Первая любовь не ржавеет - Лина Филимонова
– Как?
– Не скрывай от меня ничего.
– Больше не буду, – произносит Сашка.
Держит меня за руку и смотрит недоверчиво.
– Что? – спрашиваю я.
– Это… все?
– В смысле?
– Ты меня простила? Больше не будешь обижаться, злиться и плакать?
– Я не знаю, что я буду делать через пять минут. Но сейчас я хочу обнимашки. И большую шоколадку с орехами. С цельным фундуком! “Милку”!
– Что делать? Бежать за шоколадкой или обниматься? – растерянно спрашивает Сашка.
– Сам решай! – я надуваю губы.
– Мля… – выдыхает он.
74
74
Александр
Вопрос с шоколадкой мы решили.
Сначала я засосал Маринку, как нормальный пацан. Потом хотел перейти от прелюдий к основной программе. Но она заверещала, что умрет без шоколадки. И без колы лайт. И без селедки с зеленым луком. И, кажется, ещё без мороженки, политой кетчупом.
Так что мы поехали в супермаркет и там накидали в тележку разного. Маринка увидела кальмаров и вознамерилась приготовить с ними что–то странненькое.
Так что мы дома. На кухне. Я чищу лук и тру пармезан. Маринка издевается над кальмарами.
Шоколадка, кстати, лежит нетронутая в холодильнике. И что–то мне подсказывает, что лучше Маринке об этом не напоминать. И, тем более, не смеяться.
А то у нее в руках нож. Мало ли…
Мой телефон звякает. Сообщение. Я дергаюсь. Думаю, что он Ани.
Или из лаборатории – мне тоже пришли результаты теста. Должны прийти, кстати. Но вряд ли в воскресенье.
Но это не Аня и не лаборатория. Это мой сын. Мы с ним как минимум раз в неделю переписываемся и созваниваемся. Правда, чаще всего инициатор я. На это я не обижаюсь. Понимаю, что он весь в учебе, работе, друзьях, девушках… Мне не сложно написать. Я скучаю.
Но сегодня он пишет сам.
“Привет, пап”.
“Здорово, сын. Как жизнь?”
“Немного странно”, – отвечает Антоха.
И я сразу напрягаюсь.
На вопросительный взгляд Маринки говорю:
– Сын пишет.
Она понимающе кивает и дальше занимается кальмарами.
“Что случилось?” – спрашиваю я.
“Мама говорит, вы опять вместе”.
Охренеть.… Аня совсем охренела!
“Нет”, – просто отвечаю я.
“А ещё она говорит, что у меня будет братик или сестричка”,
Что, мля? Такое в переписке не обсудить. Я звоню Антону.
– Слушай, твоя мама… – Как бы это сказать мягче и не матом? – Немного попутала берега.
– Ясно.
– Мы не вместе, и не были вместе со времен развода. И не собираемся! – я чуть ли не ору.
А сын реагирует спокойно. Своим фирменным:
– Ясно.
Ясно ему… А вот мне ни фига не ясно. Какого хрена эта полоумная интриганка… У нее вообще, походу, крыша поехала.
– Мне жаль, что тебя в это втянули, – говорю я.
Без местоимений и не называя имен. Втянули… Аня втянула! Ради манипуляции. Знала, что он позвонит мне. Хотела додавить.
Видимо, по ее плану мне сначала должна была позвонить Маринка, получившая тест ДНК. И послать меня на хер. Окончательно. А потом должен был позвонить Антоха. И добить вот этим всем…
– Я переживу, – говорит сын.
Марина смотрит на меня. Она слышит наш разговор.
Я должен сказать Антохе… Первая мысль – не надо сразу на него все вываливать. Лучше потом.
Вторая – да переживет! Он молодой, у него крепкая психика.
А вот Марине важно сейчас услышать...
– Сын, я собираюсь жениться.
– Ясно, – звучит в трубке.
Да что он заладил, как попугай!
– Она… офигенная. Уверен, вы подружитесь. Маринка – моя первая любовь. И вот мы встретились через двадцать лет, прикинь.
– Ясно…
Да бля. Бесит уже!
– Что тебе ясно? – не выдерживаю я.
– Ты кого–то встретил. А мама со своим чуваком рассталась. Вот и бесится.
– Примерно так, – киваю я.
Мой сын, что называется, сечет фишку с лету.
– Я только не понял, братик–то у меня будет? Или сестричка.
– Обязательно будет! – говорю я.
– Ясно…
А другие слова у него в лексиконе есть?
– В смысле… поздравляю, пап.
Ну вот. Уже лучше.
– Спасибо, сын.
– Давай, до связи.
Я кладу трубку. Смотрю на Маринку. Она сидит напротив, задумчиво подперев рукой подбородок.
– Похоже, Аня реально беременна.
– Похоже.
– И она ищет отца своему будущему ребёнку.
– Ищет?
– Наверное, биологический отец сбежал. Нужен другой. А ты проверенный хороший вариант.
– Вариант… – повторяю я.
И чувствую: это слово передает самую суть. Я всегда был для Ани вариантом. Удобным, практичным, функциональным.
Меня можно было юзать и мной легко было манипулировать. Но те времена прошли. Я изменился.
Я, наконец–то, повзрослел и стал мужиком.
Ну вот и надо вести себя как мужик! Сейчас позвоню ей и разнесу нахрен за все, что она творит.
75
75
Александр
– Кому ты звонишь? – спрашивает Маринка.
– Ане.
– Зачем?
– Как зачем! Люлей отсыпать.
– Подожди.
– Что?
Я сбрасываю звонок. Вопросительно смотрю на Маринку. Внутри все клокочет. Взбесила меня бывшая жена. Вот прям последняя капля сейчас была, когда она втянула во все это Антоху.
– Просто подожди, – говорит Марина. – Остынь. Ты сейчас на эмоциях. А в этой ситуации надо действовать разумно.
Какая мудрая женщина!
Как будто не она недавно сначала плакала, потом смеялась, потом требовала шоколадку – но не съела. А в данный момент она облизывает бутылку с кетчупом.
У меня встает.
Может, и неуместно. Но, бля… Эти сочные губы, обхватывающие горлышко бутылки… У трупа бы встал, отвечаю! А я живой озабоченный мужик.
Облизываюсь на Маринкку, как кот на сметану.
Ночью – сожру!
Если сейчас вдруг наброшусь, боюсь, она не поймет. Да я сам не пойму… Я что, животное? Тут проблемы надо решать, а не…
Так. Проблемы.
Маринка, наконец, оставила бутылку в покое. И я снова могу думать.
Я хотел позвонить Ане. А это опять болтовня.
Болтать не надо! Надо действовать.
– Давай подадим заявление и назначим дату свадьбы, – выпаливаю я.
– Прямо сейчас? – глаза Маринки шокировано распахиваются.
– А чего тянуть?
– Ну… давай.
– Зайдем на госуслуги и…
Я так и делаю. Открываю приложение, нахожу вкладку “Регистрация брака”, начинаю заполнять.
– Где хочешь свадьбу? – спрашиваю Маринку. – Давай в нашем городке.
