Встречь солнцу. Рассказы об истории Сибири - Михаил Николаевич Щукин
Леонтий Гаврилович немало претерпел несчастий, сполна хлебнул горькой крестьянской доли: схоронил жену, во время поездки в лес за дровами проткнул ногу и охромел, а затем внезапно ослеп. Но и в таком незавидном положении Тупицын не потерял присутствия духа, не предался унынию. Как рассказывает в своем письме С. И. Гуляев, Леонтий Гаврилович во второй раз женился и, несмотря на слепоту, постоянно занимался работой: выдалбливал водопойные колоды и корыта, делал вилы и грабли, прял лен и пеньку, вил веревки, вязал сети и даже косил траву, лишь бы ему указали постать (место на лугу).
И всегда во время этих работ Тупицын напевал. Он не мог жить без песен. «Пение и музыка производят на него особенное впечатление, – писал Гуляев, – очевидно приятное, как можно судить по проявлявшейся на лице улыбке. Заслышав знакомый ему напев, он, при чутком музыкальном слухе, не может удержаться, чтобы не подтягивать про себя мелодии… Хотя голос его уже потерял полноту и свежесть, однако ж былин его заслушивались все».
Эти былины, записанные Степаном Ивановичем Гуляевым, дошли и дожили до нашего времени. Не затерялись и не исчезли, как не исчезло в бурной Сибирской истории и славное имя достойного сына нашей земли – Степана Гуляева.
У порога великих потрясений
«Не лишним будет для тебя знать…»
еловек всегда хочет оставить после себя память: воспитывает детей, чтобы они продолжили его род, строит дома, сажает деревья, пишет книги. И это вполне естественно. Но есть люди особые, которые хотят оставить после себя запечатленное и остановленное время. И таких людей на Руси еще с древних времен называли летописцами. Именно они, отстраняясь от мирской суеты, зачастую отказываясь от радостей жизни, тщательно записывали исторические события, сохраняя их для потомков. Имена летописцев иногда оставались неизвестными, но это нисколько не умаляет их подвига.
Славные дела русских первопроходцев, осваивавших Сибирь, не затерялись в исторической дали, прежде всего, потому, что они были увековечены в летописях. Сибирских летописей насчитывается более сорока. Еще в далеком 1621 году было известно «Написание, како приидоша в Сибирь». Ученые предполагают, что оно написано участниками похода Ермака. Само сочинение, к великому сожалению, не сохранилось, не дошло до нашего времени. Зато другим повезло больше, и мы сегодня можем читать Есиповскую летопись («О Сибири и о Сибирском взятии»), составленную сибирским митрополитом Саввой Есиповым, Строгановскую летопись («О взятии Сибирской земли»), автор которой неизвестен, Ремезовскую летопись («Историю Сибирскую»), составленную служилым человеком Семеном Ремезовым, а также «Новую Сибирскую историю», созданную тобольским ямщиком Ильей Черепановым.
Эта добрая традиция сохранялась в Сибири и позднее. Появлялись новые летописи, и среди них особый интерес представляют летописи местные, которые рассказывали о событиях в том или ином городе. Первенство в этом деле, без сомнения, принадлежит славному городу Иркутску. Известно шесть летописей, посвященных ему. Среди авторов – посадский человек Василий Серебряков, труд которого был продолжен его сыновьями Михаилом и Николаем, купцы Михаил и Захар Щегорины, сын местных старожилов Петр Ильич Пежемский…
Но особое место в этом ряду принадлежит Ниту Степановичу Романову. С самых юных лет иркутянин Романов испытывал особую любовь к книгам. Позднее он вспоминал: «Вся моя жизнь прошла с книгой и работою около нее, с большим почитанием и любовью к каждому листу печатному». Окончив Иркутскую военную прогимназию, Нит Романов не захотел связывать свою жизнь с военной службой и стал заведовать библиотекой Иркутской городской управы, через два года он перешел в городскую публичную библиотеку, которой отдал восемнадцать лет, а с 1926 года и до конца жизни (умер Н. С. Романов в 1942 году) он трудился в научной библиотеке Иркутского университета. Всего три места работы и почти сорок лет, проведенных возле книг, отданных любимому делу.
«У меня не было личной жизни… Весь мой мир заключался в книге. Я отрекся от всего прочего и только в работе с ней чувствовал отдых. Я счастлив сознанием, что ни одна минута не пропала даром, я все что-нибудь делал, рылся в газетах, книгах, делал выписки».
В этих словах – весь характер и, если угодно, творческий подвиг Нита Степановича Романова. Его затворническая жизнь подвижника полностью была посвящена истории родного края. Он известен как библиограф, автор многих краеведческих статей, но главная его заслуга – создание любимого «детища», летописи Иркутска. Идея эта осенила его во время работы в городской публичной библиотеке, и с тех пор каждая свободная минута посвящалась сбору материала. Он просматривал «Иркутские губернские ведомости», «Иркутские епархиальные ведомости», книги, документы. Недостающие номера газет покупал на свою скудную зарплату библиотекаря у иркутян. И «выцеживал» ценные сведения буквально по капле, чтобы потом, сложив их, явить цельную картину бытия города Иркутска. Работа неимоверно тяжелая, требующая постоянного напряжения. Чтобы представить ее «зримо», стоит обратиться к свидетельству самого Н. С. Романова: «Пишу вот уже скоро два года, а не могу закончить изложение событий за 23 года (имеется в виду первая часть летописи за 1857–1880 годы. – М. Щ.). Чтобы только эти-то года кончить, еще надо работать года полтора, а где уж писать за оставшиеся 30 лет… Я помню, что действительно не давал себе никакого отдыха, отдыхал только, пока пил чай и обедал. В праздничные дни я с раннего утра до поздней ночи все сидел за газетами…»
Вот с таким напряжением рождалась Иркутская летопись Н. С. Романова, в которой каждый факт городской жизни, каждое событие были тщательно проверены и сохранены. Первая часть летописи, охватывающая 1857–1880 годы, была издана в 1914 году. Отзываясь на это событие, журнал «Исторический вестник» писал: «Иркутск довольно счастлив в летописном отношении… Это не только важное и ценное пособие для историка, но и любопытный справочник для Иркутска…»
Да, действительно, сегодня летопись Н. С. Романова представляет несомненный интерес для всех, кто увлекается родной историей. В ней отражена прошлая жизнь во всех ее проявлениях: от бытовых мелочей до самых важных событий. Впрочем, об этом можно еще долго говорить, но лучше будет просто процитировать несколько записей, чтобы все стало зримым. Итак, Иркутская летопись Н. С. Романова…
1884 год.
«1 января получена телеграмма от Н. М. Ядринцева о похоронах 29 декабря поэта И. В. Федорова (Омулевского).
А. М. Сибиряков в СПб (Санкт-Петербурге. – М. Щ.) ходатайствует о привилегии на устройство свободного плавания по р. Ангаре в тех местах, где она теперь несудоходна, именно от Братского острожного селения до Усть-Стрелки. Он хочет взорвать пороги и просит о разрешении ему привилегии в течение нескольких
