Выбор Евы - Наталья Способина
– Мы с Иваном проверили: большая часть зала со Спиралью вечности завалена, но проход в коридор свободен.
Никита на миг замолчал, и ветер стал сильнее, хотя, казалось бы, сильнее уже некуда.
– А Горыня еще там? – перекрикивая ветер, спросил Валера и опасливо оглянулся на скалу.
Иван приподнял бровь, как будто Валера сказал ужасную глупость.
– На той стороне очень мало о нас знают, – пояснил брату Никита. – Нет, Горыня стал… частью гор. Частью всех гор. Песчинками, пылинками.
– Ага, – поспешно кивнул Валера, видя, что Никите нелегко об этом говорить.
Лика подошла к скале и, положив на нее ладонь, громко произнесла:
– Спасибо.
Никита опустил взгляд и пробормотал:
– Дядюшке было бы приятно.
– Проход надежен? – уточнил Глеб у братьев, желая закрыть неловкую тему.
– Его сделал отец. Он наведался сюда отдать дань уважения брату и заодно оставил вам путь. У нас бы так хорошо вряд ли вышло, – пояснил Никита.
– Вам пора, человечки, – решительно произнес Корвин.
– Ева, – неожиданно позвал Никита. Укрывающий под курткой недовольного ворона, растрепанный яростным ветром, он снова выглядел совсем юным и потерянным. – Я знаю, что ты мечтала вернуть волшебство в ваш мир. Помню наш с тобой спор, но… Прости, – закончил он, глядя ей в глаза.
– Я понимаю, – ответила она.
Эта история слишком наглядно показала им, что волшебство не прощает ошибок даже бессмертным. Что уж говорить о простых человечках, снедаемых жаждой власти, признания и богатства.
Никита смотрел виновато, но при этом не собирался менять своего решения. И Ева вдруг увидела в нем настоящего правителя, потому что ответственность – это всегда нелегко и порой она заставляет говорить «нет» даже друзьям.
– Но, как мы и договаривались, Глеб Семенович, РАВ будет получать лунный свет в достаточных для обучения количествах и, я думаю, отец позаботится о том, чтобы и в горах, в других мирах, где были сбои, наступило равновесие. Если нет, то я отправлюсь сам посмотреть, что там и как. Только на месте с делами разберусь.
Пока Никита говорил, в обращенном на него взгляде Ивана читалось что-то похожее на гордость.
– Благодарю. – Глеб склонил голову в знак признательности. – Ну что, пора?
– Обойдемся без объятий, – раздался сварливый голос из-под Никитиной куртки.
– Его можно просто снова выпустить, – заметила Лика.
А когда Никита с грустной улыбкой чуть качнул головой, она подошла к нему и протянула руку.
– Прощай, – сказал Никита, пожимая ее тонкие пальцы.
– До встречи, – мило улыбнулась Лика, но стоило Никите открыть рот для возражений, как она выдернула свою руку из его и уступила место Валере.
Ребята по очереди обменялись рукопожатием с Никитой. Иван в этой забаве не участвовал, но никак не возражал и вообще смотрел с любопытством.
– Глеб Семенович, это на экстренный случай. – Никита, неловко извернувшись, чтобы не выпустить Корвина, порылся в висевшей на поясе сумке и достал флакон с лунным светом.
Запас был довольно щедрый.
– Даже не смотрите в эту сторону, – строго произнес Глеб друзьям, убирая флакон в свою поясную сумку.
После общения с обоими сыновьями Кощея он уносил из Тридевятого кучу каких-то вещичек.
Никита подошел к скале и провел пальцем по каменному склону.
– Прикольно. У тебя это теперь без лунного света работает! – восхищенно заметил Валера.
– У меня теперь куча всего без лунного света работает, – невесело усмехнулся Никита и отступил в сторону.
– Давайте я на всякий случай первым пойду. – Глеб кивнул Ивану и, хлопнув по плечу Никиту, скрылся в разломе.
– Пока всем. – Валера помахал братьям и шагнул за Глебом.
– Что означает «пока»? – уточнил Иван у Никиты.
– Тебе это не понравится, – вздохнул тот, глядя на Лику.
– А это означает, что мы не прощаемся, – мило улыбнулась та, и Никита, набравший полную грудь воздуха для ответа, шумно выдохнул и рассмеялся.
Проходя мимо него, Лика скользнула пальцами по его руке. Никита не стал отстраняться и смотрел ей вслед, пока она не скрылась из виду.
– Спасибо за все, – произнес Женька, подталкивая Еву к разлому.
– И вам, – улыбнулся новоиспеченный царь. – Ну кроме Евы.
– Ты будешь самым лучшим правителем, – искренне сказала Ева, задержавшись у склона. – Я в это верю.
– Это все, что нужно знать о наивности человечков, – подпортил трогательный момент голос, раздавшийся у Никиты из-за пазухи.
Иван резко дернул брата за полу, распахивая на нем куртку, и Корвина в очередной раз унесло порывом ветра в неизвестном направлении.
Никита ошарашенно посмотрел на Ивана, изо всех сил пытаясь сохранить серьезное лицо.
– Поверить не могу, что я это сделал, – покачал головой Иван.
– Уходите уже, человечки, – все-таки рассмеялся Никита. – Пока всех бездушных и беспринципных не испортили.
От зала, где некогда шумела Спираль вечности, остался неширокий проход, ведущий в сторону коридора. Ева шла по нему с неожиданно легким сердцем. Потому что ее больше не терзали сомнения. Теперь она точно знала, что рядом с ней свои. И ни время, ни расстояние отныне не могли сделать их чужими. Потому что это так не работает.
Эпилог. Волшебство и люди
– Ну почему у меня опять тройка, а у тебя опять пятерка? – расстроенно произнесла Ева, поворачиваясь к задней парте, за которой сидел виновато глядевший на нее Женька.
– Ну прости. Хочешь, у меня в следующий раз тоже будет тройка?
– Нет. Я хочу, чтобы у меня в следующий раз была пятерка. Но я не понимаю, как можно учесть в этом уравнении… все.
– Зато ты вон как левитируешь объекты, – утешил ее Валера. – Не роняешь ничего нам на ноги.
– Голосов, я все слышу. – Лика отложила карандаш, которым рисовала на полях цветы, и потянулась за сумкой.
– Ой, а это же эдельвейс. Валер?
Ева схватила Ликину тетрадь и сунула Валерке под нос разрисованные поля.
– Ага, – кивнул он.
– А почему вас так поразили мои художественные таланты? – Лика забрала тетрадь и закинула ее в сумку.
– Потому что именно этот цветок Валера видит за окном ВД, – торжественно провозгласила Ева.
– Ой, он ведь расцвел на камнях, когда ты оживил Вужалку! – Лика повернулась так резко, что Ева вздрогнула. – Я иногда теперь его рисую. Просто это было так… жутенько.
– Все-таки в этих видениях есть смысл, – заметила Ева, чувствуя, как по рукам бегут мурашки.
– Сомнительно, – протянул Женька. – Я вижу Матвея. Какой в этом смысл?
– Может, смысл в том, что без него мы бы не выбрались? Это он установил ПИН-код, благодаря ему яйцо не досталось Марии Марковне, он помог найти Кощея.
Последнее слово Валера произнес едва слышно, хотя Никита в этот раз не брал с них клятву.
– Да ну. Бред, – нахмурился Женька, как случалось
