Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице - Виолетта Вейл

class="p1">Я посмотрела.

Свет оставался, но едва заметный.

— Мне хватит на одно разделение.

— А потом?

— Потом внешний состав войдет в каналы, и я перейду к рабочему кругу.

— Это слишком много.

— Я знаю.

— Есть другой способ?

— Не вижу.

Северин закрыл глаза на одно мгновение.

— Что требуется от меня?

— Пока ничего. Не отвечайте печи. Когда оба затвора откроются, я дам команду внешним группам. После заполнения каналов вы встанете в главный узел и подтвердите отказ.

— Хорошо.

Я сняла браслет.

— Что вы делаете? — спросила Ивара от двери.

— Он будет гаснуть от общего поля и отвлекать. Эдита оценит меня после процедуры.

— Это ваш единственный показатель истощения.

— У меня есть ощущения собственного дара.

— Вы уже ошибались в их оценке.

— Поэтому Леона фиксирует время. Илар следит за каналами. Если через сорок секунд затворы не откроются, Бран вытаскивает меня из круга.

Бран кивнул.

— Даже если сопротивляетесь.

— Особенно если сопротивляюсь.

Северин смотрел на меня.

— Сорок секунд.

— Да.

Я надела защитные перчатки и вошла в серый круг.

Холод сменился жаром после первого шага.

Не кожей.

Магией.

Серый пепел узнал след вещества, которое годами находилось в моем теле. Тонкие связи потянулись к рукам, пытаясь снова закрепиться там, где раньше существовали.

Я не боролась со всей сетью.

Искала только одну часть.

Чужую волю.

Кассиан стоял за столом.

— Вы не выдержите.

— Возможно.

— Тогда зачем?

— Потому что это мое решение.

Я приблизилась еще на шаг.

Серое пламя коснулось рукава, не обжигая ткань. Под ним кожа сразу онемела.

— Десять секунд, — сказала Леона.

Я положила ладонь на край каменного стола.

Дар вошел в структуру катализатора.

Белый минерал.

Соль накопления.

Пепел драконьей кости.

Стабилизатор.

Пять родовых нитей.

И еще один слой, тонкий и жесткий.

Не вещество.

Магический отпечаток Кассиана.

Его право давать команду.

Он связал катализатор с собственной кровью.

— Нашла, — сказала я.

— Двадцать секунд.

Управляющий слой держался на кристалле и на самом Кассиане. Разорвать только одну сторону было недостаточно. Он восстановил бы связь сразу.

Нужно было отделить его волю от всей структуры.

Я начала с внешней линии.

Кассиан дернулся.

Впервые на его лице появилась боль.

— Что вы делаете?

— Возвращаю основу в состояние, где она никому не принадлежит.

— Она развалится.

— Тогда соберем новую систему.

— Вы не успеете.

— Тридцать секунд, — сказала Леона.

Управляющий отпечаток сопротивлялся.

Не как яд.

Как живая магия человека, который считал собственное право естественной частью состава.

Я усилила разделение.

Боль поднялась от пальцев к плечам.

Кассиан схватил меня за запястье.

Северин двинулся.

— Не входите! — крикнула я.

Если он пересечет круг до противоядия, печь сразу получит доступ к его источнику.

Бран попытался приблизиться, но серый огонь отбросил его.

Кассиан сжал сильнее.

— Вы не понимаете, что уничтожаете.

— Понимаю.

Я отделила первый узел его отпечатка.

В дальнем конце зала прозвучал металлический удар.

— Третий канал открылся! — крикнул Илар.

— Тридцать восемь секунд!

Оставался четвертый.

Кассиан потянул меня к катализатору, пытаясь прижать руку обратно к управляющей линии.

Я ударила его локтем в грудь.

Не сильно.

Но он потерял равновесие.

Этого хватило.

Я отделила последний участок воли.

Серый кристалл треснул.

Под полом загудел затвор.

— Четвертый открыт!

Бран вошел в круг в тот момент, когда управляющая защита исчезла. Он схватил меня за пояс и вытащил назад.

Я упала на колени за серой линией.

Пальцы не чувствовали пола.

— Команда внешним группам! — сказала я.

Илар поднял пластину.

— Вводить состав! Все каналы одновременно!

Сигналы ушли по механическим линиям.

На схеме загорелась первая белая точка.

Потом вторая.

Третья.

Четвертая.

Пятая.

Белый раствор из медного сосуда начал уходить в центральную выемку. Илар открыл главный клапан.

Состав вошел в печь.

Серое пламя отшатнулось от него, словно встречало чужое вещество. Потом белый минерал начал впитывать пепел.

— Теперь, — сказала я Северину.

Он вошел в круг.

На этот раз печь не ударила.

Только протянула к нему пять тонких линий, пытаясь вернуть прежнюю привязку.

Северин остановился в центре.

— Что делать?

— Положите обе руки на главный знак.

— Правая ранена.

— Тогда левую на печь, правую на документ отказа.

Леона передала лист через край круга.

Северин положил его на каменный стол и прижал правой ладонью.

Левой коснулся центрального знака дома Аркхарт.

Серый свет поднялся по его руке.

Он стиснул зубы.

— Боль?

— Да.

— Где?

— От ладони к сердцу.

— Не удерживайте связь.

— Она сама держит.

— Произнесите отказ вслух.

Северин посмотрел на печь.

— Я, Северин Аркхарт, добровольно отказываюсь от исключительного права моего дома владеть, управлять и наследственно контролировать Центральную печь Астеры.

Медный знак под его рукой вспыхнул.

— Отказываюсь использовать собственный огонь как власть над источниками других домов.

Первая родовая линия погасла.

— Отказываюсь передавать это право наследникам.

Вторая и третья линии потускнели.

— Передаю городскую защитную систему совместному управлению короны, Гильдии ведьм, инженерной палаты и драконьих домов на равных условиях.

Четвертая линия исчезла.

Пятая держалась.

Главная.

Та, что шла прямо к сердечному огню Северина.

— Она не отпускает, — сказал он.

— Потому что магия проверяет не документ.

— Что еще нужно?

Я вспомнила страницу Беатрисы.

Если проводник пытается сохранить власть, серый пепел восстанавливает связь.

— Вы должны открыть источник и не требовать огонь обратно.

— Он может уйти полностью.

— Да.

— Хорошо.

Северин закрыл глаза.

В его левой ладони появился медный свет.

Не чешуя.

Не пламя.

Открытый сердечный огонь, освобожденный первой процедурой противоядия.

Печь сразу потянула его к себе.

— Не сопротивляйтесь, — сказала я.

Медный свет уходил из руки в камень.

Лицо Северина побледнело.

— Пульс падает! — крикнула Ивара.

Эдита не была с нами. Оценивать приходилось мне.

Я едва чувствовала собственный дар.

Но видела структуру.

Главная линия забирала не только право управления.

Она тянула весь источник.

Кассиан изменил узел так, чтобы разрыв привязки разрушал проводника.

— Это не часть старой системы, — сказала я. — Здесь дополнительная связь.

Кассиан поднялся возле стола.

В руке у него был металлический осколок катализатора.

— Я предупреждал. Без центра система уничтожит себя.

Он бросился к Северину.

Бран оказался дальше.

Я не успевала.

Северин убрал правую руку с документа