Сага о принце на белом коне 2 - Юлия Стешенко

Седой учитель, захрипев, осел, слепо шаря ладонями по шее. Остальные, дружно заверещав, опять развернулись — всей толпой, ну чисто стадо баранов. Эх, был бы лук… Но лука не было. И времени тоже. Толкнувшись, Торвальд кувыркнулся под крыльцо, а оттуда — за угол. В спину ударил жар, словно от кузнечного горна, воздух наполнился горящими щепками.

Бараны не бараны, а крылечка-то больше нет.

Интересно, кто это там такой шустрый? Его бы подрезать. Торвальд выбрал мишенью учителя, потому что Ива говорила о нем, как о могучем маге. Но правильно ли она говорила? И правильно ли понял ее объяснения Торвальд? Саданув топором по окну, он выставил раму, подтянулся, обдирая в кровь руки, и перебросил тело через подоконник. Сзади орали колдуны, золотой свет приближался. Нужно было укрытие — хоть какое-то, хоть плохонькое.

— Он в дом полез! Он в доме! — пронзительный женский голос вонзился в мозг раскаленной иглой. Торвальд, торопливо отступая в темноту комнаты, скривился. Колдуньи, несмотря на почтенный возраст, явно собирались участвовать в битве. Ну вот какого хера?! Валькирии плесневелые, тролль их дери.

— Вон там! — рыжая выперлась на лужайку так уверенно, словно в нее никогда не стреляли. — Он стекло выбил!

Позади что-то грохнуло. Гулкий металлический звук заставил рыжую обернуться — и тут же полыхнула повозка, мирно стоящая у ворот.

— Машина! Он поджег машину! — завопил кто-то невидимый — судя по голосу, мужик.

— Не он! Это другой! Тут кто-то еще есть!

Плотно сбившиеся в кружок колдуны зашевелились, осматривая территорию. Очкарик подсветил соседний двор, но никого не обнаружил — предусмотрительная Ива явно забилась в кусты.

— Черт! — мужичок в оранжевой рубахе взмахнул руками. Повозку закрыл прозрачный купол, и пламя под ним начало гаснуть. Торвальд подбросил в руке второй нож. Позиция была идеальной — но кого резать? Кто тут самый опасный? А, была не была. Торвальд размахнулся. Клинок вошел в оранжевую рубашку по рукоять. Мужичок ухватился за нее, неловко дернул и начал оседать на землю.

— Дорти! Нет! — седая, рухнув на колени, рывком выдернула нож и зажала ладонями рану. Ее губы шевелились, по пальцами прыгали белые искры, лицо приобрело сосредоточенное, напряженное выражение.

Минус четыре. И даже минус пять — раз уж эта старуха останется возле раненого. Торвальд, ухватив стул, изо всех сил шарахнул им о стену, напоминая о собственном существовании. Ну же, родимые! Идите к папочке!

Приглашение не пришлось повторять.

— Так! Лести, стой тут, — рыжая тетка тыкнула пальцем в траву. — Морри, дуй на ту сторону. Заблокируйте все окна, те, что на втором этаже тоже! Готри, смотри за соседним двором, если там кто-то шевельнется, бей на поражение. А мы пойдем в дом. Этого ублюдка нужно убрать. Поднимите щиты!

Вот гадство. Нужно было рыжую резать. Ну кто мог предположить, что за главного у них баба? Торвальд досадливо цыкнул зубом, но тут же утешился. Рыжая решила идти в дом — а значит, ошибку легко исправить. Мягко ступая, он выскользнул в коридор, а оттуда — в темный провал комнаты. Скрипнула входная дверь.

Дом тут же залило светом — ярким, пронзительным, он лился ниоткуда и отовсюду, не оставляя места теням. Хреново. Торвальд прижался к стене, затаив дыхание. Скрипнула половица. Еще раз. И еще.

Торвальд бесшумно сполз по стене, прижимаясь к полу.

Шаги медленно приближались.

Когда они поравнялись с дверным проемом, Торвальд броском вывалился в коридор, махнув топором над самым полом.

В этом и заключается чарующая прелесть топоров. Неважно, куда ты попадешь. Главное — попасть.

Лезвие, мелькнув серебряной рыбкой, пролетело под голубоватой пленкой щита, с хрустом врубившись колдуну в ногу. Рыжая вскинула руку, и Торвальд, наученный горьким опытом, сиганул в сторону. Зря сиганул — потому что лиловая клякса, пролетев высоко над головой, врезалась в потолок. Мужик, пошатнувшись, потерял равновесие, толкнул рыжую — и они вдвоем рухнули на пол. Мужик при этом визжал, как свинья в случку. Можно подумать, ему ногу начисто отрубили. Ну рана, ну бывает. Чего орать?!

Колдун верещал, рыжая пыталась спихнуть с себя тяжелое тело, и Торвальд решил использовать ситуацию — размахнувшись, рубанул купол щита. Загудело так, словно он в пожарный колокол ударил. Отдача рванула древко из рук, и Торвальд отшатнулся. Рыжая, извернувшись, швырнула еще одну лиловую кляксу. Торвальд просто перепрыгнул через нее. И снова. И снова. Не так уж и сложно, если приловчиться. Но не прыгать же до бесконечности — а достать рыжую под щитом Торвальд не мог. Но это ж под куполом!

Поймав момент, когда рыжая ведьма плела заклинание, он пригнулся, изо всех сил дернув тощий коврик. Рывок получился сильным — лежащих на коврике колдунов перевернуло, прозрачный купол теперь смотрел в пол. Рыжая кувырком ушла в сторону, а хромоногий мужик не успел. Торвальд приголубил его топором в темечко, навсегда лишив возможности резать девок. Вот сука! Лиловый шар зацепил плечо, и левую руку прострелило болью. Как будто молотом долбанули. Зашипев, Торвальд едва не выронил топор, но успел уклониться от следующего удара.

Рыжая уже поднималась, одной рукой она удерживала щит, второй создавала шары и швыряла их, как мальчишка — камешки в море. Легко, безошибочно и стремительно. Шары выбивали из стен каменную крошку, и Торвальд скакал между ними, как жаба на сковороде. Он изо всех сил старался держаться со стороны щита, но рыжая тоже соображала — а потому швыряла свою колдовскую дрянь то сверху, навесом, то снизу. Обычного воина Торвальд просто свалил бы с ног. Врезал бы по щиту со всего маху — так, чтобы сукин сын на жопу сел. Но колдовской щит парил в воздухе, ничем не удерживаемый, а потому удары гасил полностью. Достать рыжую Торвальд не мог.

Боги, ну кто мог предположить, что он будет драться с бабой! Мелкой, тощей, крашеной бабой, к тому же не первой молодости!

Рыжая изменила положение руки. Швыряя лиловые шары, она держала пальцы так, словно собиралась ими прищелкнуть, а теперь растопырила. Торвальд напрягся — и не зря. Вместо очередного шара в пол полетело что-то бесформенное, текучее, ударилось в доски и поползло по ним. Торвальд сиганул в сторону, едва не поймав новый шар, опять сиганул и опять. Пятно расползалось, заполняя собой коридор, и здравый смысл подсказывал — наступать на него не нужно. Метнувшись в сторону, Торвальд нырнул в комнату, захлопнув за собой дверь. Чтобы подойти, рыжей придется убрать свое колдовство. А это шанс. Маленький,