Стратег из ниоткуда. Книга 4 - Михаил Александрович Атаманов
Настороженное поведение длинноухих бойцов стало мне понятным, и я даже запоздало испугался, что всё могло закончиться бойней ещё там на начале болотной тропы. К счастью, никто из эльфов всё же не решился атаковать первым. Возможно, сказались тёплые и ободряющие слова, с которыми низложенная правительница обратилась к своему воинству. Может, присутствие телохранителей вокруг княгини повлияло, и убийцы не были уверены в успехе атаки. Хотя может сказались и «базовые настройки», которые вдалбливали жителям леса с самого раннего детства, что простым эльфам ни в коем случае нельзя нападать на князей и младших князей, даже чужих и враждебно настроенных. Как бы то ни было, покушения в самом начале не случилось, хотя это не отрицало возможности подлой атаки позже, когда убийцам предоставится удобный случай.
И что мне делать с полученной информацией о возможном покушении? Держать «не своих» эльфов подальше от их командирши и вообще не задействовать в возможном сражении? Но тогда зачем мне вообще эти сто шестьдесят восемь лучников, от которых одни лишь проблемы? К тому же возникала сложность с коммуникацией. Понимать язык эльфов во всём моём двухтысячном воинстве способны были лишь единицы, а умело управлять в бою прибывшими стрелками, кроме самой Диассы Ловкой Лани, мог разве что я сам лично или… какие-то из опытных эльфов-десятников. Кстати, чем не выход?
На вечернем привале в лагере на последнем большом острове посреди болот я, предварительно согласовав этот вопрос с Диассой Ловкой Ланью, подозвал десятника со странным для эльфа именем или прозвищем Рыжий, уже имеющим опыт командования, да и на тренировках иногда подменяющим свою правительницу. Объявил эльфу с двумя повязанными поверх лба наградными лентами — сине-голубой за победу над племенами Водного Духа в начале лета и чёрно-оранжевой за победу на Глинском поле — что желаю повысить его до сотника и поручить именно ему командование прибывшими сородичами, не столь умелыми и обученными, как находящиеся в армии Жёлтой Рыбы стрелки, а потому едва ли способными выполнять боевые задачи наравне с остальными.
— Я взял твоих сородичей в этот боевой поход и гарантировал их возвращение домой через три дня. Но они хуже экипированы и не имеют никакой брони, к тому же не проходили наших суровых тренировок и не понимают своего места в сражении. Сейчас в таком виде твои сородичи заметно уступают в боевых возможностях даже гоблинам и лучникам-людям, не говоря уже про элиту из «дальнобоев» и арбалетчиков Диассы.
— Да, это так, вождь, — согласился эльф-ветеран. — Любых эльфов почему-то принято считать прирождёнными стрелками. Но я и сам всю дорогу через болото смотрел на прибывший отряд и думал о том, насколько же они отстали от нас!
— Вот-вот! Не скажу, что они обуза, вот только требуют отдельного управления с учётом всех нюансов. А я не хочу стать подлецом, нарушившим данное Роду Мудрого Филина слово, если длинноухие лучники в суматохе сражения не поймут приказа, вовремя не отойдут, не укроются за щитоносцами и полягут в ближнем бою с берсеркерами орков. Так что принимай командование этим отрядом и действуй самостоятельно. Причём основной твоей задачей будет сохранение жизни вверенных тебе бойцов, а помощь основной армии Жёлтой Рыбы в бою второстепенной.
— Я понял, вождь Альвар. У меня один лишь вопрос. После сражения, когда эльфы Мудрого Филина вернутся по домам, и надобность в отдельном отряде отпадёт, ты меня снова понизишь до десятника?
Что⁈ Я даже рассмеялся от такого странного предположения бойца. И заверил Рыжего, что конечно же не понижу, и его повышение до сотника не имеет обратной силы. У меня уже сейчас в армии Жёлтой Рыбы почти три сотни собственных стрелков, это не считая прибывших эльфов Мудрого Филина, и опытные сотники мне жизненно необходимы. К тому же сама Диасса Ловкая Лань со временем может стать первым полутысячником постоянно растущей армии Жёлтой Рыбы или уйти управлять Родом, когда вернёт себе трон, и девушке на замену потребуется командир элитной сотни. Которым именно его, Рыжего, я и вижу в перспективе.
— И серебряный медальон благословения Богини Смерти я тоже получу? — уточнил длинноухий лучник, и я не смог скрыть невольно лезущей на лицо улыбки.
Медальоны, которые я раздал избранным, чтобы скрыть своё геройское умение телепатического управления войсками, успели стать уже символом особой гордости обладателей и предметом зависти всех остальных. Бойцы верили, что эти медальоны наделяют носителя особой мощью, и страстно хотели заслужить такую же награду.
— Рыжий, ты получишь свой медальон, как только армия вернётся из боевого похода на земли Жёлтой Рыбы. Обещаю! Всё, иди сообщи подчинённым о назначении и поговори с ними. Успокой и, если получится, попробуй объяснить, что мы видим их друзьями, а вовсе не врагами.
Окрылённый новоиспечённый сотник убежал к дальним кострам, возле которых отдельно от основной армии Жёлтой Рыбы расположились прибывшие эльфы. Я же поужинал в компании близких друзей. Отдельно пообщался с молодой целительницей Луаной, на плечи которой взвалилась обязанность управления походным госпиталем, и заверил, что я вовсе не забыл о её прошедшем дне рождения. На самом деле в потоке неотложных важных дел забыл, каюсь, но знать об этом молоденькой жрице было вовсе необязательно. И заверил, что подарок на совершеннолетие ей уже заказан и ждёт её по возвращению в город Западный Заслон.
Затем один из немногих в воинстве Жёлтой Рыбы пошёл спать под крышу — острог на этом острове средь болот был уже достроен, и крепкие бревенчатые избы готовы были принимать постояльцев. Что интересно, тут в дальнем болотном остроге даже появились постоянные обитатели. Я уже успел познакомиться с этими отважными переселенцами: пять человеческих семей из города Чёрные Шахты, одна так и вовсе многодетная, перебрались сюда, предпочтя жизнь под крышей за крепким частоколом посреди смертельно-опасных болот обитанию в палатках в Западном Заслоне и ожиданию длинной очереди на заселение в восстановленных домах.
В принципе, ничего особо безумного в их решении перебраться в дальнее поселение не было, поскольку тут и
