Злодейский путь!.. Том 9 - Эл Моргот

с тех пор вы первые, кто забрел в деревню. Столько мужчин сразу, а свадьбу так и не удалось сыграть, – старуха грустно усмехнулась.

– Что еще произошло, пока Синь была здесь? – допытывался император. – С чего бы ее призраку защищать вас сейчас?

– Не думаю, что у нее был повод, – фыркнула старуха. – Мы ее толком не знали.

Император прикрыл глаза. Его губы превратились в тонкую линию, и он долго стоял, будто не в состоянии справиться с нахлынувшими эмоциями.

Шену еще не доводилось видеть эту его сторону. Признаться, до сего момента он подумывал, не этот ли человек убил женщину со скрюченными пальцами, которая преследовала его в свете луны. Сейчас он усомнился в своих предположениях.

Он собирался спросить о Хань Синь, но император опередил его, задав другой вопрос:

– Она узнала, что деревня проклята?

Мастерица Йе переглянулась с молчаливым после ранения в шею мастером Чжанем. Тот кивнул с напряженным видом.

– Она была искренней и милой девушкой, но оказалась в нашей деревне не так случайно, как могло показаться.

– Не случайно?

– Нет, – мастерица Йе грустно улыбнулась. – Она искала мастеров красного хлопка.

– Откуда она вообще узнала о красном хлопке? – удивился император.

Мастерица Йе усмехнулась.

– Вы, видно, не в курсе, однако около полувека назад мы были довольно популярны. Искусство красного хлопка передавалось в нашей деревне из поколения в поколение, и многие благоговели перед нарядами, сшитыми нашими мастерами. Но все изменилось, когда мы приняли свой последний заказ.

Император переглянулся с Ю Си и вновь уставился на мастерицу Йе, которая между тем спокойно продолжала:

– Это был заказ на свадебное платье для будущей жены императора.

– Но ведь для этих целей предназначается императорский шелк.

– То был особый заказ. Свадьба госпожи должна была быть достаточно церемониальной, и вместе с тем главная жена не желала делить с ней один статус и признавать ее равной. Во всяком случае, так нам сказал человек, пришедший сделать заказ. Его приняла ткачиха Ци, и до сих пор именно она несет главную силу проклятия. Все мы помогали ей, не зная деталей. Мы славились как мастера, которые благословляют одеяния. В наших одеждах молодых ждала благополучная и здоровая долгая жизнь. Но в тот раз мы поступили по-иному. Мы прокляли свадебный наряд. То, что случилось после, – это наше проклятие.

– Что же случилось?

– Проклятие сработало, и госпожа умерла. Деньги, оказавшиеся в нашем распоряжении, не принесли нам счастья. Вскоре люди из деревни стали умирать один за другим, пока в живых не остались лишь мы пятеро – те, кто так или иначе был причастен к проклятым одеяниям. С тех пор мы не живем, но и умереть не можем. Я первая устроила посмертный брак для своей умершей дочери. С тех пор мы похоронили таким образом всех молодых. Это поможет им обрести покой в загробной жизни. Мы так виноваты перед ними. Они не должны были умирать столь рано.

Слушающий рассказ Муан криво усмехнулся.

– Хань Синь приехала в деревню, потому что хотела разобраться в этой истории? – спросил император.

– Именно так. Она спрашивала обо всех, с кем нам довелось встретиться накануне давних событий.

– И вы назвали ей имена?

– Мы рассказали все, что знали. Ведь нам нечего скрывать. Мы никогда не отрицали, что виноваты в смерти наложницы Гуин. Хотели бы мы не создавать тот проклятый наряд.

На мгновение во внутреннем дворе воцарилась мертвая тишина. Затем император переспросил:

– Наложницы Гуин? – Голос его звучал до странности надтреснуто.

Из-за этого тона Шена тут же посетила догадка, кем на самом деле была наложница Гуин для нынешнего императора.

Лицо мастерицы Йе помрачнело, хотя до сего момента она выглядела довольно самоуверенной.

– Мы не знали, кому именно предназначается наряд. Вести о том, что произошло, донеслись до нас незадолго до того, как на деревню опустилось проклятие.

Император молча смотрел на старуху. Никто долго не комментировал ее слов, и Шен не выдержал и вмешался, думая, что если не выскажет эту мысль, то все, похоже, не сочтут это чем-то важным:

– Вы не знали, кто именно пострадает от наряда. Однако вы прекрасно понимали, что станет с человеком, который наденет его.

Мастерица Йе перевела на него пристальный взгляд.

– Да, – спустя время коротко признала она. – Пусть мы не знали деталей сделки в самом начале, к концу приготовлений каждый из нас догадался о происходящем. И мы обсудили детали своего… вознаграждения.

Шен криво усмехнулся.

– Непохоже, что вы раскаиваетесь в причастности к ее смерти. Скорее, вам жаль из-за проклятия, которое вас постигло, – заметил он.

Мастерица Йе ничего не ответила.

– Что Синь узнала, когда побывала здесь? – прервал молчание император. – Кто был заказчиком того наряда? Это был император Рун Хуан?

Старуха покачала головой.

– У нас нет имени заказчика.

По внутреннему двору пронесся разочарованный выдох.

– Однако… – добавила старуха, – сохранилась старая расписка. На ней есть печать. Ткачиха Ци взяла ее, полагая, что это гарантирует ей безопасность, – мастерица Йе усмехнулась. – Ее я показала той девушке.

– Немедленно принеси расписку! – приказал император.

Старуха сделала шаг назад и неуверенно замерла.

– Ю Си, сходи с ней, – добавил Рун Юсон.

Пока они на некоторое время скрылись в доме, Шен с интересом еще раз обвел взглядом окружающее пространство. Во внутреннем дворе было довольно многолюдно. Без преувеличения вся их компания собралась здесь. Муан Эра выглядела напряженной, держась рядом с братом. Кажется, до нее стало доходить, что, оказавшись случайным свидетелем раскрытия давней придворной тайны, она наживет себе больше вреда, чем пользы. Однако отступать было уже поздно, да и император не обращал никакого внимания на то, сколько лишних ушей слушают его разговор.

Ал оставался довольно невозмутимым, и Шен не был уверен, осознает ли он вообще важность происходящего. Впрочем, как и прославленный старейшина пика Славы, который просто молча стоял рядом с ним.

Из всех присутствующих самым беспокойным выглядел Ер-Рэн. Он то и дело крутил головой по сторонам с обиженным выражением лица. Увидев, что Шен смотрит на него, он приподнял подбородок и с вызовом произнес:

– Чего пялишься?

Шен задумчиво отозвался:

– Я вот думаю, как вас двоих называть. Рэнер? Еррэн?

Ер, или Рэн, или оба сразу вытаращились на него, будто тот посмел затронуть запретную тему. Шен между тем продолжил:

– Хм… Ерри. В общем, ничего не изменилось.

– Ты головушкой повредился, пока отсыпался? – елейным тоном поинтересовался Ер.

– Ты предпочитаешь нечто другое? – игнорируя вопрос, с любопытством уточнил Шен. – Может, еще думаешь, что кто-то сможет вас различать?

– Я предпочитаю, чтобы ты заткнулся.

Шен пожал плечами и отвернулся. Ер продолжил возмущенно пялиться в его затылок, но на самом деле обижен он был вовсе не