Первая любовь не ржавеет - Лина Филимонова
– А за деньги?
– Слушай, я дам тебе его номер. Попробуй, договорись. У меня не получилось.
* * *
Набираю Серегу. Пытаюсь договориться.
– Я могу взять ее телефон, – излагаю я. – На несколько минут. И… не знаю... Поставить программу слежения. Настроить переадресацию или синхронизацию данных на мое устройство. Это же возможно?
– Сделать возможно. Но, чтобы это осталось незамеченным – очень сложно. У тебя нет таких навыков и знаний.
– А у тебя?
– Если ты дашь мне телефон на полчаса, я сделаю. Мог бы сделать. Но, бля… Нахера мне такие риски? Это может вылиться в уголовное дело. Я потеряю работу.
– Риски оплачиваются.
– Ну, если ты оплатишь мне безбедную старость на Мальдивах…
– Это вряд ли, – признаю я.
– Послушай, чувак. Не усложняй. Выброси из головы всю эту шпионскую херню с программами слежения. Обычно все гораздо проще.
– В смысле?
– Вы же были женаты. Ты знаешь ее пароли. Или то, что она может поставить на пароль. У вас могут быть общие аккаунты, хранилища, цифровые устройства. Подумай об этом.
– О–о-о… – тяну я.
– Вот именно. Мысли проще.
– Спасибо. Куда тебе отправить благодарность за консультацию?
– Можешь по этому номеру, – благосклонно произносит он.
* * *
Я встретил Аню в аэропорту. И мы сразу поехали в лабораторию. Она даже не спросила, в какую.
Я выбрал ту, что дальше от центра. Почему – я хер знает. Просто надо было что–то выбрать…
Объясняю девушке в регистратуре, какие именно анализы нам нужны. Оплачиваю. Она выдает направления и показывает, куда пройти.
Я первый.
Все легко. Просто мазок ватной палочкой внутри щеки.
Но я, блин, волнуюсь, как будто у меня печень вырезают!
Готово. Выхожу.
Иду вместе с Аней в кабинет забора крови, указанный в направлении.
– Хочешь присутствовать? – спрашивает она, открывая дверь.
Я киваю. Чувствую себя последним придурком, но… А что делать? Хоть какая–то попытка контроля.
Аня садится в кресло.
– Муж для поддержки? – с улыбкой спрашивает медсестра. – Боитесь?
– Немного, – смущенно улыбается Аня.
А я наблюдаю, как медсестра наклеивает штрихкод на пока ещё пустую пробирку.
– В обмороки падали? – спрашивает она Аню.
– Нет… .
Она отворачивается от медсестры, колдующей над ее рукой. Та дает короткие команды:
– Работайте кулачком. Разожмите.
Я смотрю, как в пробирку капает кровь. Внутри что–то сжимается. Вроде я не падаю в обморок от вида крови, но такое противно–щекочущее ощущение в животе...
Медсестра быстро и ловко делает свою работу. Снимает жгут. Заклеивает место прокола. Сверяет штрихкод, ставит пробирку в штатив.
Аня встает с кресла. И вдруг резко пошатывается. Хватается за мою руку, протянутую инстинктивно.
– Что–то голова закружилась…
Медсестра суетится, достает нашатырку.
Я усаживаю Аню на кушетку. Она не выпускает мою ладонь…
Пробирка, кстати, стоит на месте.
Аня шарахается от ватки с нашатыркой. Я помогаю ей подняться и мы выходим в коридор.
– Как себя чувствуешь? – спрашиваю уже на улице.
– Нормально. Токсикоз, правда, замучил, – виновато улыбается она. – Все как в прошлый раз.
И меня внезапно накрывает воспоминаниями о “прошлом разе”...
63
63
Александр
В прошлый раз я был как во сне. В дурном, затянувшемся, выматывающем сне, из которого нет выхода.
Я решил взять ответственность. Как мужик. Я взял. И нес эту ношу. Не испытывая положенной в таких случаях радости.
Я был полон страхов и неуверенности, но не показывал этого. Я же мужик…
Мне было жаль Аню. Ей было реально плохо и тяжело. Я ей сочувствовал и помогал.
Я делал все, что требовалось. В первую очередь – пытался заработать всеми возможными способами.
Я даже улыбался.
Но внутри у меня было пусто.
Наверное, эта пустота заполнилась, только когда я взял на руки сына…
Так что “прошлый раз” – это вообще не то, что мне хочется вспоминать. Не то, что вызывает слёзы счастья и умиления.
И на манипуляции я больше не ведусь.
Мы садимся в машину. Я трогаюсь с места и спрашиваю свою бывшую жену:
– Куда тебя отвезти?
– К твоей маме.
– Серьёзно?
– А что? Она сама меня пригласила.
– После того, как ты ей позвонила и сообщила, что приезжаешь?
Она молчит.
– Мы не будем вместе, – говорю я. – Даже если ты беременна.
– Если? – взвивается она.
– Я отвезу тебя в аэропорт.
– Что?!
– Зачем тебе оставаться? Тест сделан. Я получу результат. И ты тоже получишь. По электронной почте.
– Но я хотела…
– Ты улетишь сегодня. Сейчас.
– Это не тебе решать!
– Мне. Не лезь к моей маме. И в мою жизнь. Ясно?
Поджала губы. Молчит.
Я еду дальше. Внезапно оно подносит ладонь к горлу и хватается за ручку двери.
– Что такое?
– Тошнит…
Я останавливаюсь. Аня быстро и часто дышит, всё ещё держать за горло.
Протягиваю ей бутылку воды. Она пьет.
– Лучше?
– Да.
– Можем ехать?
– Ты стал таким грубым, Саш…
– Стал, – отвечаю резко.
Чувствую себя подонком, который издевается над беременной женщиной.
Этого она и добивается. Моего чувства вины.
Так что да – я подонок. Давайте на этом и остановимся.
Приезжаем в аэропорт. Я иду решительным шагом. Аня плетется за мной.
Я подхожу к кассе и покупаю ей билет. Она даже дает мне свой паспорт, уже не споря.
– Самолет через два часа. Как раз успеешь пройти регистрацию.
Разворачиваюсь, чтобы уйти. Слышу за спиной:
– Саш… – короткое молчание. – Это твой ребёнок.
Ухожу, не оборачиваясь.
* * *
Я уже второй день пытаюсь найти способ войти в Анин основной аккаунт. Когда–то к нему были привязаны почта, облако и часть приложений. Или хотя бы попасть просто в почту – через нее можно получить доступ к другим сервисам.
Вернулся домой из аэропорта и сразу сел за ноут. Вышел из своих акков, пытаюсь зайти в ее.
Если у меня получится, ей, скорее всего, придет уведомление. Если у нее стоит двухфакторная идентификация – то потребуется номер телефона. И тогда я в пролете.
А если нет… то мне повезет.
Я пробую войти и в основной акк, и в акки мессенджеров отдельно. Вот как раз там может не быть двухфакторной защиты. Во всяком
