Этруски. От мифа к истории - Александр Иосифович Немировский

Этрусская живопись – самая ранняя живопись Италии и в некотором смысле уникальный источник для понимания античной живописи вообще. Этрусские погребальные фрески и картины на терракоте дают возможность изучить развитие живописи в Италии на протяжении пяти-шести веков. Наиболее богатые этрусские гробницы представляют собой настоящие картинные галереи.

Римская живопись II–I вв. до н. э. выросла на богатой художественной традиции этрусков. И если мы не всегда улавливаем этрусское влияние, то это связано с тем, что мы почти не знаем этрусских росписей домов и храмов, а только погребальные фрески.

Художественное мастерство этрусков проявилось и в области гончарного производства, поднятого на уровень искусства. Этрусские мастера создали оригинальную керамику угольно-черного цвета, известную в современной науке под названием буккеро.

Во второй половине VII в. до н. э. в Этрурии налаживается производство ваз коринфского стиля. Рисунки на этих вазах нередко отличаются по своему типу от греческих. С середины VI в. утверждается чернофигурный стиль, сменяющийся ко второй четверти V в. краснофигурным. Здесь также, несмотря на греческое влияние, мы видим своеобразие художественного вкуса и мироощущения этрусков.

Сосуд буккеро с гравированным рисунком. Конец VII в. до н. э.

Влияние этрусского керамического стиля ощущалось и в Риме, особенно после создания там в VI в. до н. э. коллегии горшечников. Керамика, производимая в мастерских Этрурии, находила спрос вплоть до эпохи империи, хотя в то время она считалась уже несколько старомодной.

Об этрусках как народе с давними традициями обработки металлов говорит бронзовое литье, высоко ценимое в Италии и за ее пределами. Греки в V в. до н. э. широко пользовались бронзовыми этрусскими сосудами и светильниками. Остатки плавильных печей находят по всей Северной Этрурии.

В борьбе с заболачиваемостью почвы этруски осуществили в Италии мощные осушительные работы, привлекая для них насильственно согнанное население. Обнаруженная в Спине система каналов, заменивших улицы, дала археологам основание назвать этот город «этрусской Венецией». Этруски были первыми строителями мощеных дорог, соединивших Этрурию с Кампанией еще до того, как возникла поговорка «все дороги ведут в Рим». Благодаря борьбе с песчаными заносами этрусские города, расположенные в руслах втекающих в Тирренское море рек, были связаны с морем. Прекращение этих работ привело к превращению лагун в болота и распространению малярии, опустошившей Этрурию.

Этрусская колонизация способствовала возникновению в Лации, Кампании, Северной Италии городов со смешанным населением. С этрусской колонизацией Северной Италии связано распространение письменности среди альпийских племен, с которыми этрусские колонисты поддерживали контакты. На побережье Адриатического моря возникают города с этрусско-греческим населением, ставшие центрами торговли с Центральной Европой и областями по нижнему течению Дуная.

В связи с событиями 310 г. до н. э. Тит Ливий сообщает, что римляне посылали своих сыновей обучаться в этрусские города [Liv. XI, 36], сравнивая этот обычай древних с современной ему практикой отправления молодежи в Грецию.

Обитатели Тиррении и Лация во времена Феофраста (или его источников) славились как знатоки лекарственных трав. Причем можно полагать, что знание лекарственных трав пришло в Лаций из Этрурии. Неслучайно Педаний Диоскорид, знаменитый в древности фармаколог начала Римской империи, отдавая должное достижениям этрусков в области изучения лекарственных растений, приводил названия целебных трав не только на греческом и латинском языках, но и на этрусском. Помимо лекарственной терапии, этруски разработали способы лечения термальными водами. Целебные источники, открытые этрусками, использовались и в римское время. Этрусские врачи, судя по археологическим данным, первыми в Италии стали заниматься не только лечением зубов, но и их протезированием: обнаруженные золотые мосты с искусственными зубами и коронки свидетельствуют о высокой зубоврачебной технике, воспринятой в римское время. Многовековая практика гадания по внутренностям животных способствовала развитию ветеринарного искусства.

Известна роль этрусков в развитии римского сценического искусства. В 364 г. до н. э. римляне учредили по этрусскому образцу театрализованные представления типа пантомимы, элементами которых были танец и музыка [Liv. VII, 2]. В это же время в латинский язык вошло этрусское слово hister («актер»).

О музыкальной культуре этрусков дают представление изображения инструментов: кифары, лиры, двойной флейты, трубы, горна, кастаньет. Музыка, судя по этим же изображениям, звучала на пирах, во время религиозных церемоний, принесения жертв, похорон. Наличие у этрусков особой коллегии музыкантов предполагает их профессиональное мастерство и сохранение традиций, как можно думать, уходящих в Анатолию. Этрусская музыка отличалась страстностью, если судить по исступленным движениям танцующих на этрусских фресках.

Этрусские авторы создавали и трагедии, которые, правда, не сохранились. Но Варрон, например, упоминает трагедии Волния. Об их содержании можно судить по иконографии этрусских памятников – фресок, рельефов, где присутствуют персонажи греческих мифов. Существует предположение, что этрусские трагедии основывались и на исторической тематике.

После подчинения этрусских государств Римом этрусская культура стала частью культуры Рима и Италии. Писатели и поэты с типично этрусскими именами встречаются в научной и художественной литературе последнего столетия Римской республики. Сочинение отца и сыновей Сазерна, написанное на латинском языке, продолжает традицию этрусской агрономии. Помимо рекомендаций по обработке земли и подсчетов рабочей силы и тяглового скота авторы давали советы о наилучшей разработке карьеров глины и месторождений руд, а также медицинские предписания. Выходцами из этрусских городов были римские поэты Публий Вергилий Марон, Авл Персий, Секст Проперций, входившие в кружок Гая Цильния Мецената. Сам Меценат, потомок этрусских лукумонов, был правой рукой Августа в области литературы.

Значительность вклада этрусков в культуру Италии объясняется не какой-то особой одаренностью этого народа, а тем, что его предки, пеласги и тиррены, были носителями очень древних и богатых культурно-исторических традиций. Первые века этрусской истории, не представленные письменными памятниками, вряд ли когда-нибудь станут достоянием науки. Доступная нашему пониманию история этрусков составляет 200 лет расцвета и 400 лет постепенного упадка, вплоть до романизации этрусков.

Видимо, чтобы понять эти причины, следует говорить о ряде факторов экономического, социального, политического порядка. Известное представление о них дают литература времени Августа, а также многочисленные памятники археологии и искусства.

Вольтерра. Руины театра I в. до н. э.

Страбон, описывая земли между реками Арно и Тибр, указывает на заброшенные рудники. Между тем в свое время горнорудное дело и металлургия способствовали расцвету этрусской экономики. Гекатей Милетский, посетивший побережье Тиррении в конце VI – начале V в. до н. э., не случайно, хотя и ошибочно, производил название о-ва Эфалия (Эльба) от греческого слова «дым», но уже с IV в. до н. э. хозяйственная активность в этом районе постепенно замирает, и лишь горы шлака в окрестностях Популонии напоминали о былой славе. Обычно говорят, что причиной упадка металлургии было истощение рудников. Но не исключено, что с прекращением войн и поступления рабов