Его фанатка - Анна Джейн
— И за это нужно благодарить Кея? — сонно хихикнула Нелли. — Он тот ещё козлик, да?
Если честно, она не всегда понимала, как сестра уживается с ним. Но точно знала, что Кей любит Катю до безумия.
— Он обнажает душу, когда пишет стихи, — мягко возразил Фил. — Понятно, почему он борется с нами. Но он понимает, что мы делаем общую музыку, поэтому ему нужно прислушиваться к нам всем. Если честно, мы всё время спорим во время работы над песнями. Часто ругаемся. Иногда дело до драк доходит. Но мы отлично понимаем друг друга. И мы делаем ту музыку, которая нравится нам, и это самое главное. — Он потянулся за телефоном, лежащим рядом, и случайно уронил его с дивана. Телефон со стуком упал на пол, и Нелли вздрогнула. Фил поднял телефон и снова обнял Нелли, а она высвободилась и легла головой на его колени, убрав коробку из-под пиццы.
— Почему ты так боишься темноты? — спросил он, перебирая её волосы.
— Когда мама уехала, тоже было темно, — призналась она, глядя на блики свечей в стекле. — Была плохая погода, и вырубилось электричество. Я была совсем маленькой, но хорошо помню этот день. Мама привезла меня к папе, сказала, что уедет по делам, и что приедет, когда я посплю, но не приехала. Я ждала её в темноте и боялась громко плакать, потому что думала, если мама узнает, что я плачу, то рассердится. Она не любила слёз. Я сидела с Катей и Эдом в темноте, и она рассказывала какую-то сказку. Но я не слушала её. Мне было страшно.
Пальцы Фила, перебирающие её волосы, замерли.
— И что потом? — тихо спросил он.
— Пришёл папа. Он прибежал весь мокрый из-за дождя, обнял меня и стал успокаивать, — ответила Нелли. — И тогда, наверное, я поняла, что мама не вернётся, поэтому стала рыдать в голос. Рыдала до самой ночи. Сорвала голос. Я очень ждала её. Думала, что мне нужно хорошо себя вести, чтобы она вернулась. И я изо всех сил старалась быть хорошей, но… Она так и не приехала. Мне сказали, что мама уехала по работе в другой город и что она скоро приедет, только я знала, что это ложь.
— Я не люблю осуждать людей, но твоя мама поступила неправильно, — сказал Фил.
— Она поступила ужасно — давай всё называть своими именами, — усмехнулась Нелли. — Она отвратительная мать. А я отвратительная дочь. Я долго не могла её простить, и, наверное, до сих пор не готова сделать это полностью. Эта квартира принадлежала ей, она подарила её мне на совершеннолетие. Но, знаешь, лучше бы она извинилась передо мной. Живя здесь, я всё время вольно или невольно вспоминаю её.
— Тебе было тяжело, маленькая моя, — прошептал Фил. — Ты сильная девочка, раз не сломилась.
— Рядом со мной были мои родные. Постоянно приезжала бабушка, помогала. И Катя всегда помогала. Так что не жалей меня, ладно? Это не я потеряла многое, а мама, раз так легко отказалась от меня. По крайней мере, так для себя решила я сама.
— Ты действительно сильная. Я горжусь тобой. — Фил склонился и коснулся губами её лба.
— Знаешь, я, наверное, головой я понимаю её, — вымученно улыбнулась Нелли. — Она была молодой, красивой, с большим будущим, но влюбилась в бедного художника с детьми от предыдущего брака. Наверняка беременность стала для неё неприятным сюрпризом. Думаю, она пыталась создать семью — родила меня, расписалась с папой, но быстро поняла, что не сможет так жить. Она хотела достатка, хотела наряды, хотела путешествовать, а папа жил творчеством. Деньги для него ничего не значили, а для неё значили слишком многое. К тому же вместо одного ребенка она получила троих. Наверное, поэтому и сбежала. Нашла какого-то мужика, переехала в США. Потом вроде одумалась, пыталась наладить общение, звала жить к себе, но я ни разу не поехала.
— А она приезжала к тебе? — спросил Фил.
— Нет, и самое смешное — ей не дают визу, — отозвалась Нелли со смешком. — Да и не хочу я её видеть вживую. Пока что не хочу… А у тебя милая мама, мне она понравилась. — Ей хотелось поменять тему.
— Да, она замечательная. Но, к сожалению, ей достались такие сыновья, как мы, — вздохнул Фил. — Она всё никак не может дождаться внуков.
— Скажи ей, что я быстро могу решить эту проблему, — почему-то стало смешно Нелли.
— И как же? — низко склонился к ней Фил, а она обняла его за шею, чмокнула в губы и снова попыталась защекотать.
Глава 19
Они лежали на диване, болтали, смеялись, целовались, и с каждой минутой их поцелуи становились всё горячее, а прикосновения — бесконтрольнее и откровеннее. Темнота, накрывшая их своим пологом, словно сбрасывала все запреты. Разрешала делать всё, о чём оба раньше мечтали.
Из-за поцелуев — рваных, сбивчивых, жадных — у обоих срывало дыхание. Им приходилось отстраняться друг от друга, чтобы глотнуть раскалённый, пропитанный сладостью карамели воздух, чтобы прошептать что-то тёплое, что-то важное — почти бесценное, чтобы понять: они вместе. В какой-то момент Нелли оказалась прижата обнажённой спиной к дивану с заведёнными за голову руками, которые Фил легко удерживал, нависнув над ней.
Она смотрела на него снизу вверх и улыбалась — так, как улыбаются только любимому человеку. Её волосы разметались, грудь глубоко вздымалась, а в глазах застыла нежность. На них обоих не было футболок — как они от них избавились, Нелли не помнила.
— Ты красивый, — прошептала она, не отрывая взгляда от человека, по которому с ума сходила. — Ты такой красивый.
Фил покачал головой.
— Нет, это ты красивая. Безумно. Сама не знаешь, насколько.
Не отпуская её рук, он склонился к Нелли, с упоением вдохнул аромат её волос и снова поцеловал. Волнующе-медленно, с предвкушением, наслаждаясь каждым мгновением. То отстраняясь и едва касаясь её губ, то делая поцелуй глубоким, почти сумасшедшим. То целуя в шею, то задерживаясь губами на ямочке между ключицами, то лаская грудь и невольно заставляя девушку выгибать спину.
Фил
