От Дзена до Нейрона: как улучшить свою жизнь, используя нейронауки Запада и мудрость Востока - Александр Демкин
По аудитории пронёсся шорох вялого согласия: мол, важно, да, ага.
– Что-то мне подсказывает, что вы не давали себе труд об этом поразмыслить. Зайдём с другой стороны: кто-то из вас лежал сам на больничной койке?
Поднялось несколько рук.
– Да, вот вы, молодой человек, расскажите нам историю вашей болезни, насколько считаете возможным. Можно без подробностей, разумеется.
Молодой худющий парень встал, одёрнул белый халат, начал неуверенно докладывать:
– Я поступил с картиной аппендицита, была проведена аппендэктомия, но признаков воспаления не обнаружилось. На вторые сутки начался парез кишечника, потом перитонит, потом кома, потом меня вылечили. Ну, это если коротко…
– Впечатляюще! Прекрасно! Коллеги, обратите внимание: это же драма в чистом виде! Представьте себе: ошибка в первичном диагнозе, ненужная операция, кома! Малая смерть не шутки, а потом чудесное излечение. Вечная история. Вы просто Лазарь, коллега, а ваша история стара как мир, но до сих пор актуальна, как во времена Иисуса… Да и до него такие фабулы появлялись в разных уголках мира, везде были легенды о воскрешении. А теперь скажите: вот когда вы лежали в палате после операции и понимали, что что-то пошло не так, прислушивались ли вы к словам сотрудников отделения? Ловили намёки, пытались узнать что-то? «Что же со мной будет? Кто скажет?» – вот медсестра сказала, что хотят опять резать. Было такое? Ой, а вот врач сказал, что резать не хотят: опасно. Такое ведь тоже было? Какой вес в тот момент имели для вас слова каждого человека в медицинском халате, который входил к вам? Ну, не стесняйтесь…
– Ну, была тревога, конечно. Никто не понимал, что происходит… Да, пожалуй, я ловил каждое слово.
– А если бы кто-то сказал бы невзначай… Не вам даже, а так, между собой на обходе утром один врач другому бросил бы фразочку типа: «Не жилец он, по-моему». Что бы вы подумали, что почувствовали?
– Ну не знаю… Испугался бы.
– А я знаю: вы бы не поверили, потому что до какого-то момента мозг отказывается верить в собственную смертность. Как говорили у нас в Древней Индии, – в этот момент по залу прокатился смешок, близость перерождения портит текущую жизнь. А в Древней Греции – что холод вод Стикса замораживает сердце, имея в виду тот ужас, который человеческое существо испытывает при осознании своего конца. Мне лично царь Менелай так и говорил!
Опять смешок прокатился по рядам студентов. Молодость и ранняя ещё тёплая осень не давали им погрузиться во тьму таких переживаний, и Орлин это понимал.
– Давайте сделаем шаг вперёд. Скажите, а для врача каково это, как думаете, работать с безнадёжным больным? Сообщать родственникам диагноз? Да просто каждый день по 10 часов находиться среди страдающих людей? Токсичненькая атмосферка, выражаясь вашим языком.
– Да ладно, нормально!
– Привыкаешь!
– Мы же не всех пациентов убьём – кто-то поправится!
Студенты веселились, ведь до них не доходило, что происходит что-то необычное.
– Ну тише, коллеги, тише. Не всех вы убьёте, не всех… Некоторые выживут, несмотря на все усилия врачей. Вопрос стоит по-другому: как не убить себя? Сейчас это модно называть «профессиональным выгоранием». Вы в курсе, да? Кстати, на любой работе бывает. Вообще на любой, кем бы человек ни работал: от уборщицы до президента… Да-с… И проблема эта не новая, совсем даже не новая. Я как-то разговаривал с одним монахом-отшельником, и он мне так и сказал: устал он от службы в храме, устал от людей, решил найти себя – и ушёл. Отшельничество всегда сопровождало человечество, но особенную популярность приобрело в Индии, конечно.
– Ну да, чего ж не отшельничать при таком климате…
– Климат там ужасный, не заблуждайтесь. Летом – плюс сорок и влажность 200%. Зимой – ливни, которые смывают деревни целиком. И холод: каждый год есть замёрзшие насмерть. Да и бананы просто так не растут, на голову не падают. Плюс дикие звери, болезни, инфекции в ассортименте. А отшельники там были и две, и три тысячи лет назад. Будда, например, тоже побыл какое-то время отшельником. Вы в курсе?
Студенты уже сидели потише: явно были не в курсе.
– Ну про Будду-то слышали, так? Царевич Гаутама, рождённый из бедра матери, сразу умел ходить и говорить, всякая там мифология… Люди любят мифы, любят рассказывать сказки, потому что любят удивление. Редкая эмоция, если вдуматься, но я отвлёкся. Так что у нас про Будду, коллеги? Кто-то может рассказать про него?
– Я могу, – на заднем ряду встала девушка. – Он родился в аристократической семье, ему не давали выходить из дворца и окружали только роскошью, но он однажды всё равно вышел и увидел страдающих людей, а потом увидел мёртвое тело и понял, что все страдают и умирают. Ну и стал Буддой, собственно, стал учить, как избавиться от страданий.
Профессор почесал затылок.
– Ну, что-то уж совсем краткое изложение, конечно, но суть ухвачена верно. Он не знал, что есть страдания, вообще: вокруг были только красивые и здоровые юноши и девушки, роскошь и так далее. Отец позаботился о «золотой клетке», тут вы правы. Но когда он оказался в реальном мире, всё изменилось. Он был молодым человеком, вашим ровесником примерно. Как все молодые люди, он был максималистом и решил искать исцеление от страдания для всех. На первых порах ушёл странствовать с отшельниками и учиться медитировать. Вот здесь мы и подходим к самому важному моменту – медитации, ради неё весь сыр-бор. Практика медитации существовала в Индии, к тому моменту уже бог знает сколько веков. Это, чтобы вы понимали, VI век до нашей эры. Кстати, вы вот здесь все молодые интеллигенты, сливки общества. Скажите-ка мне, что вообще в тот момент в мире происходило?
– Пирамиды строили! Египтяне их всегда строили, хобби такое.
– Древний Рим!
– Эти, как их… галлы завоевали Европу!
– Кошмар какой! Вы совсем не ориентируетесь в истории человечества, доктора, – Орлин с досадой поморщился, но взял себя в руки без особого труда: сказывался опыт работы с молодёжью. – Это был критически важный период, понимаете: кри-ти-чес-ки! Осевое время. Примерно одновременно на Земле жили люди, которые сформировали наше нынешнее общество со всеми идеями, которые сейчас нам кажутся жуть какими свежими и современными. Конфуций,
