Я бы тебя не загадала - Алекс Хилл

после пар, везет обедать в квартиру, где я уже чувствую себя как дома, или в какое-нибудь кафе, потом мы едем в караоке, чтобы он мог заниматься рабочими вопросами и бумажками, а я – домашним заданием. Поздние вечера мы проводим в баре или недолго катаемся по городу, болтая, а иногда просто слушая музыку, выбор которой мне нередко удается отвоевать. Не могу сказать, что все становится просто и ровно, кочек хватает. Некоторые темы так и остаются запретными, их приходится обходить, как с моей, так и с его стороны, но это не мешает нам двигаться дальше, узнавать друг друга, привязываться, притираться. Отношения с Никитой совсем не похожи на те, о которых я когда-то мечтала, никаких милых глупостей, романтичных обещаний, нежных сообщений с пожеланиями добрых ночи или утра, но это не значит, что мне чего-то не хватает. Никита умеет предлагать альтернативу. Каждый раз после рабочей смены, закрыв караоке, он едет ко мне, и первое, что я делаю по утрам после чистки зубов, так это надеваю куртку поверх пижамы и выскакиваю на улицу, чтобы получить порцию черного огня, которая греет меня до следующей нашей встречи. Это больше, чем признания, цветы или подарки, Никита спешит не к кому-то, не с кем-то другим, а ко мне, не за сексом на заднем сиденье машины, а всего лишь за коротким поцелуем и крепкими объятиями. И с каждым днем уходить от него, прощаться даже ненадолго становится все труднее, потому что я сама пришиваю себя к нему стальными нитями, выплавленными в его пламени, стежок за стежком.

Помимо этого, в жизни случается и еще одно обновление – Левашова переезжает к своему любимому Володеньке. Через пару дней после тех роковых выходных она приходит в общагу, собирает вещи, игнорируя любые попытки поговорить, а напоследок бросает «держись от меня подальше». Не знаю, что именно толкнуло ее к такому решению, да и не слишком хочу, если честно. Поведение и реакции Вики уже давно все прояснили – никакие мы не подруги и никогда ими не были, так пусть уже каждая живет своей жизнью, тем более что моя с отсутствием Левашовой не становится хуже. У меня есть Лара, Вера и Света, общение с которыми все теплеет, а еще Вася, что шлет мемы каждый день, интересуется моим состоянием и настроением, делится своими и пару раз даже вытягивает на кофе, ведь барбершоп, где он трудится, находится неподалеку от университета. Впервые за долгое время я могу с уверенностью сказать: у меня все отлично, мне нравится, как проходят дни, нравится каждое мгновение в новой реальности. Я счастлива и с нетерпением жду того, что будет дальше.

Вечер пятницы привычно начинается с поездки в «Бешеную свинку». Теперь это место для меня почти родное, а люди, что здесь работают, хорошие знакомые, некоторых даже хочется назвать друзьями. Выбираюсь из дьявольской тачки, в которой после ремонта снова работают фиксаторы замка на передней пассажирской двери, хотя Никита все не перестает грозиться тем, что действительно спилит их, в моменты, когда между нами возникают недопонимания, а их все еще немало. Игривый ветер подхватывает мои волосы, убираю их за уши и поправляю джинсовую черную юбку, разглядывая толпящихся людей у входа в караоке.

– До открытия еще полчаса, а тут уже очередь. Похоже, идея с тематическими вечеринками была удачной, – говорю я, отмечая пышные прически девушек и цветастые ветровки парней в стиле девяностых.

– У меня других и не бывает, – самоуверенно заявляет Никита, обнимая меня за плечи, и ведет к дверям.

– О, кнопка, привет! – обращается ко мне Денис. – Чудно выглядишь, голубые тени тебе к лицу!

– Ты еще оближи ее.

– И вам здраствуйте, Никита Сергеевич, – почтительно кивает охранник, и его напарник Дима благоразумно отворачивается, чтобы скрыть веселую гримасу, а заодно открывает дверь.

Благодарно улыбаюсь, но не успеваю больше ничего сказать, потому что Никита запихивает меня внутрь. Спускаемся в зал, где уже играет музыка, официанты суетливо проверяют сервировку столов, а из-за барной стойки мне приветливо машут Максим и Андрей.

– И эти зубы сушат. Штрафануть их всех, что ли?

– За что? – Машу парням в ответ и поворачиваюсь к Никите. – За то, что ты ревнуешь?

– А есть повод?

– Не знаю, ты же бесишься, тебе виднее.

Он опасно прищуривается, вышибая воздух из моих легких. Похоже, я и правда сумасшедшая, потому что тащусь от каждого подобного момента и неистово завожусь, когда он такой: своенравный и жадный. Хватка на ладони становится крепче, Никита тянет меня за собой к кабинету, а я и не думаю сопротивляться. Свет остается выключенным, щелкает дверной замок, и я мигом оказываюсь на столе.

– И кто у нас возможный фаворит?

Возбуждение растекается по венам, смешиваясь с кровью. Получаю жесткий и подчиняющий поцелуй, сильные руки стискивают бедра до легкой боли, и мой беззастенчивый стон вибрирует на влажных губах. Я уже определенно вошла во вкус, вряд ли, конечно, могу посоревноваться в развратности с самим Никитой Сергеевичем, но теперь смело встречаю каждый из его похабных маневров, будучи готовой ко всему.

– Ну давай, малышка, говори. – Никита стягивает с меня куртку и бросает ее в сторону дивана. – Кто из них?

– А то ты сам не знаешь. – Кладу руки поверх его плеч, прогибаюсь в спине и ерзаю от нетерпения.

– Знаю, но… – Укус обжигает шею, запрокидываю голову, плотно сомкнув губы. – Ты еще эту юбку дебильную напялила, как будто мне без того головняков мало.

И это правда, последнюю неделю Никита не вылезает из кабинета, потому что, как оказалось, «Свинка» в скором времени готовится к продаже. Я не в курсе деталей, но, судя по всему, дел у Никиты действительно немало, и, к своему стыду, могу честно признаться, что нередко ловлю себя на мыслях о ревности к этой дурацкой работе. Мне необходимо больше его внимания, его взглядов, его самого.

– Хочешь, сними ее, – шепчу я.

Никита задирает юбку, разводит мои ноги в стороны и подступает ближе.

– Сниму, дома, – ворчит он, покрывая поцелуями мою шею. – Макс на смене, мы сможем уехать пораньше, но сначала…

– Конечно, – вздыхаю я, стараясь скрыть огорчение. – Работай, не буду отвлекать.

– Тогда залезай в шкаф. Так я точно не буду отвлекаться и переживать о том, что ты где-то дичь творишь, тоже не буду.

– Дичь у нас по твоей части.

– Ооо, не прибедняйся.

– Никита! – строго произношу я.

– Аня! – отвечает он в тон.

– Давай поссоримся позже?

– Согласен.

Никита отходит и включает свет, а я забираюсь на диван и, пока большой начальник работает,