Я бы тебя не загадала - Алекс Хилл
– Он не… – Дыхание перехватывает, мешая закончить фразу, зато следующая отскакивает от зубов на раз-два: – У меня все хорошо.
– Заметно, ты слишком свежая для утра понедельника, – говорит Лара, а Вера и Света ей поддакивают.
– Просто выспалась, – отмахиваюсь я, хоть и действительно потратила куда больше времени на сборы, чем обычно, а затем сама иду в наступление, желая перевести тему: – Вы-то как? Чем тогда все закончилось?
Одногруппницы принимаются делиться впечатлениями о праздничной вечеринке и ее последствиях и болтают до тех пор, пока в аудитории не появляется лектор, напоминая о том, где мы и чем обязаны здесь заниматься. Открываю тетрадь, беру ручку и вывожу название темы. Взгляд против воли снова тянется к мобильному, переворачиваю его экраном вверх, но новых сообщений все еще нет.
После завершения первой пары иду на вторую, затем в столовую на обед в компании старосты и ее свиты. Вера и Лариса до посинения спорят о том, какой процент четверок допустим для получения красного диплома, Света рассказывает забавные истории о своих котах. Слушаю девочек, смотрю на их ужимки и кривляния и отмечаю, что не чувствую ни капли кислотной зависти, ни толики скованности, ничего отягчающего и отвергающего, словно под ногами вместо смрадной помойной ямы появилась твердая поверхность. Островок еще мал, на нем непросто развернуться, но я хотя бы могу стоять, и это радует.
– Что думаешь, Ань? – обращается ко мне Лариса.
– Простите, я прослушала, – сознаюсь смущенно.
– Вечно ты где-то витаешь, – с шутливым укором качает она головой. – Темы для реферата по истории, какую хочешь?
– Разве они уже известны?
– Ты забыла, кто перед тобой?
Тепло улыбаюсь, и Лариса протягивает мне свой мобильный.
– Свободны все, кроме третьей, четвертой и седьмой, – сообщает она.
Бегло пробегаю взглядом по списку и выбираю то, о чем имею хоть маломальское представление.
– Возьму шестую.
– Отлично, – кивает Лара и забирает телефон. – Теперь можно закидывать в общий чат.
– Да начнутся голодные игры! – Вера торжественно салютует стаканом с чаем.
– Как же все-таки хорошо дружить со старостой, – хмыкает Света, ковыряясь пластиковой вилкой в коробке с салатом.
– Не забывайте об этом, когда решите посплетничать у меня за спиной.
– Да ты что?!
– Ни за что! – друг за другом отвечают девчонки, а я задумываюсь о том, что было бы здорово и впрямь подружиться с этой троицей.
– Аня, а ты что скажешь? Клятва верности старосте – важнейшая из клятв.
– За спиной – никогда, Лар, только в лицо, – серьезно говорю я.
– Принимается, – нарочито пафосно кивает она, и мы вместе смеемся.
Учебный день заканчивается семинаром по деловым коммуникациям, но я слушаю дискутирующих одногруппников вполуха, потому что меня занимает более волнующая тема. Никита прочитал мое сообщение почти час назад, но так ничего и не ответил, мастер издевок во всей красе. К концу пары от напряжения начинает неприятно жечь в желудке, поэтому я быстро прощаюсь с девчонками и в числе первых выскакиваю из аудитории, направляясь к выходу из учебного корпуса.
Спускаюсь по широкой лестнице и бреду к автобусной остановке, попутно разглядывая парковку, но черной дьявольской тачки не вижу. Может, Никита приедет к общежитию? А может, он просто козел и снова водит меня за нос? Второе более вероятно. Удрученно опускаю голову, шагая дальше, как вдруг за спиной звучит недовольное:
– Далеко собралась?!
Оглядываюсь, Никита выбирается из бордовой «Нивы», и мне хочется хлопнуть себя по лбу. Совсем забыла, что он сменил машину. Солнце становится ярче и теплее, тяжесть покидает тело, мрак – мысли. Перепрыгиваю через узкую клумбу, подхожу к Никите и останавливаюсь на расстоянии вытянутой руки. Определенности все еще нет, никаких четких границ и обозначений. Он щурится от ярких солнечных лучей, а я глупо топчусь на месте.
– Мог бы написать, что приедешь.
– Зачем бы еще я спрашивал, когда заканчиваются пары.
Пожимаю плечами, потупившись. Логично, конечно, и все равно стоило предупредить.
– Долго мне ждать? – раздраженно цедит Никита.
– Чего?
– Того, за чем я приехал.
– А зачем ты приехал?
Поднимаю взгляд, Никита ведет подбородком в сторону и глубоко вдыхает. Есть в нашем общении уже нечто постоянное – мы профессионально бесим друг друга, не прикладывая почти никаких усилий. Делаю крошечный шаг вперед, и в этот же момент рука Никиты ныряет мне за спину, чтобы притянуть вплотную.
– Так зачем? – тихо повторяю я, глядя ему в лицо.
– За этим, – говорит он, и окрыляющий неспешный поцелуй становится ответом на все вопросы, что прозвучали, и даже на те, которые я не успела задать. – Есть планы на сегодня?
– Хочешь что-то предложить?
– У нас инвентаризация. Поедешь со мной?
– Да ладно, у меня есть выбор?
– Нет. – Короткая вспышка его улыбки практически ослепляет. – Я просто так спросил, для понта. Будешь помогать мне считать тарелки.
– Я тебе не бесплатная рабочая сила.
– Ну разумеется. – В темных глазах сверкает дьявольская безуминка. – Я заплачу.
– И сколько?
– Три шоколадки.
– Ищи другую дуру!
– Мне нравится эта. – Слова разливаются по сердцу трепетным ликованием. Худшее признание, которое я слышала, но, если вспомнить, кто передо мной, вероятно, это максимум. – Садись в машину, Аня.
– Попроси вежливо.
Никита включает убийственный взгляд, тот, что ощущается как клинок у горла, только он действует на меня иначе, чем раньше. Приподнимаюсь на носки и кусаю Никиту за подбородок, затем выскальзываю из объятий и легким шагом обхожу машину, направляясь к переднему пассажирскому месту. Я определенно не дрессировщица диких зверей, не укротительница и приручительница, да это совсем и не то, что нужно. Такие, как Клим, принимают и уважают только своих, а значит, что-то подобное есть и во мне, в противном случае его самого бы здесь не было. Распахиваю дверь и сажусь в кресло, Никита занимает место водителя, но мотор не заводит.
– Еще кого-то ждем? – спрашиваю я, пристегивая ремень безопасности.
Никита косится на меня и поворачивает ключ в замке зажигания:
– Не отпускай ее.
– О чем ты?
– О кнопке храбрости.
– Ты же любишь, когда тебя все боятся, – напоминаю я.
– А ты хочешь быть как все?
Рычит мотор, автомобиль выезжает с университетской парковки. Подставляю лицо ласковым солнечным лучам и обещаю сама себе, что больше не отпущу эту гребаную кнопку, что бы ни случилось.
* * *
Не берусь придумывать название тому, что происходит, но одно знаю точно – меня затягивает с головой. Дни бегут один за другим, и я за ними не успеваю, не замечаю, как заканчивается февраль и начинается март. Я вижусь с Никитой почти каждый день, он забирает меня
