Oперация: Сахара - Уильям Микл

вонзил ему штыком в глаз, а затем отсек ногу. Это была небольшая победа, ибо на его место тут же втиснулся другой, а сзади, сверху, надвигались новые. Джим Вудс попытался применить тот же трюк со своим штыком, но его крепко схватили в огромные клешни и утащили из поля зрения, прежде чем кто-либо из нас успел шевельнуться. Его крики были громкими, но, к счастью, недолгими.

- Я выбыл, - крикнул другой человек из рядов.

Жуки теперь с силой давили на опрокинутые столы, и нас оттесняли назад, чтобы не оказаться в окружении, обратно в коридор. Если нас оттеснят до самого входа в храм, нас захлестнут за считанные секунды. У меня оставалось мало вариантов. Я опустошил револьвер в огромное чудовище, которое само по себе угрожало прорвать нашу оборону, и отдал приказ.

- Отступаем, быстро. Назад в храм, к той лестнице. Это наш единственный шанс.

Все как один мы развернулись и бросились бежать. Я слышал, но не видел, как старые столы нашей баррикады разрывались на щепу, когда жуки прорвались вслед за нами. Потом остался только звук наших бегущих шагов по камню и все усиливающийся вой и гул жуков, которые пробивались вперед, переступая друг через друга в стремлении хлынуть в храм.

Лейтенант уже был на лестнице за статуей, пытаясь уговорить осла подняться по узким ступеням. Он увидел, как мы бежим по полу храма, и, взвизгнув, как испуганный ребенок, развернулся и бросился бежать, прыгая по ступеням, казалось, не задумываясь об опасности падения. Вскоре он исчез в мраке наверху. У меня не было времени размышлять о его предательстве в тот момент - мне нужно было организовать ребят, пока нас не захлестнула волна жуков. К счастью для нас, осел не бросился вслед за лейтенантом и простоял достаточно долго, чтобы Мак успел снять с него ящик с патронами.

- Наполняйте свои походные сумки, ребята, - крикнул я, пытаясь найти коробку с патронами для своего револьвера. - А потом - наверх по лестнице, быстрее.

Таков был мой план, единственный, который у меня был, но я скоро понял, что он не сработает. Жуки хлынули в храм, устремившись через арку и быстро покрыв весь пол; если бы мы повернулись к ним спиной, нас бы тут же схватили. Наш единственный выход - отступление по лестнице, но не полный бег, а медленное продвижение, оглядываясь на спину на протяжении всего пути.

И с надеждой, вопреки всякой логике, что эти гады дадут нам время как-то спастись.

Об одном я не должен был беспокоиться - об ослике; как только мы сняли с его спины патроны, он развернулся и умчался вверх по лестнице, следуя за Тимкинсом в темноту наверху.

- За ослом! - крикнул Мак, и остальные отреагировали сухим смехом.

Затем жуки набросились на нас, и наша борьба за выживание началась по-настоящему.

Все вместе мы отступили к лестнице и начали подниматься. Я был одним из первых на лестнице, рядом с Маком, Бенсоном и Хайндом, и мы вчетвером делали все возможное, чтобы обеспечить прикрывающий огонь для бедных парней, идущих в арьергарде. Необходимость стрелять над головами наших ребят сильно снижала нашу эффективность; мы не могли помочь им с самыми близкими жуками, вместо этого могли лишь надеяться удержать достаточное количество из них на расстоянии, чтобы можно было расправиться с ближайшими.

Это сработало, по крайней мере какое-то время: мы четверо наверху тащили с собой ящик с патронами, мучительно поднимаясь ступень за ступенью, раздавая патроны и ведя прикрывающий огонь, где только могли. Но один за другим ребята, сражавшиеся ниже нас, начали падать под натиском наступающей орды черных насекомых. Элли Данлоп пал, когда был слишком занят клешней, направлявшейся к его лицу, чтобы заметить меньшего жука, который проскользнул под его защитой. Тот ударил его по голени, нанеся рану до самой кости, от которой мужчина опустился на колено, а затем быстро оказался под извивающейся, голодной кучей этих тварей. Колин Кэмпбелл занял его место и продержался, пока мы отступали на полдюжины шагов, но огромный жук, длиной в десять футов или больше, прорвался сквозь своих сородичей, взобрался по лестнице и бросился прямо на него. Кэмпбелл всадил пулю в его левый глаз и отсек ему ноги штыком, но инерция все равно понесла его вперед. Огромный коготь схватил Кэмпбелла за талию, и его сопротивление, а также вес самого чудовища, свалили их обоих с лестницы вниз, на пол храма, который теперь находился примерно на десять ярдов ниже нас. По крайней мере, человек был мертв еще до того, как ударился о землю, ибо последовавшая за этим кровавая оргия была ужасным зрелищем.

После этого в течение нескольких минут мы выработали своеобразный ритм: заряжали оружие, перетаскивали патроны, затем вели залповый прикрывающий огонь, а потом начинали все сначала. Ним Эсбери теперь был нашей последней линией обороны, и он взялся за дело с энтузиазмом. Он отказался от винтовки "Ли-Энфилд" в пользу своей служебной сабли, которой он с большим успехом отрезал ноги и выкалывал глаза, при этом извиваясь и пригибаясь, словно танцор, держась вне досягаемости наступающих клешней. Он был одним из самых сильных и выносливых людей в отряде, но даже он в конце концов ослабел. Он не рассчитал время удара; его сабля застряла между соседними щитками панциря ближайшего нападающего и была вырвана из его рук. Один жук схватил его за лодыжку, другой - за бедро, и он тоже скатился вниз, исчезнув из виду на земле, которая, к счастью, теперь скрывалась в мраке внизу.

Мы продолжали подниматься, все выше и выше в темноту. Свет, исходящий из храма внизу, едва освещал нам путь. Когда я рискнул взглянуть вверх, то увидел лишь черную пелену - была ли это скала или просто затянутое облаками небо, я не мог сказать. По правде говоря, это едва ли имело значение, ведь, судя по всему, нас схватят задолго до того, как мы доберемся до конца лестницы. Последние двое - Смит и Хендерсон - пали с разницей в считанные минуты, и в итоге остались только Бенсон, Хайнд, Мак и я.

- Мне очень жаль, что вы, ребята, погибнете из-за меня, - сказал я, отстреливая передние лапы ближайшему атакующему жуку.

Мак наклонился