Только с тобой. Антифанатка - Анна Джейн
«Дуры старые! Что вы несете?! Да не лез я никуда!» — завопил Артур и подавился водой, которая попала ему прямо в рот. Если бы не подоспевшие лысый со своими парнями, его бы точно забили. Однако те умудрились отбить Артура, усадить в «Джип» и уехать со двора под вопли негодующих бабок. Рыжую они упустили, но вот-вот должны были пробить местонахождение по номеру машины. Артур всей душой надеялся, что Наташу они найдут быстро. Иначе Альберт взбесится.
Наташу Артур помнил еще со школы — она была одной из самых красивых девчонок, только с королевами школы не тусовалась, крутые шмотки не носила и по клубам не ходила. Общалась с какими-то отбросами. И парень у нее был отбросом, какой-то патлатый музыкантик. Альберт запал на нее, когда вернулся из частной английской школы, но эта Наташка его динамила. Артура это веселило — король всея школы Альшевский не мог заполучить какую-то обычную девку. Другие парни из их компании тоже втихую ржали над Альбертом. Он всегда был высокомерным засранцем, который многое о себе возомнил. И наблюдать за его неудачами было весело. Как-то раз перед днюхой Альберта кто-то из пацанов прямо сказал ему, мол, ты такой крутой, все телки по тебе сохнут, а рыжая с другим встречается. Альберт пришел в ярость. Дело даже до драки дошло. После этого, правда, что-то произошло, и Альшевский про Наташку словно забыл. Дело явно было нечисто, но Артуру было всё равно. Он и думать забыл о рыжей, но она опять появилась в жизни Альберта — спустя года два. Вместе со своим патлатым. Вернее, это Альберт появился в их жизни. Но это уже совсем другая история.
Едва Артур подумал об Альшевском, как тот позвонил. Он поежился — разговаривать с боссом не хотелось. Рыжая-то не у них.
— Отвечать-то будешь? — спросил лысый, слыша, как надрывается телефон Артура.
— Буду, — недовольно ответил тот, прочистил горло и всё же принял звонок:
— У нас накладочка вышла, Альберт.
— Какая? — спросил холодный мужской голос.
— Девка сбежала, — чуть помедлив, ответил Артур.
Альберт расхохотался — резко и внезапно. И так же внезапно замолчал.
— Серьезно? Как же это получилось? — полюбопытствовал он деланно спокойным голосом, за которым крылась ярость.
— Случайно, — промямлил Артур.
— Удивительно. Ну-ка, поведай мне, как одна девка может случайно сбежать от четырех здоровых мужиков?
— Она, наверное, увидела нас из окна, переоделась в бабку и сбежала вместе с каким-то типом, — нехотя признался Артур. — Они сели в тачку и уехали. Мы номер пробили, ищем теперь. Ты не кипишуй, мы ее найдем.
— Погоди, повтори-ка — в кого она переоделась? — спросил Альберт.
— В бабку, — промямлил Артур.
— Это типа какой-то рофл? Тебе кажется, что это смешно — шутить надо мной? — Холодный голос стал пугающим. По спине Артура поползли мурашки.
— Н-нет, Альберт, ты что! Понимаю, что это кажется шуткой, но она реально переоделась в бабку! — торопливо поведал он, думая, что сейчас босс начнет орать, как обычно. А тот вдруг снова рассмеялся.
— Узнаю крошку. Она всегда была неординарной. Поймай ее. И быстро. Или сам знаешь, что будет.
— Мы найдем ее, обещаю, — заверил Артур, мысленно проклиная Альберта. Работа на Альшевского приносила много бабок и власти. Только терпеть его было сложно.
— Не разочаровывай меня, — медленно проговорил Альберт.
— Не будет такого! Не переживай!
— Переживать должен только ты, пес. О своей шкуре, если не найдешь Наташу. И не заберешь у нее флешку.
— Всё сделаем! Клянусь, — скривившись, пообещал Артур.
— Клятвопреступников убивали. Так что сдержи клятву, дружок, — напоследок сказал Альберт и отключился.
— У аптеки остановите! Я же просил! — заорал Артур, злой на весь мир.
* * *
Глафира Фроловна вместе с боевыми подругами и весьма потрепанным жизнью участковым переступила порог собственной квартиры. В комнатах царил полный кавардак. Как будто черти носились табунами из угла в угол, а потом хороводы водили. Всё было разбросано, а кое-что даже разломано! Дверь в ее комнату, которую она всегда тщательно запирала, выбита! Наташка пропала. Украла старую одежду и сбежала с каким-то наркоманом, оставив вещи.
— Обворовали бабушку! Забрали последнее, ироды поганые! И Христа на вас нет, и Сталина! — завывала Фроловна, время от времени потрясая кулаком. — Чтобы вас передрючило-перекосило!
То и дело искусно поминая чью-то мать, а также прочих родственников, Фроловна бросилась к платяному шкафу — проверять, целы ли ее «похоронные». Оказалось, что целы. И украшения старые никто не тронул. Только старая одежда пропала. И что произошло, никто не понимал. Всё происходящее казалось фарсом.
Разбирательство длилось долго — не только с участковым, но и с оперативниками, которые приехали ему на подмогу. В конце концов, квартиру взломали.
— Что еще, кроме ваших платьев, пропало? — вздохнул один из мужчин в штатском, которому Фроловна со своими воплями порядком поднадоела. Она то и дело орала, вспоминала былое и хаяла власть — мол, развели беспредел, довели страну!
— Чего пропало… Пирожки мои пропали! — опомнилась бабушка и заозиралась по сторонам. — Точно! Нет нигде! А я, милок, целый таз напекла! А их какая-то наглая рожа сожрала! Чтоб ей подавиться, тьфу.
Оперативник очень нехорошо на нее посмотрел, но промолчал. Помнил видео, которое снял кто-то из очевидцев, как Фроловна с толпой подружек набросилась на мужика и отходила его клюкой. Бабка, по его мнению, была боевой. И врезать промеж глаз могла спокойно.
— Как думаете, зачем эти люди залезли в вашу квартиру? — со вздохом спросил оперативник. — Вам ведь они незнакомы, эти мужчины, так?
— А я почем знаю, милок? Может, нанял их кто. Так я знаю, кто! — Озаренная Глафира Фроловна склонилась к его плечу и зашептала: — Тут у нас сатанисты живут наверху.
