Первая любовь не ржавеет - Лина Филимонова
И замираем так на пару минут.
– У тебя часто бывают бурные ночи? – спрашиваю, убрав переставший действовать холодный пакет.
– Такой, как вчера, не было никогда…
– Саш, мы же с тобой не… – заглядываю в его глаза.
Он улыбается. Притягивает меня к себе за талию. И выдыхает мне прямо в губы:
– Ты бы запомнила…
Я не даю ему себя поцеловать. Наклоняю голову. Мой лоб упирается в его колючий подбородок.
– Кофе!
Я вижу поднимающуюся пенку.
– Поймал!
Сашка наливает кофе мне. Варит ещё. Я пью с молоком и сахаром. Чувствую, как понемногу оживаю.
Мы вместе готовим суп на курином бульоне. Он чистит лук, я его режу. От трет морковку, я ее обжариваю. Мы то и дело соприкасаемся локтями. Пьем воду из одного стакана. Он обнимает меня…
Мне просто хорошо. Хотя и плохо. Оказывается, похмелье сближает!
– Ложечку за маму, ложечку за папу, – Сашка кормит меня супом. – Ложечку за Самойлову, ложечку за Селезневу…
– Фу! Не буду за них есть.
– Тогда за меня.
Я открываю рот. Суп вкусный. Сашка такой близкий и родной…
И мне сейчас все равно, что было вчера. И что на том видео. И что будет дальше, тоже пока неважно.
Я просто ставлю все на паузу. На пару часов, пока прихожу в себя.
После еды мы просто падаем на диван перед телевизором. Бесконечно пьем зеленый чай. У меня нет ничего сладкого – специально не покупала. Сашка бежит в ближайший магазин за шоколадкой и приносит два пакета продуктов. В том числе ведерко мороженого… Очень кстати!
День идет неспешно. Мы смотрим какие–то фильмы.
Меня клонит в сон. Моя голова лежит на Сашкином плече.
– Марин, а помнишь как мы с тобой…
– Саш, не надо.
Я выпрямляюсь. И отодвигаюсь от него. Вдруг понимаю: все. Пауза закончилась.
– Чего не надо? – спрашивает он.
– Ничего. Ты сейчас поедешь домой. И больше сюда не вернешься.
– Я никуда не поеду! – горячо возражает он.
– Саш….
– Марин, нам же хорошо вместе.
– Нам и двадцать лет назад было хорошо. И что?
Он молчит.
– Тогда все кончилось тем, что ты женился на другой. А я собирала себя по кусочкам. Все, Саш, давай. Тебе пора.
10
10
Марина
Долгая пауза.
Я уже жалею, что сказала это. Я как будто показала свою слабость… Мне все равно! Двадцать лет прошло. Все раны давно заросли и забылись.
– Марин, прости меня, – вдруг произносит Саша.
– Давно простила.
– Ещё раз прости.
– Ладно, – киваю я.
– Что было – то было. Давай не будем вспоминать…
– Вот и я говорю: давай не будем.
Я вскакиваю с дивана. Начинаю суетится. Чувствую, что похмелье покинуло меня окончательно и я полна энергии.
– Мне надо забрать машину. У меня куча дел…
– Сегодня воскресенье.
– А мне какая разница? У меня ремонт.
– Вечер уже.
– Саш, я сама разберусь со своим расписанием.
И со своей жизнью. Не надо мне снова… Ничего мне не нужно! Я вообще не планировала с ним встречаться.
– Я развелся, – вдруг произносит Сашка. – Два года назад.
– Я тоже развелась. Два раза.
В первый раз я выскочила замуж ещё в институте. По глупости, назло, из желания кому–то что–то доказать… Кому–кому… Видимо, Сашке.
У которого уже была жена. И вскоре появился ребёнок.
А мой первый брак продлился всего год. Как раз после празднования годовщины я застала своего мужа с другой. Тоже с нашего курса, только более стройной и привлекательной, чем я.
Я сразу подала на развод. И после этого долго была одна. И считала, что на мне венец безбрачия или что–то вроде того. Мне катастрофически не везло с мужчинами!
А я так хотела семью и детей…
Когда мне исполнилось тридцать, появился он. Борис. Настоящий мужчина и полковник. Тоже мечтавший о семье.
Мы поженились. Пытались завести детей. Казалось: счастье близко. Вот–вот, и все будет просто прекрасно.
Но я так и не смогла забеременеть…
Он бросил меня и ушел к молодой. Уверена, она подарит ему наследника, о котором он так мечтает.
А я…
– Пойдем, покажешь, – голос Сашки вырывает меня из воспоминаний.
– Что?
– Что ты собралась ремонтировать?
– Беседку. Для начала.
– А крыльцо?
– Что – крыльцо?
– Надо доски обновить.
– Надо…
– Кухню не мешало бы перекрасить, – перечисляет Сашка. – А в коридоре переклеить обои. По–хорошему, конечно, тут все надо менять. В идеале – вообще снести и построить новый.
– Что снести?
– Дом. Он на ладан дышит.
– Ничего он не дышит…. Он ещё крепкий! У него фундамент знаешь какой?
– Фундамент просел. Дом маленький и несовременный. А место очень хорошее.
Да что он о себе возомнил! Дом ему не нравится… Хороший дом. Сто лет ещё простоит. Так я и буду говорить покупателям.
– Не помню, чтобы я спрашивала твое мнение, – бурчу недовольно.
И вызываю такси.
– Ты куда?
– За машиной.
– Я тебя отвезу.
– На чем?
Он сбрасывает мой заказ и сам вызывает такси.
– Ты чего тут раскомандовался? – возмущаюсь я.
А он меня целует! Нахал.
* * *
Я всё–таки спровадила Сашку. Мы с ним вместе доехали до того ресторана, вместе вышли из такси. Он даже заставил меня показать ему рейки, которые я купила для ремонта беседки. Покачал головой, и ничего не сказал.
Зато я сказала ему твердо и ясно: “Прощай”. И уехала. Даже без прощального поцелуя.
А сейчас сижу дома, доедаю мороженое. И смотрю то самое видео, которое утром меня разбудило. Его выложил в ютуб кто–то из девчонок.
Капец… Я танцую на барной стойке. Не так уж плохо выгляжу, кстати. Мой спортивный топ – просто огонь! Утянул талию и приподнял грудь. Я, конечно, не модель. Но не такая уж и толстая…
Но мои одноклассницы считают иначе.
“Ну и корова, – раздается за кадром голос Селезневой. – Под ней сейчас стойка проломится. Снимай, снимай!”
“Какой у нее размер вымени? Седьмой? Таким и убить можно”.
Это, кажется, Морозова.
“Смотри, смотри, она ещё и задницей вертит. Ну просто бегемотиха!” – ржет Самойлова.
От нее я такого не ожидала…
Мое настроение падает
