В пределах досягаемости - Рут Стиллинг
— На этом снимке она просто заливалась смехом, — говорю я, указывая на фотографию посередине. — Ты поймала идеальный момент.
— Они действительно потрясающие, — голос моей девушки полон удивления.
Я разворачиваю её к себе, обхватывая руками задницу. Она обвивает ногами мою талию, крепко обхватив руками мой затылок.
— Ты полностью переделал пентахус?
Я киваю.
— Даже полотенца в ванной теперь подходят по цвету ко всему остальному.
Запрокинув голову, она громко смеется, и, чёрт возьми, мог бы я проигрывать этот звук на повторе всю оставшуюся жизнь.
Более того, я молюсь, чтобы мне довелось слышать это вживую до того дня, когда я покину эту землю.
— Хочешь посмотреть мою любимую комнату? — спрашиваю я.
Билли обводит рукой пространство открытой планировки.
— Честно говоря, я не уверена, что ты смог бы превзойти это.
Ведя нас по коридору, который был отделан в том же стиле, что и гостиная, я нажимаю локтем на дверную ручку и прошу Билли щелкнуть выключателем прямо перед ней.
— Боже мой, — обеими руками она закрывает лицо, и я притягиваю её ближе к себе, когда она настолько теряется от эмоций, что забывает держаться за мою шею.
— Что ты об этом думаешь?
Билли поджимает губы, на глазах появляется ещё больше слез.
— Я думаю, это мечта каждой маленькой девочки.
Комната оформлена в нежно-розовых, словно сахарная вата, тонах. Повсюду кружевные оборки и рюши. У стены стоит огромный кукольный домик со всей необходимой мебелью — такой, о котором Блейк сможет только мечтать, когда подрастёт достаточно, чтобы играть с ним.
— Эммет... — Билли поднимает глаза к золотым звездам на потолке спальни. — Они прекрасны.
Я заправляю прядь волос ей за ухо. Всё, чего я хочу, — это быть рядом со своими любимыми девочками 24/7.
— Поэтому, когда Блейк будет засыпать, это будет последнее, что она увидит перед сном, а когда проснётся — первое.
Причиной этой идеи были воспоминания о том, как я впервые проснулся и увидел лицо Билли. Каждый человек должен открывать глаза утром и видеть что-то прекрасное.
— Я хочу, чтобы наша малышка всегда стремилась к своим мечтам. Неважно, станет ли она профессиональной футболисткой, как Кендра и Дженна, адвокатом, как её мама, или выберет совершенно другой путь. Я дал тебе обещание, Билл. Обещание, что я всегда буду здесь, и я хотел показать вам, насколько серьезно я отношусь к этому, превратив свой пентхаус в наш дом.
Ей требуется секунда, чтобы осознать то, что я только что сказал.
–
Наш
дом?
— Наш дом, — повторяю я.
Я веду нас обратно в гостиную и сажусь на диван, а Билли садится на меня верхом.
— Когда плей-офф закончится, и у меня будет время помочь тебе собрать вещи, а доставка пиццы с ананасами будет у нас на быстром наборе, я хочу, чтобы вы обе переехали жить ко мне.
Меня встречает тишина, хотя она не вызывает у меня беспокойства. Билли потрясена, я вижу это по её глазам.
Двигаясь губами вверх по её шее, я задерживаюсь на мочке её уха.
— Пока другие строят догадки и считают, что ты для меня всего лишь замена прошлым отношениям, я точно знаю одно: ты — моя родственная душа, — я кладу её ладонь на татуировку с восходом солнца у себя на груди. — Я знаю, что Скотт сомневается в моей любви к тебе, и я собираюсь сделать своей жизненной миссией доказать, что он ошибается, любя его дочь сильнее, чем какой — либо мужчина прежде. Если ты хочешь моё сердце, тогда оно уже твоё. Если ты хочешь мою жизнь, тогда она уже вращается вокруг тебя и Блейк. А если ты захочешь от меня детей, — я ухмыляюсь, мой член становится твердым от этой мысли. — Тогда я буду счастлив поспособствовать этому.
— Ты хочешь, чтобы мы переехали к тебе прямо сейчас? — ошеломлённо спрашивает Билли, извиваясь у меня на коленях, и, боже, я отчаянно хочу оказаться внутри нее.
— Как можно скорее. Если ты готова, то и я готов строить нашу дальнейшую жизнь вместе.
Тихий всхлип Блейк даёт понять, что малышка начинает просыпаться после дневного сна. Билли бросает взгляд в сторону коляски, а затем снова переводит всё внимание на меня.
— Тебе не обязательно отвечать сразу. Ты всегда можешь подумать над этим.
— Мне не нужно ничего обдумывать, Эм.
Тревога накрывает меня мгновенно, пока я жду её решения.
Когда она обхватывает моё лицо ладонями, у меня появляется предчувствие, что мне понравится её ответ.
— Не проходит и секунды, чтобы я не скучал по тебе, когда тебя нет рядом. Да. Да, мы хотим переехать к тебе... — её ранее оживленный тон становится более страстным, большие зеленые глаза горят желанием. — И когда Блейк сегодня ляжет спать, я хочу, чтобы ты выполнил то, что обещал, когда мы в последний раз были в этой позе.
Я опускаю взгляд, желая, чтобы моя девушка была обнажена и растянулась передо мной прямо сейчас.
— Скажи мне, чего ты хочешь, мамочка.
Наклоняясь, она облизывает мою нижнюю губу.
— Я хочу, чтобы ты наклонил меня над нашей кроватью и медленно взял мою задницу.
— Билли… детка…
Я прикусываю костяшки пальцев, когда делаю шаг назад и наслаждаюсь потрясающим видом. Моя девушка, одетая в мою майку и крошечные черные стринги, ждет на четвереньках, когда я буду играть с её телом всю ночь.
Чёёёёрт.
Нет никаких шансов, что я переживу следующий час.
— Тебе нравится то, что ты видишь? — дразнит она, шире раздвигая колени на кровати.
Я, блядь, потерял дар речи. Темно-синяя майка идеально подчёркивает её светлую кожу, а густые тёмно-рыжие волосы перекинуты через одно плечо, так что я могу прочитать свою фамилию у неё на спине.
— Как далеко ты хочешь зайти сегодня ночью? — спрашиваю я, проводя рукой по губам.
Заведя руку за спину, она оттягивает стринги в сторону, обнажая идеальную блестящую киску.
— Я хочу, чтобы у меня болело несколько дней.
Я делаю один шаг вперед и хлопаю ладонью по её заднице, отчего ее кожа тут же краснеет. Она прикусывает нижнюю губу, желая большего.
Опускаясь на колени, я снимаю ее стринги и отбрасываю их в сторону.
— Ты моя маленькая развратница, да, Билл?
Она хнычет, когда я раздвигаю её ягодицы, а затем и киску, проводя языком от одной дырочки к другой.
— Если это означает, что ты трахнешь меня в задницу сегодня вечером, тогда я буду такой, какой ты захочешь.
Если бы я уже не был голым, то испортил бы свою
