Воплощение Похоти 7. 18+ - Игорь Некрасов
Но даже с их прибытием общая картина не становилась лучше. Я окинул взглядом поле — уже не через «Око», а своими собственными, залитыми дымом, и гарью глазами.
На востоке — бесконечная, упругая масса гоблинов и орков, которую наша элита медленно, но верно перемалывала, сама при этом истощаясь. На севере — остатки барона, за которыми я уже не мог следить, так как увёл птиц разведчика в другую сторону.
А у нас за спиной… с запада доносился нарастающий, шипящий гул, знакомый до тошноты. Я почувствовал, как по спине пробежал холодный пот, не имеющий ничего общего с жаром битвы.
Пауки. Чёртовы пауки Квислы.
Они чувствовали, как давление на их фронт ослабло — ведь мы отозвали всю элитную нежить, чтобы хоть что-то противопоставить Халтосу. И теперь, почуяв слабину, эта нечисть рванула в прорыв. Моя истончившаяся оборона из поднятых зомби пауков трещала по швам. Ещё несколько минут, и они хлынут сюда, с тыла. А потом мы окажемся не между молотом и наковальней. Мы окажемся в мясорубке. Три силы, вцепившиеся друг другу в глотки, и мы — посередине, как фарш.
Становится слишком жарко, — констатировал внутренний голос, звучавший подозрительно спокойно. — Слишком. Жарко. Даже для демона…
Несколько минут, выигранные благодаря вампирам и хисанам, за которые Сата, не тратя времени, подняла с полсотни свежеубитых гоблинов в виде грубой, но многочисленной нежити, а Дуллахан множил их число своими «Касаниями», — эти минуты истекали. Казалось, мы отыграли немного пространства, перевели дух.
Но это была иллюзия. Сладкая, короткая, смертельно опасная иллюзия.
Передышка заканчивалась. И с двух сторон на нас надвигался настоящий ад.
И тут мой взгляд, скользнувший по полю в поисках хоть какого-то просвета, зацепился за Некрольва. Чёрный лев, только что разорвавший очередного орка, замер, почуяв опасность, которой не было видно. Но было уже поздно.
Земля прямо под ним вздыбилась. Не от взрыва — она приподнялась целым пластом, как ковёр, под который залезла собака. И из этого взрыва грязи и камней вырвалась огромная землисто-серая рука. Каменные пальцы, каждый толщиной в ствол дерева, сомкнулись вокруг туловища льва с чудовищной, неотвратимой силой. Это не было заклинание в привычном смысле. Это была сама земля, ожившая по чьей-то воле.
Некролев взревел от ярости и дёрнулся, попытался использовать способности, но каменная хватка, казалось, была не просто физической. Она была магической, сковывающей, подавляющей саму суть его способностей.
Анора, увидев это, рванула на помощь, но путь ей преградила стена щитов и копий свежих оркских подразделений. Она рубилась отчаянно, яростно, но пробиться через огромную массу врагов ей было непросто.
Я стоял, ощущая, как всё внутри медленно и окончательно проваливается в ледяную пустоту. Этот приём… Это был не уровень гоблинских магов. Это была работа мастера. Самого Халтоса. Он не просто командовал. Он вмешивался лично. И выбирал цели с хирургической точностью. Сначала один из големов, теперь Некролев — он выбивал ключевые, уникальные активы один за другим.
Если он может такое… если он может просто создать руку из земли и схватить легендарного стража… что мешает ему сделать то же самое со мной? Или с Сатой? Или просто разверзнуть землю под нашими ногами и похоронить нас всех заживо?
Всё, — подумал я без пафоса, без злости, почти без эмоций. Просто констатация факта, холодная и бесповоротная, как приговор. — Жопа.
Мы не просто проигрывали сражение. Мы проигрывали войну. На тактическом, стратегическом и, что хуже всего, на магическом уровне. У противника был козырь, против которого у нас не было ни защиты, ни ответа.
Оставалось только одно — попытаться вырваться из этой ловушки, пока нас не перемололи в фарш окончательно. Или… найти свой, отчаянный и безумный, козырь.
И именно в этот момент я увидел его через «Око».
Халтос, он стоял на своём огре и смеялся. А потом, всё ещё смеясь, он медленно, театрально поднял обе руки, сжал кулаки, прижал к ним большие пальцы… и отчётливо, нагло, на всю эту кровавую вселенную, показал в нашу сторону ДВА ФАКА.
Всё внутри тут же оборвалось. Не от оскорбления. От озарения. Страх сменился адреналином, а затем ледяной волной понимания.
Что за⁈ Этот жест… он же земной. Сто пудов, блядь! Ни один гоблин, орк или тролль в этом долбаном мире так не выражается!
Мысли понеслись лавиной.
Он свой. Попаданец. Как я. Как Амина. Как Костя. Как Зразор. Только он попал не в демона или крысокрота, а в гоблина. И теперь мы режем друг другу армии.
Нужен был сигнал. Ответ. Что-то, что он поймёт. Кричать бесполезно. Махать оружием — вызов на бой. Нужно что-то… универсальное. И тут в памяти всплыл образ. Белый флаг. Символ капитуляции. Но также и символ запроса на диалог, на переговоры. И если Халтос с Земли… он его узнает.
Я огляделся. Белого вокруг не было. Только грязь, кровь, копоть, синие вспышки магии смерти и багровые отблески огня. И тут мой взгляд упал на Лулу. Вернее, на её платье. Когда-то светлое, теперь в пятнах крови, грязи и магических ожогов, но в целом… белое. Ну, или… светло-серое. Сойдёт, короче.
— Лула! Спускайся! Ко мне! Срочно! — рявкнул я.
— Хозяин? Приказывайте! Какая цель? Кого атаковать? — спросила она, обернувшись.
— Нет! Спускайся и снимай платье!
Её восторженное выражение сменилось на полное, абсолютное недоумение. Она моргнула своими горящими красивыми глазами.
— Хозяин? Здесь? Сейчас? — в её голосе прозвучала смесь дикой надежды и крайнего сомнения в моей адекватности. — Но… вокруг же бой… и грязь… Я, конечно, не против, но условия не самые…
— Не для этого, идиотка! — заорал я. — Быстро снимай платье! Мне нужна тряпка! Белая тряпка!
Глава 3
— Ну-у-у… вы и выдумщик, господин! — протянула Лула, её голос звенел неподдельным восхищением. — Не понимаю, что вы хотите сделать, но… прямо здесь? На поле боя? Как романтично! И дерзко!
— БЫСТРЕЕ, БЛЯ! И ДАВАЙ БЕЗ РАЗГОВОРОВ! — рявкнул я, уже не выдерживая, ведь каждая секунда стоила жизней моих стражей.
Где-то там, в клубке тел и стали, гибли Павшие Всадники, Некролев хрипел в каменной хватке, а Анора сходила с ума от ярости и беспомощности.
Но Лула, хихикая так, будто это было лучшее приключение в её новой бессмертной жизни, моментально стянула с себя одежду. И я, не глядя на её
