Где сливаются реки - Мэри Элис Монро

людьми. Хью тоже поступил в Принстон.

Улыбка застыла на лице Хейворда, и это заставило меня обеспокоенно податься вперед. Я почуяла неладное.

– Нам надо кое-что обсудить. – Хейворд сдвинул брови, переглянулся с отцом, и я догадалась, что тому известно, о чем пойдет речь.

– Вы знаете, что в Европе сейчас война… – начал брат, нервно потирая ладони.

– Прошу тебя, давай не будем портить праздник разговорами о войне, – перебила его мама.

– Мама, это уже не разговоры, – возразил Хейворд. – Мы объявили Германии войну. Соединенные Штаты отказались от нейтралитета. Более того, власти ввели выборочный призыв.

Последние слова заставили маму побледнеть.

– Это всего лишь слухи.

Хейворд покачал головой.

– Нет, факт. Дело сделано.

– Что такое выборочный призыв? – спросила я.

Хейворд сложил руки на груди.

– Это, дорогая сестренка, отбор новобранцев посредством жеребьевки. Мы находимся в состоянии войны. Соединенные Штаты помогут Европе не только материальными ресурсами. Мы будем сражаться.

– Нет, – еле слышно прошептала мама.

– Я много размышлял об этом, – продолжал Хейворд, и голос его с каждой минутой становился все мужественнее. – Каждый знал, что война неминуема. Вильсон не сумел бы сохранить нейтралитет. Портеровская академия подготовила меня к военной службе. И потому, – Хейворд соединил ладони, – я записался на курс обучения офицеров на острове Пэррис. На следующей неделе я подпишу контракт с Корпусом морской пехоты.

Воцарилось ошеломленное молчание. Я переводила взгляд с одного лица на другое, ожидая, не выразит ли кто свое возражение или одобрение.

– Ты знал? – осведомилась мама у отца резким, обвиняющим тоном.

Тот отважно встретил ее взгляд.

– Хейворд сообщил мне перед ужином.

Мама швырнула на стол салфетку.

– Слоан, – примирительно произнес отец, – это правильное решение. Он сможет отправиться на войну офицером.

– Я вообще не хочу, чтобы Хейворд шел на войну!

– Никто не хочет. Однако надо понимать, куда дует ветер. Мы знакомы с полковником Данлэпом. Он достойный малый. Я не раз приглашал его на обеды в Мэйфилд, а вместе с ним и других офицеров. И я, и Хейворд беседовали с полковником. Он взял нашего сына под свое покровительство. Будь покойна: полковник руководит расширением базы Корпуса морской пехоты в Бофорте, и его энергичная деятельность говорит сама за себя.

Мама откинулась на спинку стула.

– Ты принимал полковника Данлэпа? Здесь? Вместе с Хейвордом?

– Да, я же сказал.

Мама повернула голову и в упор посмотрела на моего старшего брата.

– Хейворд, почему ты не рассказал мне о переговорах? И о том, что ты посещал Мэйфилд.

– Я знал, что ты расстроишься, – спокойно ответил Хейворд.

– Да, я расстроена. Тебя приняли в Принстон. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы этого добиться. Я совсем не глупа. Разумеется, мне известно, что война уже близко. Как студент Принстона ты имеешь право на отсрочку и сможешь избежать отправки на фронт.

На лице у Хейворда заиграли желваки.

– Мама! По-твоему, я могу так поступить? Не срами меня. Я хочу служить своей стране.

– Чем мы поможем своей стране, воюя в Европе? – парировала она. – Мы способны обеспечить войска деньгами, продовольствием, ресурсами. – Голос у нее зазвенел. – Но не нашими сыновьями! Вильсон обещал, что не допустит участия в боевых действиях.

– Но не сумел сдержать обещание, – вмешался в спор Лезэн. – Мама, немецкие подводные лодки атакуют наши корабли. Мы ощущаем последствия даже здесь, в Чарлстоне, портовом городе. Война уже вышла за границы Европы. – Взглянув на потрясенное лицо матери, он пожал плечами. – Нельзя позволить немцам хозяйничать.

Мама сверкнула глазами.

– Не принимай сторону отца и брата. Через несколько лет призовут и тебя. Отпустить двух сыновей на фронт? – Она помотала головой. – Ни за что.

– Не беспокойся. Как только мы вступим в войну, она почти сразу закончится, – с мальчишеской самонадеянностью заверил Лезэн.

Убежденность обоих братьев воодушевляла меня, однако я помалкивала.

– Слоан, наш старший сын уже мужчина, – ровным голосом произнес папа. – Теперь не нам решать. Хейворд должен сам за себя отвечать.

– И ты поддерживаешь его?

Отец кивнул:

– Поддерживаю. Ты женщина, и я не жду от тебя понимания, но военная служба входит в обязанности мужчин. Это наш долг.

– Разве Риверсы мало потеряли на войне? – вымолвила мама, и в глазах у нее впервые блеснули слезы.

Папа с трудом сглотнул. По его лицу пробежала тень.

Мой дед по отцу вернулся с войны Севера и Юга сломленным. Посевы были уничтожены, земля перестала возделываться. Он потерял на фронте двух сыновей, а вскоре после возвращения лишился и жены. Дедушка женился вторично; немного погодя, хвала Небесам, родился папа – иначе род Риверсов мог бы прерваться. После Гражданской войны дедушка сильно сдал. Одни утверждали, что он спятил. Другие считали, что несчастный помешался от горя. Когда в небе гремел гром, он укрывался у себя комнате, точно испуганная собачонка. Нередко заговаривался, называл Ролинса именами своих погибших старших сыновей, принимал бессмысленные решения, часами бродил по лесу, и никто не осмеливался признать правду: дедушка попросту мог заблудиться в собственных владениях. Он погиб вследствие несчастного случая на охоте, во всяком случае так заявил коронер. Родные же считали, что дедушка покончил с собой.

– Да, мы потеряли немало, – тихо подтвердил папа. Затем повернулся к старшему сыну, и лицо у него просветлело. – Но я убежден, что Хейворд внушит своей стране гордость за себя. Как он всегда внушал ее нам. – Отец посмотрел на Лезэна. – Сынок, я молюсь, чтобы тебе не пришлось участвовать в сражениях. Но если так случится, я знаю, что и ты выполнишь свой долг.

– А как же долг перед семьей? – воскликнула мама. – К чему тогда разговоры об ответственности перед Мэйфилдом?

– Это одно и то же, – возразил отец, откидываясь на спинку стула с видом проповедника. – Обязанность защищать Мэйфилд тождественна обязанности защищать родину и приносить жертву ради общего блага.

– Мама, как ты можешь просить меня поступиться честью? – спросил Хейворд. – Я не хочу и не стану этого делать.

– Тебя зачислили в Принстон. Твоя будущность обеспечена. Ты откажешься от нее?

– Прости, мама. Решение уже принято. Я должен явиться на следующей неделе.

Мамино лицо исказилось, и она резко отвернулась, пытаясь справиться с собой. Лезэн молча наблюдал за происходящим, на сей раз обойдясь без язвительных комментариев. Хейворд обратился ко мне. На лице у него появилась грустная улыбка.

– Хью тоже поедет на остров Пэррис.

Кровь застыла у меня в жилах. Хью тоже? Я содрогнулась, когда в памяти всплыли слова, сказанные им у пруда. Он упомянул, что завтра намерен кое-что со мной обсудить. Ну конечно… Хейворд и Хью собрались на войну! Вместе! Один без другого никуда. Внезапно мне показалось, что мир перевернулся.

– О, Хейворд…

– У нас все будет в порядке! – бодро перебил меня брат. – Мы же