Магия уюта - Дина Зарубина
Но он был бы настойчив! Он маг, она магичка, по статусу они равны. А ее ум и знания стоят очень дорого! Для него – дороже короны Кэллавейна. Да дело и не умениях и способностях… у него будто сердце вырвали, когда она уехала. Он просто сразу не понял. А теперь забилось снова, когда он ее увидел. Такая… она просто невозможно красивая! Ее будто солнце облило своими лучами, подарив сияющий контур. Он даже не заметил, что она замотана в грубую монастырскую тряпку, разве это важно, когда у человека душа светится? Жива, здорова, рядом… ему казалось, что их сердца бьются совершенно одинаково, в унисон.
Они бы заключили помолвку, а через полгода поженились бы. Проклятие снято, теперь он может жениться, не опасаясь за будущее своих детей. Ирма точно не будет против детей, она даже вела занятия с ними.
Королевская кровь! Слова упали, будто молотом по голове. Даэнир благородный, он введет ее в род. Даже если сам Роланд будет против.
Но они оба точно примчатся посмотреть на новую родственницу. Увезут ее в столицу. Представят ко двору. И женихи выстроятся в очередь длиной с гору Чируту! Все рода, от знатных до захудалых, отправят неженатых отпрысков в столицу. Плохо ли, заполучить в род кровь Стапритов? И его место, привинциального дворянина и выгарка, будет в самом конце той очереди. Король, хоть и обещал титул за воздухолет, но что значит свежеиспеченный барон против герцога с вереницей благородных предков?
Габриэль стиснул зубы. Беременна. Она беременна. О, эта деталь не оставноит потока желающих назвать ее женой. Ни на минуту! Порадуются что не бесплодна, вот и все. Она кого-то называла любимым, целовала обнимала, ласкала и нежила… отлдала свое сердце. В случайную связь он не поверит. Ирма не такая девушка, чтоб легкомысленно относиться к близости. Это глубокое, искреннее чувство… кого она любит? Кому отдала себя?
– Гэбри? – Даниэль заглянул с тревогой в глаза. – Ты рычишь, как дракон.
– Простите, – пришел в себя Габриэль. – Как подумаю, что они могли сотворить с Ирмой, кулаки сами сжимаются. Такая замечательная девушка! И эти подонки…
В глазах всех мужчин он увидел полное понимание. Подонки точно получат по заслугам. И по печени. Габриэль вздохнул и стал внимательно слушать предложения Данкайра.
Гондола не резиновая, армию он не увезет, к тому же один из преступников очень крупный, значит, кроме команды, шесть-семь бойцов. Лучших бойцов управления.
***
Тармель угрюмо смотрел в окно. Из бани их на следующее утро переселили в пансионат донны Оливии. Полицейские бывшими не бывают, бдила донна за ними не хуже ястреба. Женщины не служат в полиции? Это вы им скажите! Многое есть, что мужчина не сделает, не подберется, так что служат… и диверсантками, и шпионками, и оперативными работниками. Мало их, конечно, но есть. И даже на пенсию выходят с выслугой лет, с привилегиями и наградами. Подружка донны Стафф, кстати говоря.
Ей Тармель отдал прошение о возвращении имени. И Джастин сдал. А Нелли хмыкнула, что ей и так все нравится. Еще здесь поселили Кая и Брайана, звезда Нелли почти в полном составе собралась. Но они старше, с ним неинтересно. Сидят большей частью, взявшись за руки и гоняют энергию. А может, мысленно разговаривают. А Дункан в Омеруру, в лечебнице. Девчонки вообще ухитрились уехать в Лундази и стать королевскими воспитанницами. Аймара ищут. Распалась его звезда, как распалась его жизнь. Снова. Сначала утрата маминых рук, тоска по дому, кое как собравшись он принял новую жизнь. И она снова разрушилась! Всех наставников убили. За что? Кто теперь будет их учить? Менталистов мало. Они часто сходят с ума, перегрузившись чужим мусором.
Единственный зрослый, кто чего-то стоил и остался в живых это донМалакаль. Он попросит его поискать сестру. Да. Больше ему ничего не остается. В город не пускают, книжки он все уже прочитал. Он от скуки вчера даже окно помыл в своей комнате, как Ирма учила. И все утро теперь учил старших, как это делать.
– Тут мальчик просил ему вернуть имя, – раздалось в коридоре. – Знаешь какое?
Ответили тихо и неразборчиво.
– А вот и он! – дверь распахнулась.
На пороге встала донна Стафф, орлиным взором тут же осмотревшая учеников, и…
– Ирма! – закричал Тармель.
– Здавствуйте! О, Лемиан, привет! – шевельнула Ирма пальцами.
– Ирма, ты что, меня не узнала?! Я Тармель! – закричал Тармель.
Ирма уставилась на него, зрачки ее засширилсиь, губы побелели, и она осела у ног донны Стафф.
– Ну вот и ладушки, – довольно сказала донна Стафф. – Деточка, сбегай за нашатырем к донне Оливии, – обратилиась она к Нелли. – А ты намочи полотенце, – скомандовала она Брайану.
Тармель кинулся к Ирме, схватил за руку. Какие у нее холодные руки! Нет он больше никуда ее не отпустит, она такой слабой раньше не была! Теперь у нее есть он, и он будет ее защищать!
45
Виола любовалась заходящим солнцем. В голове бродили слова, кипели, сталкивались друг с другом, стремясь выплеснуться строками нового стихотворения.
После того, как с ней поговорила королева, Виола до сих пор не могла придти в себя. Она творец? Боги, да ее все время за это ругали! За творчество! И королева оказалась совсем не похожа на королеву, простая и прямая девушка, чуть постарше Виолы.
Ее избавили от тягостного брака, да только за это она для королевы что угодно сделает!
Сколько Виола помнила, дома было всегда холодно, она только с книгами чувствовала себя живой. Ровесники сторонились и не понимали ее, ей было скучно с ними. Бегают, кричат, толкаются, как животные… Отец брезгливо морщился, а мать поджимала губы, когда шестилетняя Виола пыталась им прочитать очередное стихотворение. Впрочем, к дням рождения оба требовали красивых стихотворных поздравлений.
А у нее рука не несла хвалить их, прославляя доброту, ум, великодушие... Были бы они хотя бы справедливы, ей больше ничего не нужно было! Но вот у других дети, как дети, куклы, пони, платья, бантики, а ты моль бесцветная, дурочка малохольная!
В десять мать решила радикально исправить упущение в характере дочери. И сожгла все ее книги, тетрадки, наброски и заметки. Читать и писать ее учили не для того, чтоб она
