Замуж срочно! - Соня Дивицкая
Про эту самую Марину знали все, все утомились уже слушать, какая прекрасная была эта Марина и какая обалденная у нее была грудь. У этой Марины была идеальная фигура – классическая точеная рюмочка. Грудь девяносто пять, талия шестьдесят, бедра девяносто восемь, все ее размеры Арчи помнил наизусть, и друзья тоже запомнили. Длинные ножки, нос задрала, волосы откинула, и, конечно, блондинка… Она разгуливала танцевальной походкой по факультету, и каждый раз он с гордостью наблюдал, как глядят на нее другие парни. Парни смотрели в основном на грудь, хватались просто за нее глазами. Грудь была приличная, высокая, полная, пятерочка. Он помнил все ее лифчики, он помнил черный прозрачный, помнил белый ажурный, леопардовый, розовый, коралловый со стразами… Все эти бретельки, замочки его возбуждали, Марина, разумеется, об этом знала и несла свою грудь по-королевски, надменно и гордо. Таких, как она, больше нет – в этом она была уверена, такую пропорцию с тонкой лодыжечкой, с длинными пальчиками и с круглой аккуратненькой попкой еще пойти поискать. Она была уверена в своей эксклюзивности.
Кстати… В те времена я тоже была уверена в своей исключительности. И у меня тоже была грудь, побольше пятерочки. И тонкая ножка, и талия шестьдесят. Однажды у нас с этой Мариной вышел забавный момент. В главном корпусе университета, в большом фойе мы встретились. Она дефилировала по длинному коридору, как всегда от бедра, грудь вперед, кверху нос… Мальчики смотрят, нужно делать шоу. А я из бухгалтерии как раз в этот момент выхожу, какие-то пособия на ребенка для нищих студентов получила, иду и радуюсь и в тот же коридор сворачиваю. Она меня увидела, и у нее глаза такие же, как у всех тех мальчиков, круглые стали. А что ты, дорогая, думала? На каждые сиськи найдут сиськи побольше. И так ее удивило, что на небе есть другие звезды… Она немножко с курса сбилась и врезалась в меня, задела бампером. Мальчики засмеялись, Арчи был где-то там среди них. Он улыбался, ему нравилось, что его Марина такая симпатичная милая глупышка. Ума он никогда от девушки не ждал, в нем с детства жила мужская мудрость – ума не ждать, фантазии не жаждать, были бы только красивые сиськи. Нет, в этом никакого цинизма не было… Он был ребенком преданным, добрым, так что кроме той самой Марины его никто в то время не волновал, если только иногда на обложке журнала мелькала где-то такая же упругая пятерочка с аккуратным сосочком – только это его возбуждало. В своих эротических снах он был готов облизывать, сосать эту роскошь бесконечно. Язык и сосок – это была его самая заводная фишка.
Когда Марина уехала в Италию, он обещал ее ждать. Туда уезжали многие русские красавицы, не помню, чтобы хоть одна вернулась. Она звонила регулярно ему домой, сотовых еще не было, поэтому они заранее договаривались, в какое время ждать звонка. На второй год стало ясно, что она не вернется, и тогда Арчи начал искать себе такую же точно Марину, такую же грудь, такие же длинные ножки, талию шестьдесят… Он знал уже на ощупь, по обхвату ладоней мог определить размер. Он на полном серьезе считал, что рядом с ним никогда не может быть девушки с плоской грудью или с лишним весом. И даже другая, нерюмочная, пропорция его не устраивала. И вдруг на одной вечеринке он познакомился с Лолой. Тут даже замерять не пришлось, и так было ясно, что она совершенно другая. Лола не вписывалась в его стандарты, и ей на это было абсолютно наплевать.
Ему понравилось, как она танцевала, она легко, небрежно двигалась. Парни крутились возле нее, один приносит выпить, другой конфетку закусить, третий такси вызывает… Арчи ее пригласил танцевать, она немножко с ним поулыбалась и сразу же послала его к чертям собачьим. Так и сказала: «Пошел ты к черту!» Наверно, он ей тоже сразу понравился.
Она уехала домой, смоталась, как Золушка, в разгар вечеринки, какой-то парень догонял ее у лифта, спешил вернуть забытую сумочку, Арчи тоже пошел проводить. В тот вечер он решил попросить ее телефон, хотя она была совсем не в его вкусе, но ему захотелось поговорить с ней. Он спросил ее номер, а она засмеялась и сказала ему: «Иди в жопу».
Малыш Арчи был в шоке от такого юмора, потом привык. Тонкую грань между вульгарностью и стилем он не чувствовал. И правда, ведь не все понимают, когда можно сказать «иди в жопу», а когда нет, поэтому он считал, что лучше вообще не говорить. Все его девушки были сладенькими, жеманными, как та Марина. Они дурили ему голову, он верил, что они воздушные создания… Ах, если бы он знал, какое порно они смотрят, отказывая ему в первом свидании… В общем, Лола его послала, и он, конечно, сразу загорелся.
Опять же… если чисто внешне. Она была совсем не похожа на рюмочку, скорее на вазочку. Такую восточную соблазнительную вазочку, достаточно устойчивую, с тонким горлышком. Ну… то есть грудь у нее была маленькой, а попа надежной. На лифчиках она не разорялась, она могла вообще ходить без лифчика, при этом бедра были широкими, не аномально широкими, а просто шире, чем дозволял принятый Арчи стандарт. Он придирчиво рассматривал ее щиколотки и находил, что они шире, чем у Марины. А коленки… коленки круглые, домашние, он сразу же забраковал и даже попросил, чтобы короткие юбки Лола не носила. Она сначала послала его в жопу, разумеется, но потом и правда перестала носить мини. Как все смешно! Ведь Арчи не был идиотом, он понимал, что живую девушку глупо разбирать по винтикам, он понимал, что картинку нужно воспринимать в целом… Оставляет девушка приятное впечатление или нет? Лола это приятное впечатление оставляла, посылала Арчи наотмашь, а ему все равно было приятно.
Он пригласил ее в спортзал на тренировку, потом повел в бассейн, там сауна, массаж, бокальчик белого сухого… Крепких напитков Арчи не пил, над чем вся наша брутальная контора постоянно смеялась, но тут он был принципиален. Арчи никогда не делал ничего, что вызывало у него малейшее опасение. Водку он переносил плохо, пьянел неожиданно сильно – это было ему неприятно. И вот Лола, с этой своей решительностью, вызывала
