Oперация: Сахара - Уильям Микл
Однако у меня было мало времени, чтобы задумываться об этом. Я все еще проверял свой револьвер, чтобы убедиться, что он полностью заряжен, когда чудовища атаковали наши укрепления. К счастью, отряд помнил свои тренировки и дождался моего приказа. Я дал чудовищам подойти на расстояние примерно тридцати ярдов, а затем отдал команду.
- Цельтесь в ноги. Открыть огонь.
Первая очередь не остановила их всех, но пало достаточное количество, чтобы вызвать среди остальных настоящий пир, и они быстро забыли о нас, увидев, что внезапно появилось что-то еще, чем можно полакомиться. Вторая очередь добавила еще больше кровавой бойни к их пиру. Но я не видел смысла постоянно подкармливать тех, кто, в конце концов, был нашим врагом. Я приказал отделению прекратить огонь; две очереди уже наполнили воздух едким запахом пороха и дыма, и в ушах у меня еще долго звенело, но когда все прояснилось, я по-прежнему слышал гудение - высокий визг жуков. И хотя мы действительно сразили дюжину или больше их сородичей, дно долины по-прежнему кишело ими.
Но, по крайней мере, на данный момент, они, похоже, снова потеряли к нам всякий интерес, полностью сосредоточившись на том, чтобы расчленять и пожирать своих сородичей.
- Что это, черт возьми, за твари, сержант? - спросил Мак.
Он уже опустил винтовку и зажигал сигарету. Я не отдавал приказа о прекращении огня, впрочем, лейтенант тоже, а это была скорее его обязанность, чем моя. Я огляделся в поисках офицера; он не выстрелил ни разу, но стоял в нескольких ярдах позади, в коридоре возле осла, и явно был в полном ужасе.
- Они нас отрезали, - сказал он, опять достаточно громко, чтобы все слышали. - А ты видел, как они питаются? И что они сделали с Дженнингсом? Мы не можем сражаться с такими. Мы здесь погибнем. Мы все погибнем.
Его голос все время становился громче и теперь эхом разносился по коридору. Ослик уловил его панику и снова заржал. Шум жужжания жуков снаружи становился громче, настойчивее.
- Заткни эту чертову тварь, - крикнул Мак.
Я не был уверен, имел ли он в виду осла или офицера, но с одним из них я точно мог разобраться немедленно. Я сильно ударил молодого лейтенанта по щеке. Он замолчал, а новый красный след на его щеке еще больше подчеркнул его внезапную бледность.
- За это я увижу тебя в цепях и под розгами, - сказал он, когда пришел в себя.
- Лучше так, чем в чреве одной из тех тварей, - ответил я. - А теперь будь хорошим мужчиной и помолчи; ты пугаешь моих парней.
По крайней мере, у него хватило здравого смысла держать рот на замке. Он, должно быть, понял, что я более чем готов ударить его снова, если до этого дойдет. Я переключил внимание на осла и сумел успокоить его, не прибегая к силе; у него явно было больше здравого смысла, чем у нашего молодого командира.
Но я опоздал. Мак крикнул с баррикад.
- Они снова идут.
Я вернулся к ребятам как раз вовремя, чтобы снова выстроить их в линию.
- Затуши эту сигарету, МакЛеод. Смотрите вперед, выбирайте цели. Помните, цельтесь в ноги.
За последние десять минут луна поднялась выше и теперь освещала дно долины на всю длину. У меня был хороший - слишком хороший - обзор полчища зверей, собравшихся против нас. Они, казалось, покрывали всю местность бурлящим черным ковром, а более крупные из них перелезали через меньших в своей спешке добраться до нас. За годы службы я бывал в самых затруднительных ситуациях, но ничто так не леденило меня до глубины души, как те несколько секунд перед началом стрельбы.
Нам едва хватило места, чтобы выстроиться вдоль баррикады. Лейтенант Тимкинс все еще держался в туннеле, поэтому я позвал Хайнда и Бенсона вперед.
- Лейтенант прикроет нас с тыла, верно, сэр? - сказал я, и на этот раз постарался, чтобы все услышали.
Молодой офицер по-прежнему был бледен, даже испуган, но кивнул в ответ, и тогда мне пришлось отвернуться, ведь я не мог позволить себе тратить на него ни секунды больше.
Жуки были уже почти у нас на хвосте.
- Огонь по собственному усмотрению! - крикнул я, и долина загремела эхом от выстрелов винтовок "Ли-Энфилд".
Первый ряд жуков сразу же пал, но на этот раз стая позади не остановилась - то ли они уже наелись во время предыдущего кормления, то ли были слишком увлечены тем, чтобы добраться до нас, я так и не узнал, что из этого было правдой. Я отстрелил ноги у огромного жука, длина которого от клешней до задней части, должно быть, составляла почти двенадцать футов, а Мак поразил еще одного, который выглядел даже больше, но сколько бы мы их ни сбивали, все новые и новые карабкались поверх и между павшими.
Воздух пропитался запахом пороха и кисловатым привкусом, который, как я понял, исходил от самих мертвых тварей. Их тела скапливались перед баррикадой, а сзади их толкали все новые и новые, но, к нашему счастью, давка жуков на своих же трупах создавала почти такую же эффективную преграду, как и старые столы. И я знал, что мой отряд сможет продолжать обстреливать их еще довольно долго, пока хватит патронов.
Едва я успел об этом подумать, как по цепочке прозвучал первый крик о патронах, а за ним - второй.
- Лейтенант, - крикнул я. - Нам сюда немедленно нужeн ящик патронов.
Я обернулся, ожидая увидеть, как Тимкинс снимает длинный ящик со спины осла. Вместо этого коридор был пуст: ни лейтенанта, ни осла не было видно, а главное - у нас больше не осталось патронов.
- У меня кончились, - крикнул Мак с баррикады.
- У меня тоже, - крикнул Бенсон, как раз в тот момент, когда большой черный жук прорвался вперед.
Джок
