сам с собой. — А всем и не надо. Важно не то, сколько уедет. Важно — кто останется. Странное будущее у страны, где нужны лишь слепо кивающие и со всем соглашающиеся. Проходили уже.
— И последний выключит свет. — Максим грустно улыбнулся. — Да и кому здесь свет нужен. Свечи хватит.
* * *
— Тебе не письмо, тебе маляву передать надо, — Соня, которая сидела не раз, дала ценный совет. — Письмо, может, и не дойдет, а раз кавалер тута, то мы это придумаем.
— Вот жизнь, он в одной камере, она в другой, жалко жениться нельзя, — Варя тяжело вздохнула. — Так хоть веселее было бы.
Лена заклеила конверт, пожала плечами, но что ответить не нашлась. Сейчас страх прошел. Очень хотелось увидеть доченьку, прижаться к ней, услышать голос и просто лежать на кровати, обнявшись и перешептываясь. Все так просто, и… невозможно. Она уже была готова расплакаться, но Оля, оптимистка и невероятная выдумщица, вдруг подпрыгнула у зарешеченного окна, подняв руку.
— Так, на улице двенадцать градусов. — Она уверенно объявила температуру воздуха. — Сейчас займемся танцами. Будем разучивать польку-бабочку. Кто со мной?
— Да бог с тобой. — Соня расхохоталась и закурила.
— А курить вредно. — Оля притворно рассердилась. — Я вас отучу.
Лена не могла поверить, что это происходит с ней. Новые подруги, такие классные, и оставалось только жалеть, что встретила девчонок здесь, а не на свободе. Она не могла представить эту жизнь и сейчас вдруг поняла, что ее мир стал иным. И она уже не будет прежней. И мир…, мир тоже не будет прежним. Каким он будет?
— О чем задумалась? — Оля присела рядом.
— Какая она будет, наша жизнь?
— Хорошая! Счастливая и невероятная! И мы счастливые! Мы проживаем эту жизнь не зря!