Лекарь из Пустоты. Книга 13 - Александр Майерс
— Как видите, я никак не поддерживаю заклинание, — сказал мой подопечный. — Оно работает само.
— И сколько держится? — с любопытством спросил профессор.
— Максимальный результат — сто двадцать часов.
В кабинете стало тихо. Члены комиссии смотрели на то, как заклинание само по себе исцеляет рану на руке Виктора. Вельяминов подошел ближе, прищурился, и я сразу почувствовал, как он активировал магическое зрение.
И он не просто смотрел, чтобы убедиться в работоспособности плетения. Он внимательно изучал каждую его часть, наверняка надеясь скопировать.
Что ж. Ожидаемо. Я так и думал, что вся эта экспертиза нужна лишь для того, чтобы выведать наши секреты.
Я выпустил несколько тончайших нитей Пустоты и направил на заклинание. А затем позволил Пустоте немного расшириться, чтобы она закрыла собой часть плетения. Я ничего не уничтожил, заклинание продолжало работать — но рассмотреть его во всех деталях теперь было невозможно. Пустота преломляла энергию, делая несколько участков заклинания невидимыми даже для магического зрения.
Барон Вельяминов еле заметно нахмурился и пробормотал:
— Странно.
— Что-то не так, Сергей Тарасович? — невинным тоном поинтересовался я.
— Структура заклинания выглядит неполной. При этом прекрасно работает.
— И это главное, правда? Просто надо учитывать, что господин Соловьёв не обладает целительским даром от рождения, поэтому его плетения выглядят несколько иначе.
— Да, но…
— Думаю, достаточно, — перебил я, заметив, что порез на руке Виктора уже полностью зажил.
Он понял меня с полувзгляда и тут же развеял заклинание.
— Что ж, господа, я склонен считать основное утверждение монографии подтверждённым, — подытожил Ларионов.
Остальные с ним согласились, кроме Вельяминова, который задумчиво жевал губы. Тяжело вздохнув, он посмотрел на меня и произнес:
— Формально возражений у меня нет. Но своё мнение о рисках метода я изложу в отдельном приложении к заключению.
— Это ваше право, — кивнул я.
— С вашего позволения, мы сделаем перерыв на обед, а затем продолжим изучение документов и слепков ауры. Там ещё есть над чем поработать, — добавил Сергей Тарасович.
— Пожалуйста. Пообедать можете здесь же, в столовой клиники. У нас хорошо кормят.
Они так и сделали. А я тем временем подошёл к Виктору и тихо предупредил:
— Держи ухо востро. Особенно с Вельяминовым.
— Ага, я заметил, как он изучал моё заклинание.
— Ничего больше не формируй, даже если они будут настаивать. А если начнут задавать вопросы — не выдавай никаких деталей. Отвечай общими словами.
— Как прикажете.
На всякий случай я оставил с Виктором четверых гвардейцев и велел им внимательно следить за действиями членов комиссии. Любые попытки скопировать наши записи, сделать фотографии или копии слепков ауры — жёстко, но вежливо пресекать.
А сам поехал в усадьбу. Война на Урале не собиралась меня ждать.
Российская империя, город Санкт-Петербург, Каменный остров
Великий князь Назаров приехал в особняк Черкашиных днём, что было нарушением заведённого порядка. Но его «друг» пожелал встретиться именно в это время.
Виталий Николаевич убедился, что за ним не следят, припарковался возле особняка и направился внутрь.
Он прошёл в библиотеку, где собеседник уже ждал его. Тот сидел в том же кресле у камина, будто и не покидал его. Разве что камин теперь не горел.
— Сегодня вы вовремя, Виталий Николаевич.
— А вы, как всегда, приехали заранее.
— Как же иначе.
Назаров сел в свободное кресло, устроился поудобнее и сообщил:
— Война фактически началась. Серебров и Баум сделали объявление ещё два дня назад. Аристов пытался захватить завод, но потерпел неудачу. Штурмовую колонну разбили, над заводом активировали купол, и теперь идёт осада.
— Это не имеет значения.
— Вот именно. Без разницы, возьмёт Аристов завод или не возьмёт. Важнее, что Серебров объявил войну и теперь обязан её вести. А война — это время, ресурсы и куча нервов, — кивнул великий князь.
— А главное, что он будет меньше внимания уделять борьбе с Ракитиным, — улыбнулся собеседник.
— Я бы уже не был так уверен. Как выяснилось, у Сереброва под рукой много надёжных людей. Начиная с его отца и заканчивая начальником службы безопасности.
— Он всё ещё держит на этой должности убийцу Усова?
— Конечно. И я бы держал на его месте, — хмыкнул Виталий Николаевич.
— И всё-таки пока Серебров и его люди разрываются на два фронта, Ракитин получит преимущество. Лишь бы война не закончилась слишком быстро…
— Не закончится. Аристов с моей помощью перекрыл все возможные способы быстро перебросить войска. Ну, или почти все. Уверен, Серебров воспользуется одним из малых порталов. И мы не станем ему мешать.
— Конечно. Ведь война закончится, кто бы ни победил, — снова улыбнулся собеседник.
Некоторое время оба молчали. За окном по каналу шумно прошёл катер.
— Что с Баумом?
— Он тоже собирается выдвинуть войска. И тут я вряд ли смогу ему воспрепятствовать, — Виталий Николаевич сложил руки на животе. — Но зато смогу устроить ему большие проблемы, чтобы точно так же отвлечь внимание. Организуем таможенные проверки по всем его поставкам. Партия за партией, с полной выгрузкой и лабораторным анализом.
— И это всё? Проблемы с таможней? Он решает их по десятку на дню.
— Не всё. Я добьюсь приостановки лицензий на ввоз алхимического сырья и вывоз эликсиров. Найдём, например, несоответствия в сопроводительной документации. Они всегда находятся, если искать достаточно упорно. А ещё я договорился с нужными людьми, и они организуют пересмотр действующих контрактов Баума с короной. Расторгать никто ничего не будет, просто аудит и пауза на это время, — подробно разъяснил Назаров.
— Он поймёт, что это давление.
— Разумеется, поймёт. Только не сможет узнать, кто именно давит.
— Воронцов сможет, — собеседник посмотрел на великого князя.
— Наверное. Но кто сказал, что он будет делиться информацией с Баумом или с кем-либо ещё? СБИ любит скрытничать.
— Хорошо. А что насчёт Ракитина? Как мы поможем ему получить пост патриарха?
— Мы не станем вмешиваться в его дела, Ракитин этого не потерпит, — Назаров покачал головой. — Он выстраивает свою кампанию сам, и выстраивает, надо признать, толково.
— Тогда чем мы вообще можем ему помочь?
— Деньгами, которые придут через благотворительные и инвестиционные фонды, с попечительским советом из уважаемых людей. Обычная практика. Плюс поможем открыть нужные двери. Когда понадобится, чиновники будут очень благосклонны к «Чистой крови». Просто
