Гордость злодеев - Зозо Кат
– Что… подождите… – Закрыла глаза, а после вытянула руку, пытаясь помочь себе жестом. – Во-первых, я не высиживаю яйцо. Я беременна. Это несколько иначе. Во-вторых, что значит «пригляди и за моим»?
Дракон осмотрел меня с головы до ног и недовольно фыркнул, словно весь человеческий род его раздражал. Однако решил ничего не говорить, а раскрыл сумку, явив черное яйцо приблизительно в метр высотой.
– Вы, люди, странные, – открыто продемонстрировал пренебрежение и указал на мой живот. – На кенгуру похожи. Разве так удобно? Не лучше ли отложить яйцо в сторону и жить, как тебе хочется?
– Эй!.. – повысила я голос, впервые желая послать дракона в центральный круг ада. Но вовремя остановилась. – Такова наша природа. Не нам выбирать…
– Точно, – подтвердил дракон и опять указал на черное яйцо, похлопав по скорлупе ладонью. – Это мое семя, – коротко пояснил он. – Я хочу, чтобы ты приглядела за ним. Вообще-то яйца драконов развиваются долго. Ему уже около двухсот лет, но, думаю, годиков через пятьдесят детеныш вылупится. Тогда я и вернусь.
– Что?.. – озадачилась я, совсем забыв о маске безразличия и невозмутимости. Сейчас совсем не тот случай. В голове царил самый настоящий кавардак.
Дракон хочет, чтобы я пятьдесят лет посвятила яйцу? Присмотрела за ним? Что за безумная просьба? Да как такое может быть? Он хоть понимает, что говорит?
– Нет, невозможно, – прямым текстом отказала дракону.
– Почему? – недоумевал Асманд. – Ты целыми днями таскаешь на себе яйцо. Держала бы его в надежном месте – и все. Ведь на тебе еще сидят два дармоеда, а драконье яйцо кормить не нужно. Единственное, что оно поглощает, – это мана. А у вас рядом с поместьем магическая шахта… Отличные условия!
– Не понимаю… – выдохнула я. – Почему бы самому не присмотреть за родным ребенком?
– А?.. – изумленно сказал Асманд, приподняв бровь. – Я еще слишком молод, чтобы обременять себя детьми! И драконы не высиживают яйца. Они их прячут, чтобы другие не нашли. Например, на дне океана или в жерле вулкана, а может, в глухом лесу или в горах…
– Это небезопасно, – перебила я, не представляя, как еще не рожденный дракончик сумеет выжить в жерле вулкана. – Такие методы и условия…
– Если это дракон, то суровые условия только закалят его дух! – гордо воскликнул Асманд. – Если же он не выдержит, то… такова судьба. Слабакам в здешнем мире не выжить.
– Теперь я, кажется, знаю, почему драконы практически вымерли… – случайно озвучила свои мысли вслух.
– Неужели? – хмыкнул Асманд, кинув на меня убийственный взгляд. – В любом случае, – мгновенно успокоился он, направляясь к открытому окну, через которое недавно ворвался в кабинет, – через пятьдесят лет я вернусь. А пока… постарайся хотя бы не разбить. – И молодой мужчина исчез из виду, выпрыгнув наружу.
В кабинете остались я, Варди и… яйцо. Причем и на моем лице, и на мордочке тигренка, как ни странно, появилось одинаковое выражение. Асманд, значит, любитель свободы.
Дети – обременение? Еще слишком молод? Что же говорить обо мне?
А если драконам нужна мана для роста и развития, то не выгоднее ли держать яйцо поближе к себе, чтобы детеныш побыстрее вылупился? Хотя, учитывая тот факт, что именно этого они не хотят… понятно, почему яйца прячут где попало.
А на сей раз вообще передали человеку.
– Невероятно… – прошептала я, потирая виски.
Передо мной возникла очередная проблема: сохранить яйцо в течение ближайших пятидесяти лет и составить план относительно того, как об этом проинформировать супруга и будущих наследников.
Обошла стол и шагнула к высокому черному яйцу. А оно в принципе живое? Напоминает огромный круглый камень. Наверняка донельзя затвердело за последние двести лет. Потому и выглядит так.
Возможно, и через два века из него никто не вылупится.
– Похоже, ящерица считает, что может сбрасывать к тебе всякий мусор. Очень удобно! – ухмыльнулся тигренок, пользуясь случаем задеть меня. – Вот оно – твое доверие к драконам. Сплошное высокомерие. А меня, как обычно, недооценивают.
– Я и Эджил позволяем тебе спать на нашей кровати, – справедливо заметила. – Как по мне, это высшая степень доверия.
Варди вновь что-то еле слышно заворчал, неохотно соглашаясь с моими словами. Пока он продолжать бубнить себе под нос, я опять посмотрела на яйцо. Захотелось прикоснуться к окаменевшей поверхности и почувствовать под пальцами шероховатость. Однако стоило мне дотронуться до скорлупы, как я мгновенно ощутила тепло. Приятное и уютное.
Оно живое.
Что ж… спрятать яйцо в магической шахте не составит труда. Оставим его около кристаллов – и пусть дожидается родителя пятьдесят лет. Сомневаюсь, конечно, что в ту пору прекрасную мне повезет еще существовать, но… А?
Не успела я убрать ладонь, как под скорлупой ко мне навстречу начало что-то пробиваться. Сильно и требовательно. Будто кто-то всеми силами пытался сказать: «Я здесь!»
Изначально стук напоминал удары в стенку. Я отдернула руку. В итоге яйцо не выдержало и треснуло. Не прошло и пары минут, как приличный кусок окаменевшей скорлупы упал на пол, а из образовавшегося проема показалась черная голова новорожденного дракончика.
– Не может быть… – прошептала я, не зная, как быть дальше. – А как же… пятьдесят лет?
– Вот кукушка чешуйчатая, – рыкнул Варди, уставившись на совсем молоденького и неопытного дракончика.
И я была на все сто процентов с ним согласна.
– Хм… Эджил будет… озадачен.
