Мой. Дикий. Бывший - Аня Истомина
Член начинает вздрагивать, выталкивая сперму, а я ловлю звезды от такого яркого оргазма, которого у меня после исчезновения Машки больше и не было. Ощущение, что я кончил не только телом, но и головой.
Чувствую, как горячий язык нежно облизывает мою головку и улыбаюсь, стараясь прийти в себя поскорее. Член уже снова готов, а я все еще чувствую, как сердце выпрыгивает из груди и пульсирует в висках.
– Что ты творишь, извращенка? – усмехаюсь и притягиваю Машу к себе, нависая сверху. Целую ее губы, проникаю языком в рот, чувствуя легкий привкус своего семени. Тянусь к презервативам и разрываю пакетик. Пока раскатываю латекс по члену, ласкаю поцелуями нежное тело везде, где успеваю дотянуться.
Маша терпеливо ждет, поглаживая меня по волосам.
Приподнимаюсь на коленях, притягиваю ее к себе за бедра и медленно, толчок за толчком, вхожу в нее. Немного сбросив пар, не тороплюсь. Это Маша изнывает от еще не реализованного желания и быстро разгорается снова, а я ласкаю ее, возбуждая, входя до самого упора и замирая, а потом медленно отдаляясь обратно.
– Миша, – шепчет она будто в бреду, закрыв глаза и тяжело дыша. – Сильнее, пожалуйста.
Мечется подо мной, подается бедрами навстречу нетерпеливо, но я придерживаю, не давая набрать скорость. Толкаюсь все так же медленно. Скольжу до упора, и Маша протяжно стонет. А потом еще. И еще. Организм реагирует на ее стоны, как на хороший возбудитель, и я непроизвольно подаюсь бедрами все сильнее и резче.
Когда меня уже и самого захватывает повторный шквал похоти, не сдерживаюсь и вхожу жестко, тараня ее бедра. Маша стонет уже обессиленно и умоляюще, а потом вздрагивает всем телом, выгибается, царапая мне плечи и шею, сжимает мой член тугими мышцами. Обвивает ногами мои бедра так крепко, что я вжимаюсь еще сильнее.
Не могу удержаться и снова рычу от непередаваемых ощущений внутри нее. Дрожу, падая сверху на свою малышку и, опираясь на локти, придерживаю ее лицо и покрываю поцелуями подрагивающие губы.
Переворачиваюсь на спину, притягиваю Машку к себе на грудь и укрываю нас одеялом.
– Ты дикий, – шепчет она устало.
–Угу, – отзываюсь лениво. – Сама такая. Кошка дикая.
Нет, моя. Все это время она оставалась моей. Шею приятно пощипывает от ее меток. Я хочу ещё. И одновременно с этим кайфую оттого, что мы просто валяемся рядом. Хрупкая идиллия, которую страшно спугнуть.
Прикрыв глаза, стараюсь ни о чем не думать. Мысли путаются. Какие-то короткие обрывки фраз и образов сменяют друг друга. Ничего не понятно, как в сломанном калейдоскопе.
Распахиваю глаза под сигнал будильника и тут же выключаю его, чтобы не разбудить Машу. Ей вставать позже. Чувствую себя бодрым и отдохнувшим.
Игнорирую сообщения от Лены. Позже прочитаю. Не хочется сейчас рушить иллюзию теплого беззаботного прошлого.
Готовлю завтрак и возвращаюсь к своей спящей тигрице. Проходя по коридору, смотрюсь в зеркало, разглядывая исполосованные плечи и улыбаюсь.
Падаю на кровать и зацеловываю сонную Машку. Она вяло брыкается и мычит, а я тащу ее в ванную. Потому что я хочу, чтобы наше утро начиналось именно так. Продуктивно.
После совместного душа идём завтракать. Выпив кофе, достаю телефон и открываю отчет безопасников. Смотрю на файл и думаю, что делать. Наконец, отправляю его Маше.
Она смотрит на экран своего телефона, а затем на меня и перестает жевать.
– Ты мне сообщение прислал?
– Да. Мои спецы восстановили твой аккаунт. И все сообщения на нем. Я хотел прослушать ту переписку, что мне показали в урезанном виде, потом решил, что нужно слушать вместе с тобой. А сейчас подумал, что давай ты сама решишь, что я должен услышать из того, что ты говорила. Если вообще должен.
– То есть, если я не захочу тебе ничего показывать, ты просто поверишь мне на слово? – вижу на лице Маши явное замешательство.
39. Невеста
– Уже поверил. Иначе бы не вернулся. – Медведь по деловому серьезен и я вижу, что он не шутит.
У меня внутри все дрожит от волнения. С одной стороны, я могу доказать ему, что я не говорила слова про измену серьезно. С другой стороны, там было много обидного в его адрес и мне стыдно за свои слова. Особенно стыдно, что он их услышит.
Вот так вот, говорим сгоряча, даже не задумываясь, что будет дальше.
– Я очень злилась на тебя, Миш, – снова повторяюсь, пытаясь оправдать себя. – Там много
