Хозяйка для пяти драконов, но мужем станет только один - Аннета Керн
– Так… Нам нужно выбраться.
– Да выыыыберемся, - отвечает Эсмер. - Почему тебя, кстати, не вернули в ковен к Ренгару?
– Не знаю. Должны были. Я пришла сюда, когда сбежала, владелец дружил с отцом Авроры. И когда попросила убежища, сразу сунули сюда и сказали, что отдадут Кроу.
Но не отдали. Эсмер кивает. Ладно, может быть, что-то выяснит Тиан. Хмм, а здесь запасы вина, кстати. Какого-то тоже дешевого, судя по всему. Эх, не видать празднования освобождения, да? Или только на свадьбе Авроры с тем, кого она выберет?
Блондин садится, затем поднимается. О, мышцы, вы снова слушаетесь как надо. Обходит полки под непонимающим взглядом Лины.
– Мы будем думать, как выбраться или нет?
– Да-да… О, огурчики. Страшно соскучился по маринованным огурчикам. С чесноком. Боги, все отдам за эту баночку.
– Эсмер!
– Ну что ты кричишь, несравненная?
Спор прерывает третий голос. Брюнет с бледной кожей выходит из тени, заставляя Лину приглушенно пискнуть и отступить подальше, к свету.
– Ее не отдали, потому что не сошлись в цене. Судя по письмам, владелец просил слишком много золота на взгляд Ренгара, и тот грозил сам забрать девушку.
Лина смотрит поочередно на братьев, но до нее начинает доходить из-за сходства лиц и фигур. Оба дракона гибкие, с мышцами воинов, натренированные. И смотрят в ответ на нее.
– А это Тиан. Тоже Влюбленные, - Эсмер намекает на карту, где были изображены двое мужчин, и Лина сдавленно кивает. - Ну что, братец, освободишь или как?
Брюнет сначала идет к Лине. Достав короткий нож из сапога, перерезает веревки. Рукоять светится приглушенно, побеждая чужое колдовство своим. Затем кладет ладони на запястья девушки. Она наблюдает с опаской, однако, не мешает.
Всю историю не знает, понятия не имеет, через что прошла подруга. Но если нужно довериться, то доверится, иначе все равно вернут в ковен к Кроу. Наверное, намереваясь выманить на страдания Аврору.
– Меня ты освободить не хочешь, эй!
– Много болтаешь, сам справишься.
Эсмер фыркает смешливо, но веревки и правда опадают. Они в конце концов драконы. И эта жалкая магия не идет ни в какое сравнение с тем ритуалом, что их подчинил десять с лишним лет назад. Лина возмущенно смотрит на блондина. Значит, ты и сам мог нас освободить? Ты…
– Не ругайся, прекрасная. Просто давал фору братцу, чтобы он успел покопаться в документах владельца, - смеется дракон на закатывание глаз брата и безмолвное обвинение девушки.
Ладно вам. Пора бы отсюда уходить. Но Эсмер не может не прихватить баночку, что так приглянулась. Все равно они наверняка опоздали на казнь. И это промедление отзывается шумом из-за двери. То ли о чем-то догадались те, кто их закрыл здесь, то ли услышали. Не то чтобы драконы сильно таились, если честно.
– Бежим или деремся?
– Деремся, конечно, Тиан! Как мы можем бежать на глазах у дамы?
Брюнет вздыхает. Лично Лина готова бежать и нисколько не будет против, если они побудут трусишками на ее глазах. Тут бы убраться поскорее, но Тиан вытаскивает тонкий кинжал, а Эсмер перехватывает поудобнее банку.
Она же летит в голову первому спустившемуся с удивительной меткостью. Раздается крик, тело валится со ступенек кубарем, хватая кого-то следом. Что ж. Охранники явно не ахти, как и предсказывали драконы. Но они имели дело с выпивохами и вот, ведьму заковали.
Еще двое проворнее и готовы драться. Поднимается тот, кого утянули в падение, из рассеченной брови течет щедро кровь. Лина не успевает заметить, как исчезает Тиан и появляется в тени лестницы, закрыв двери и запечатав сверху руной из ладони.
– Ах ты гад!
Несмотря на то что дракону Ночи вряд ли нужна подмога и он просто снова растает, ведьмочка выпускает грозовой снаряд. Эсмер, не отвлекаясь от противников, рассмеялся.
– А ты боевая ведьмочка, да? Это славно, мы таких любим.
Дракон Дня предпочитает драться или с мечом, или на кулаках. Уворот, рывок вниз, точный удар. Эсмер подпрыгивает, словно на ринге, получая удовольствие от того, что снова чувствует тело.
В нокаут летит еще один. Блондин дал ему фору, уклоняясь от пары ударов, а затем пошел в наступление, не жалея выпадов. Третьему, что и так досталось от Лины, делает подсечку Тиан и вырубает.
– Нууу, они даже не старались.
– Хватит, идем.
Лина абсолютно согласна с Тианом. Мстительно пнув одного из типов по сапогу, берется за предложенную руку Эсмера. Портал дракона сияет звездами на иссиня-черном полотне, и ведьма никогда не видела такой красивой магии.
Глава тридцать третья. Снимая маски
Глава тридцать третья. Снимая маски
Не знаю, как я себе это представляла. Эпичная битва? Суд? Как вообще я себе представляла встречу лицом к лицу с Ренгаром и его сыном после всего, что они сделали? Семье, драконам и конкретно мне.
Может быть, Кроу должен был обратиться сам в какого-нибудь недодракона. Или наколдовать нечто ужасное. Правда, не знаю. Просто хотела, чтобы все закончилось, он получил по заслугам, а я могла вздохнуть свободно, как и братья.
Мы с Хетветом были выжаты путешествием сквозь льды, братья - заточением. Кому-то было легче, как близнецам и Азиру. Кто-то храбрился, как Август. Кто-то превозмогал желание упасть, я видела это во взгляде Дайна.
В любом случае, все должно было закончиться.
Мы появились из портала прямо посреди двора ковена. Здесь царила практически ночь, и наше сообщество бурлило вечерними делами. Я не видела причин скрываться, похищать Кроу и выяснять что-то подальше от чужих глаз. Напротив, все должны были стать свидетелями его падения. Его смерти.
– Ренгар Кроу.
Я не кричу, но голос разносится чуть ли не по всему ковену. Братья стоят вокруг, рядом лишь Ашер. Тиан и Эсмер ушли за Линой, но, думаю, мы и без них справимся. Потому что Кроу здесь. Стоит, говорит с ведьмочками прямо на крыльце центрального крыла поместья ковена.
Точнее, стоит отец. Тот, кто мертв. Тот, чье лицо Кроу забрал. Его личность. Говорил от него, управлял от него, касался меня и говорил о матери. Тот, кого я ненавижу всем сердцем. Вижу, как дрогнул его взгляд. Страшно?
Ты должен бояться. Как боялась я всю эту долгую дорогу обратно. Превратившись из ведьмочки, желающей просто порезвиться с драконами, в ту, что убивала и умирала. В ту, что попрощалась с призраками прошлого. Делала выборы, что тебе и не
