Повторная молодость 4 - Валерий Кобозев
Ольга поначалу прижала ладонь к губам, но потом успокоилась и внимательно меня слушала. После этого кивнула мне и сосредоточенно сидела, смотря в проход. Дождалась, когда там прошла статная девушка, ее типажа, встала и пошла за ней.
Через пять минут рядом со мной села Оксана — и вправду схожий типаж. Лица разные, а фигуры и прически этих двух шатенок не сильно различались. А после подгонки вообще стала копией Ольги, если смотреть сзади. Соседи только так ее и видели. Мы уселись и стали ждать посадки, я начал перебрасываться с Оксаной ничего не значащими фразами о нашем полете.
Нас посадили на базе ВВС Турции, которую они использовали вместе с американцами. Сначала турки вывели экипаж — пилотов, и штурмана с бортинженером, стюардесс оставили. Затем с помощью стюардесс начали выводить пассажиров, сначала второй салон, потом очередь дошла до нас. Нас разместили в казармах американцев, видимо турки не хотели показывать «скромность» своих казарм. Ну и караулили нас тоже американцы, просто скопировали наши документы, но даже допрашивать не стали.
У меня появилась надежда, что я спокойно вернусь домой. Но не тут-то было. Через сутки меня изолировали от остальных и перевели в другое место, похоже, что в посольство США, хотя точно я этого не знал — везли в машине с закрытыми окнами. Со мной стали разговаривать официальные лица США, убеждая попросить политического убежища в США. Я, естественно, отказывался — ни к чему мне это.
— Меня зовут Роджер Смит, я представляю правительство США — представился очередной агитатор. — Мы предлагаем вам политическое убежище в США, вы будете получать пособие в течение года, а потом вы получите вид на жительство и разрешение на работу в США — напыщенно сообщил он.
— А зачем мне это надо? — спросил я, подозревая, что этот олух не знает, с кем имеет дело, и что его скорее всего послали ко мне, чтобы я не скучал в одиночестве.
— Ну как же, вы будете зарабатывать хорошие деньги, вы же инженер, а инженеры у нас получают очень хорошо, не то, что в СССР! — агитировал он.
— И сколько я буду получать? — спросил я, чтобы развеять скуку.
— О! Это зависит только от вас и работодателя. Но меньше полутора тысяч долларов в месяц получать не будете — ответил он.
— Ну и нафига мне это — я в СССР получаю две тысячи рублей, это сейчас примерно тысяча долларов, если по коммерческому курсу, но реальная цена рубля раза в два выше. Так что ваше предложение убыточно для меня — торговался я, веселясь про себя.
— Да где у вас такие зарплаты? Максимум триста рублей ведущий инженер получает! — возмутился американец.
— Ну так я председатель совета директоров в двух компаниях с окладом тысяча рублей — вот и сложите их вместе — предложил я.
— Как председатель совета директоров? У вас есть советы директоров? — удивился американец.
Глава 23
— Ну да, контрольные пакеты акция в этих компаниях принадлежат мне, поэтому я и возглавляю советы директоров — пояснил я, внутренне смеясь над американцем, который плохо знает современные реалии СССР.
— Так вы еще и дивиденды по акциям получаете? — американец смотрел на меня круглыми глазами.
— Да, получаю, примерно по тридцать миллионов рублей ежегодно — ответил я.
— Мне надо связаться с начальством — подскочил американец и оставил меня в одиночестве. Но я понимал, что скоро придут люди, которые знают обо мне все, которые и дали команду меня задержать, и начать эту канитель с вербовкой.
Ждать пришлось сутки — видимо эти люди прилетели из США.
— Я Джеф Коллинз, представляю правительство США. Валерий Иванович, наш правительство предлагает вам принять гражданство США и трудиться на территории нашей страны, вам тут будет свободнее оперировать своими капиталами, чем в СССР — сходу начал свою агитацию он.
— Меня и в СССР ничего не ограничивает — усмехнулся я. — Пора заканчивать этот цирк и выпускать меня, этот ваш поступок плохо отразится на моем отношении к США.
— Ну зачем вы так, мы стараемся просветить вас по части выгоды приобретения гражданства США — заюлил американец.
— И что, вы весь наш самолет вербуете в граждане США? — усмехнулся я.
— Да нет, что вы! Вы особый случай, остальные уже находятся в СССР, кроме пилотов — ответил Коллинз. — С пилотами разбираются турки. Власти СССР требуют выдать второго пилота, который угнал самолет, турки не хотят.
— А меня выдать разве не требуют? — усмехнулся я.
— Ну как же, требуют, но мы сообщили, что вы решили остаться в тут и попросили политического убежища в США. Так что у вас по сути выбора нет — ухмыльнулся Коллинз.
— Выбор всегда есть. У меня нет мотивов просить у вас политического убежища. Я богат и успешен в СССР — хмыкнул я.
— Ну вы забываете, что и в СССР есть проблемы, не даром в прошлом году был подавлен мятеж недовольных реформами — ухмыльнулся Коллинз. — Вот вы, как человек сочувствующий этим людям, не можете жить в стране, где несогласных убивают.
— Ну так эти несогласные как раз позиционировали себя как истинные коммунисты и ярые противники США и капитализма вообще. И не забывайте, что эти не согласные взялись за оружие, чтобы убивать не согласных с ними — усмехнулся я. — И чего это сторонник истинных коммунистов, сам является по их понятиям капиталистом, стал просить убежища в США?
— Ну кто об этом сейчас вспомнит — ухмыльнулся Коллинз. — Главное, что есть оппозиция и ее сторонники, вот вы, например.
Так продолжалось несколько суток — я уже начал терять счет времени, у меня не было ни часов, ни календаря. После очередного ужина меня потянуло в сон и проснулся я не скоро, с гудящей головой, как с похмелья.
После завтрака ко мне пришел офицер ЦРУ
