Свет ночной аптеки - Ко Хевон

окно. Парень немного замешкался, а потом неожиданно для себя рванул вдогонку за вором. Он сам не мог поверить, что бежит.

Намереваясь поймать вора во что бы то ни стало, Хвангён помчался в сторону, где мелькнула его спина, и на всякий случай крикнул: «Вор! Держи вора!» Вскоре он заметил потасовку между преступником и Мунсоном. Хвангён видел, как вор воткнул нож в ногу полицейского и как еще один силуэт ударил того по голове цветочным горшком. Значит, у вора был сообщник! Пока парень колебался, стоя возле упавшего Мунсона, он заметил другого человека в такой же форме.

– Здесь полицейский без сознания!

Сам Хвангён погнался за домушниками, которые сначала убегали вместе. К моменту, когда он порядком запыхался, два силуэта разделились и побежали в разные стороны. Желая поймать хотя бы одного, он продолжил преследовать ближайшего, пока его силуэт не исчез из поля зрения. Хвангён родился и вырос в районе Н***, поэтому знал, что здесь все улочки сходятся у старой аптеки. Вспомнив об этом, он рванул к ней. После того как старенькая хозяйка ушла на пенсию, здание все еще пустовало.

Как раз перед аптекой Хвангён заметил преступника с девушкой. То была пойманная в заложницы Чаён. Она не просила о помощи, не кричала – испуганно молчала. Более того, встретившись с ним взглядом, поднесла свободную руку к губам, давая знак не шуметь. Почему? Разве она не должна звать на помощь? Хвангён попятился, чтобы не навредить заложнице, но, заметив бегущего Мунсона, закричал:

– Сюда!

Точно, полицейский все исправит. Да и преступник, увидев стража порядка, откажется от своих намерений. Так думал Хвангён.

* * *

– Я не знал, почему та девушка просила молчать. И только потом, когда появились вы… точнее, когда со второго этажа спустилась другая девушка и зарыдала, понял, в чем причина. Ваша сестра не кричала, потому что боялась за вас. Не хотела, чтобы вы проснулись и спустились. Так что неудивительно, что вы ничего не слышали.

После слов Хвангёна у Бохо подкосились ноги. Выходит, Чаён из страха, что сестра выйдет на улицу и преступник убьет обеих, умерла, не зовя ее, не прося о помощи, не умоляя о пощаде. Чаён защищала ее до последнего вздоха.

Как и в тот день двенадцать лет назад, Бохо безудержно зарыдала. Боль и скорбь по-прежнему были нестерпимы. Люди советовали забыть, но она не могла. Ее душили сожаления и чувство вины: она так и не сказала Чаён последнее «прости», не услышала ее крик о помощи. А теперь еще и узнала, что сама вынудила сестру молчать в последние минуты жизни. Так хотелось хотя бы раз увидеть, как она смеется, приподняв уголки рта. Всего лишь раз. Так хотелось сказать ей «прости»…

– Наверное, она очень сильно хотела защитить вас.

Бохо, не попрощавшись, пошла к себе на второй этаж. Хвангён молча смотрел, как она поднимается по ступенькам.

* * *

И снова на рассвете в районе Н*** произошел инцидент, связанный с криминалом, через двенадцать лет после первого. В новостях упомянули аптеку, сообщив, что минувшей ночью полиция обнаружила место, где опасная группировка распространяла запрещенные вещества. Так получилось, что «Ночная аптека» стала прибежищем бандитов и точкой сбыта наркотиков. И без того низкие цены на недвижимость в округе совсем упали, а фильм, в котором снималась Хиён, совершенно неожиданно получил широкий резонанс. Удачно совпало, что сюжет ленты был посвящен отслеживанию банды наркоторговцев, укрывшихся в районе.

Спустя несколько дней после нападения Бохо пришла в полицию на допрос и передала Мунсону сверток с наркотиками, который тихонько вытащила из ранца Даина. Хвангён догнал женщину у дверей участка. Молодой человек не видел ее с момента утреннего разговора в аптеке: одно время она вообще не выходила из дома, да и к нему пришло запоздалое осознание, что он не знает номера ее телефона. В конце концов, раньше ему не приходилось звонить Бохо: он всегда мог увидеть ее в аптеке. Она неизменно была там.

– Вы в порядке? Чон Пхёнсик очнулся.

– Рада за него. Он выжил благодаря налоксону, который достала моя подруга Есо. Если бы не она, отправился бы на тот свет, – слабо улыбнулась Бохо. Ее лицо по-прежнему было болезненно бледным.

Хвангён с беспокойством спросил:

– Как вы теперь, ведь аптека закрыта?

Что ни говори, а на недавнее место преступления люди не станут ходить какое-то время. Да и после ночной ожесточенной драки помещение пришло в такое плачевное состояние, что даже после ухода полиции без капитального ремонта там невозможно было работать.

– Неважно, по какой причине, но я хранила наркотики, а за это меня ждет дисциплинарное наказание, и аптеку придется закрыть.

– Вы же на них приманивали бандитов.

– Как ты можешь так говорить? Ты же полицейский! Не слишком ли ты гибкий?

Хвангён беззаботно засмеялся. Бохо тоже слегка улыбнулась в ответ:

– Все-таки этому не место в аптеке. Веришь или нет, а я ведь ни разу не брала выходной. Вот теперь отдыхаю благодаря тому, что случилось. Ты тоже возьми перерыв. Пока!

Бохо быстрым шагом вышла из полицейского участка. Хвангён потоптался на месте, а потом бросился следом и преградил ей путь. В глазах женщины отразилось немое удивление.

– Я где-то слышал, что сон должен быть ночным. Только такой сон настоящий.

– Тебя это тоже касается.

– А разве вы не хотели, чтобы кто-то сказал это вам?

Глаза Бохо округлились, а потом она громко расхохоталась. Хвангён смущенно смотрел на нее. Он впервые услышал ее заразительный смех.

– Ты прав. Наверное, хотела.

В один из весенних дней, когда ночи незаметно укоротились, Бохо поднялась к себе на второй этаж и долго не выходила оттуда. Жители района Н*** следили за ней по свету в окнах.

Вокруг «Ночной аптеки» долгое время висела желтая ограждающая лента. Округа, куда толпами съезжались любители посетить места киносъемок, снова обезлюдела, потому что репутация рассадника преступности перевесила остальные достоинства района Н***. Чонбун каждый день сидела на скамейке, поглядывая на неработающее здание. Ей было одиноко. Что такое свет? Так, ничего особенного, но почему ей грустно оттого, что не стало островка света вокруг «Ночной аптеки»? В восемь вечера, когда улица утонула во тьме, Чонбун зажгла лампочки над навесом магазина.

Новости о происшествии с наркотиками в районе Н*** разлетелись по всем СМИ. У Хвангёна, который сыграл в деле важнейшую роль, взяли интервью. История оперативника, по легенде работавшего в аптеке, заслужила внимание журналистов. Разумеется, его имя оставалось инкогнито.

– А ты не жалеешь? Мог ведь прославиться.

– Я мечтал стать опером, а не звездой.

– Вот и правильно. Чувствую, ты долго здесь проработаешь.

Мунсон с силой хлопнул подчиненного по спине. Хвангён догадался, что сегодня ему предстоит скрытое наблюдение.

«Уф!»

Хвангён закапал в глаза искусственные слезы с ментолом и почувствовал, как глазные мышцы начали