Повторная молодость 4 - Валерий Кобозев

в нем только отсутствует начинка взрывчаткой и взрывателями. Вместо этих компонент мы пока устанавливаем упаковку с песком и хлопушку. Так что заменим их боевыми компонентами и соберем боевые ракеты — ответил я.

— А ваша система ПВО сможет поражать сверхзвуковые цели? — спросил генерал Лисовский.

— Надеюсь, что сможет, скорость ракеты семьсот метров в секунду — это два Маха. Но сами понимаете, есть ограничения. Для больших скоростей нужен другой двигатель — ответил я.

— Хм, она у вас быстрее, чем ракеты 9М37 «Стрелы-10» — выдал генерал. — Они летят со скоростью пятьсот метров в секунду.

— Можно использовать двигатель от ракеты 3М9 ЗРК «Куб», у нее скорость 2.8 Маха — сказал генерал Кокошкин.

— У этих ракет есть своя система наведения и пусковая, нам она явно не подойдет. Нам нужно разработать в геометрии ракет «Град» двигатель, который даст нашей ракете скорость три Маха — сказал я. — Тогда мы сможем перехватывать сверхзвуковые цели. Но пока я думаю нам хватит работы с крылатыми ракетами и беспилотниками, такая задача нам была поставлена.

— Не скажите Валерий Иванович, у наших радиолокационных систем ПВО свои болезни — неустойчивость к радиопомехам, которые противник изобретает все новые и новые. Ваша оптоэлектронная станция позволяет избежать их — сказал Устинов. — Поэтому установка ваших систем наведения на наши традиционные системы ПВО очень даже актуальна.

— Как скажете Дмитрий Федорович, лучше эти вопросы решать совместно с разработчиками этих ракет. Станции оптоэлектронной разведки и наведения мы можем поставлять им по кооперации, как и блоки управления ракетами — ответил я, мне не хотелось связываться с этими монстрами оборонной промышленности, из прошлой жизни я помнил, какие они были снобами. — Нам бы выделить двигателистов, или дать им четкое задание разработать двигатель для ракеты «Град» со скоростью три Маха.

— И с минометным стартом — добавил Лесков.

— Что за минометный старт? — спросил Устинов.

— Это когда ракета вылетает из глухого стакана с помощью порохового заряда, не обжигая своим пламенем самолет — ответил Лесков. — У нас направляюще установлены с этой целью на концах крыльев самолета, после выпуска одной ракеты есть некоторые проблемы с балансировкой самолета. А так мы их сможем поставить вплотную к фюзеляжу.

— И для наземного старта ракеты это более безопасный вариант — вертикальный старт с опорой на грунт резко упрощает пусковую установку — добавил я.

— Хорошо, дадим задание проработать такой вопрос — пообещал Устинов.

На этом Устинов дал команду сворачиваться, и комиссия министерства обороны уехала восвояси, к вертолету, который доставит их на аэродром.

— Ну что товарищи, поздравляю с успешными смотринами — с улыбкой поздравил я сотрудников. — Через две недели надеюсь мы триумфально разгромим воздушный флот мишеней министерства обороны. А там непростые мишени, а маневрирующие, М-143 на основе беспилотника Ту-143, который летает с дозвуковой скоростью порядка тысячи километров в час. Будут также самолеты-мишени Ла-17, у него тоже высокая скорость девятьсот километров в час, как у реальной крылатой ракеты.

До этого мы с вами испытывали свою технику только на своих низкоскоростных беспилотниках, надеюсь, что наша система ПВО не подведет нас. Мы, кстати, еще не дали ей название. Есть идеи?

— После успешных боевых испытаний можно будет назвать ее «Триумф» — усмехнулся Лесков.

— Ну хорошо, если собьем все мишени, так и назовем эту систему ПВО — согласился я с улыбкой. В моем времени такое название носила мощная система ПВО разработки концерна «Алмаз-Антей» С-400, которая могла поражать воздушные цели на расстоянии до 380 километров, в том числе по наводке самолета ДРЛО А-50.

— А если проколемся с ней, так и назовем «Прокол» — продолжал шутить Лесков.

— Тоже неплохое название для системы ПВО — засмеялся я. — Но я надеюсь, что она получит название «Триумф».

Через две недели у нас на вооружении была сотня боевых ракет, мы пожертвовали парой «Стрижей» для их испытаний. Восемь килограммов взрывчатки со стержневыми элементами разносили их в хлам, подрыв происходил на расстоянии семи метров от цели. Прилетела комиссия министерства обороны, с ней прибыли кинооператоры со скоростными кинокамерами, им предстояло снимать моменты встречи ракеты с мишенью.

Испытания построили таким образом, чтобы одну мишень смогли обстрелять три дрона — первые два дрона обстреливали учебно-боевыми ракетами с петардами, начиненными дипольными отражателями, а последние два дрона должны были поразить мишень боевыми ракетами. Ну и в самом конце, если нам не удастся ее сбить, ее будут обстреливать расчеты ЗРК «Куб», им тоже надо тренироваться.

В десять утра все были готовы к испытаниям, Устинов дал команду запустить первую мишень — это была летающая мишень Ла-17М. Наша стационарная станция оптоэлектронной разведки обнаружила мишень на расстоянии тридцати пяти километров — был весенний солнечный день, видимость была отличной. Дроны двинулись на перехват цели, они уже были в воздухе, несли боевое дежурство. Получив целеуказание от центральной станции они двинулись на перехват цели в соответствие с ее вектором движения. Когда мишень подошла на расстояние двадцати километров от первого дрона, он выпустил первую учебно-боевую ракету, а спустя двадцать секунд вторую. Даже для комплексов ПВО «Куб» по уставу надлежало для уверенного поражения цели выпускать по ней две ракеты.

Через тридцать секунд пост радиометрии зафиксировал первую вспышку дипольных отражателей возле мишени, а еще через двадцать секунд вторую вспышку — цель была поражена обеими ракетами.

— Молодцы ребята — похвалил нас Устинов. Мы с ним, и с другими генералами и офицерами находились в пункте управления, в который сходились доклады от постов наблюдения.

Тут же поступили сообщения с наземных постов по рации, они зафиксировали попадание ракеты, то есть подрыв возле мишени.

Через тридцать секунд второй дрон обстрелял мишень учебно-боевыми ракетами, тоже выпустил две ракеты по Ла-17М. Опять своевременный подрыв заряда, дипольные облака уверенно окутывали мишень.

Еще тридцать секунд и третий «Кондор» выпускает одну за другой две ракеты, уже с зарядами взрывчатки. Это мы уже наблюдали визуально — стремительно летящая крылатая ракета Ла-17М, дрон «Кондор» выпускает с расстояния семнадцати километров одну ракету за другой, они практически мгновенно, примерно за двадцать секунд попадают в мишень. Вначале одна ракета взрывается у мишени, которая тут же теряет скорость и начинает падать. Тут же в нее ударяет вторая ракета, у мишени отваливается крыло, и она кувыркаясь, летит к земле.

— Молодцы ребята! — порадовался министр обороны. — Молодцы! Теперь надо посмотреть, как они справятся с маневрирующей мишенью М-143, она и побыстрее будет.

Мы подняли в воздух вторую группу дронов, я дал команду еще и на четвертый рубеж обороны поставить еще пару «Кондоров», чтобы