпожа Литвинова покачала головой, усмехнулась:
— Игорь Модестович не приводил в дом своих знакомых. К тому же, я бы сама запретила сюда кого-нибудь приводить. Был, знаете ли, один неприятный эпизод в самом начале нашей э-э… дружбы.
Эмилия Михайловна замолкла, поглядывая на меня с таким видом, словно бы не решаясь поведать некую тайну. Я бы подождал, но времени жалко, а у меня еще много вопросов, поэтому слегка надавил:
— Н-ну, дорогая тетушка, от племянника-то секретов у вас не должно быть. Что за неприятный эпизод? Неужели чей-нибудь разъяренный муж?
— Не чей-то муж, а ко мне явился распорядитель свадеб и заявил, что господин майор его очень подвел. Дескать — ему уже деньги заплачены, как свадебному арапу, а он не явился на свадьбу.
— В смысле, свадебному арапу? — не понял я. — А кто это такие?
Эмилия Михайловна с удивлением посмотрела на меня.
— А вы разве не знаете?
— Даже не слышал, — честно признался я. — Знаю, что на свадьбы генералов зовут, для представительства, но у меня такой надобности не было.
Потом пояснил с некоторым смущением:
— Я сам женился не очень давно, полгода прошло, но два генерала, пусть и гражданских, на свадьбе присутствовали. Правда, один из них мой отец, второй — мой начальник. А вот про арапов впервые слышу.
— Свадебными арапами отставных офицеров зовут, которых на свадьбы приглашают, — пояснила Литвинова. — Офицеры, они и тост умный скажут, и станцуют с какой-нибудь дамочкой, а им за это и заплатят, напоят-накормят. Как же на купеческой свадьбе без генерала, или свадебного арапа? Нельзя-с, неприлично. И распорядители специальные имеются, которые гостей рассаживают по рангу, и развлекут, и все организуют.
— М-да… — покачал я головой.
Смутно себе представлял, чтобы кто-нибудь из моих друзей-офицеров, хоть в той реальности, а хоть в этой, пошли бы на чужую свадьбу выступать в роли «арапов». Знаю, что в девяностые сослуживцам отца приходилось подрабатывать — у кого свои машины имелись, те таксовали, а некоторые даже грузчиками или охранниками трудились.
Но осуждать нынешних отставников за то, что они «подрабатывают» не буду, не имею права. Те, кто ушел из армии в обер-офицерских чинах (а таких большинство), на пенсию, в размере половинного жалованья не шикуют.
Интересно, а откуда пошло такое выражение «свадебный арап»? У меня ассоциация только с фильмом, где Ибрагима Петровича играет Владимир Семенович. Свадебные арапы, литературные негры. Нет, все не то. Возможно, из-за какой-нибудь моды, когда всенепременно на торжестве должны присутствовать арапы, а коли их нет, так и иные сойдут?
С распорядителями свадеб тоже интересно. Человек, безусловно, нужный и важный. На нашей с Леночкой свадьбе никакого распорядителя не было, а как-то все само-собой шло.
Стоп. Чего это я вру? Просто забыл, а распорядитель-то был. Точнее — распорядительница, потому что в этой роли выступила Мария Ивановна Лентовская, дочь городского головы, жена моего бывшего начальника, а еще и мой добрый друг. Именно она помогала Аньке венец над головой Лены держать, она же людей нанимала, которые и коляски около храма расставляли, и с плавучим рестораном все вопросы решала, и оркестр нанимала. Я же тогда был в некой эйфории, мало что видел, и ничего не помнил.
— А почему он на свадьбу-то не явился? — поинтересовался я, прикидывая, стоит ли искать свадебного распорядителя, допрашивать его? Или нет смысла?
— Игорь потом сказал, что заплатили ему мало. Он договаривался с отцом жениха о пяти рублях, а распорядитель отдал только два. Дескать — остальные деньги натурой будут, отдадут закусками и вином, а ему деньги были нужны.
— Но деньги он не вернул?
Чуть было не вырвалось — «перевел на карту?», но удержался. Сам не понимаю, отчего иной раз лезут реалии из будущего. Видимо, прошлые тридцать лет дают о себе знать.
— Деньги мне пришлось возвращать, — хмыкнула Эмилия Михайловна. — Стыдно было из-за такого пустяка, как два рубля, скандал затевать.
Ясно. Значит, распорядитель исключается из числа подозреваемых. Ну как же так, никаких зацепок. Решил попробовать еще раз.
— А все-таки, Эмилия Михайловна, — попросил я. — Подумайте немножечко, попытайтесь вспомнить, может, вспомните какого-нибудь странного человека? Косо на вас посмотрел, ходил перед окнами. Не обязательно из числа знакомых. На улице, в храме… Ну, мало ли кто.
Так и хотелось указать приметы мужчины, о котором говорил хозяин гостиницы, но не стал. Назову, так «тетушка» начнет вспоминать, так ведь и вспомнит-таки человека, соответствующего описанию, а если это не тот? Я ведь до сих пор не уверен, что некий пожилой мужчина, в фуражке чиновника, и является убийцей. Это всего лишь одна из ниточек, но не следует из этой нити делать канат, на конце
