Капитан Фантом. Том 2 - Поль Анри Феваль

Кошта. Он разделался с ним, не тронув ни одного волоска на его голове. Совершив этот акт возмездия, он вошел во вкус. Отныне он думал только о Фаресе. Он мечтал до него добраться. Он чувствовал, что тот уже где-то рядом.

– Место освободилось, – бормотал Жибоз, шагая по дороге. – Фарес должен прийти за сокровищами.

Ему и в голову не пришло, что Черный Комин должен был исполнить свой солдатский долг и принять участие в битве. Жибоз вообще не рассуждал. Он просто чувствовал.

Когда он добрался до замка Кабаниль, утреннее солнце уже освещало верхушки башен. Жибоз остановился. Вокруг царила абсолютная тишина. Он присел на пороге потерны. Через несколько минут где-то поодаль послышались шаги.

Лазариль очнулся от дремы, резко вскочил и пробормотал:

– Фарес!

Затем он поднялся по узкой лестнице и затаился.

Но это был еще не Фарес. Это был Блас де Кабаниль, который возвратился в дом своих предков.

Однако инстинкт не обманул Жибоза. Черный Комин пренебрег своим долгом солдата и уже приближался. Он шел за Богатым Человеком от самой Талаверы, выдерживая дистанцию в четыреста шагов. Дойдя до стены замка, он разулся.

Затем он огляделся и узнал этот угол, образованный стеной, сомкнувшейся со скалой. Именно здесь он ударил кинжалом Сезара де Шабанеля, а затем похитил Бланш де Кабаниль. Обычно он старался не попадать в это место. Но сегодня ничто не внушало ему страха.

Он прошел босиком по тропе и подошел к входу в потерну.

Лестница освещалась невидимым светом, идущим откуда-то снизу. Черный Комин бесшумно спустился по винтовой лестнице и двинулся в сторону источника света.

Жибоз пошел за ним.

Шедший впереди Богатый Человек не слышал шагов Черного Комина, который двигался босиком. Черный Комин не слышал шагов Жибоза, который крался на цыпочках.

Добравшись до круглого помещения, служившего своего рода вестибюлем подземелья, дон Блас де Кабаниль остановился. Он был очень удивлен. Одна из четырех дверей была открыта. Он опустил лампу, внимательно посмотрел вниз и сразу обнаружил чей-то свежий след.

И его преследователь, и тот, кто опередил его, шли босиком. Он встал на колени, чтобы лучше рассмотреть, четко отпечатавшиеся в сырой земле пальцы стопы.

– Какая же она пророчица, – пробормотал дон Блас, – если не сумела предсказать свою собственную участь?

Он поднялся и продолжил путь.

Ниша, как и дверь, тоже была открыта. Следы босых ног обнаружились также на лестнице, которая вела на второй этаж подземелья. Здесь находилась площадка, в центре которой стояла колонна, украшенная латинской надписью: «Inde Castrum» (Отсюда берет свое начало замок).

Плита на полу была поднята и в свете лампы виднелись ступеньки маленькой спиральной лестницы.

Богатому Человеку стало ясно, куда подевался план подземелья, хранившийся в библиотеке и предназначенный для графа Анхеля де Кабаниля. Этот план в случае отсутствия графа должны были передать донье Марии Бланке[48], а при ее отсутствии – донье Марии Хоакине де Кабаниль, а при ее отсутствии – Карлу Бурбону, королю Испании и обеих Индий.

Маркиз продолжил спускаться вниз. Маленькая лестница привела его в лабиринт с низкими сводами, расположенный на третьем, самом нижнем этаже подземелья. Следы босых ног были видны на всем протяжении лабиринта.

Судя по всему, это был не первый визит Высокой Женщины.

В конце лабиринта в металлической стене, которую не смогли преодолеть Хоакина и Лилиа, виднелся широкий проход. Он образовался благодаря тому, что вскрыли две двери, одна из которых открывалась внутрь, а другая наружу.

Богатый Человек остановился во второй раз и произнес:

– Железная статуя сделала свое дело.

За второй дверью, вокруг замочной скважины которой была выведена надпись: «Mientras mi vida, ninguno fuera de mi» (Пока я жив, никто, кроме меня), находился открытый круглый колодец.

Но никакой железной статуи, о которой он упомянул уже второй раз, не было и в помине.

Дон Блас наклонился над колодцем. Там зияла черная бездонная пустота. Разогнувшись, он ухватился двумя руками за толстую створку двери, намереваясь закрыть ее, но передумал и пробормотал:

– Нет… нет… я не желаю видеть ее мертвой.

Он прошел дальше. Лампа высветила длинную галерею, по бокам которой были устроены углубления, расположенные на манер церковных приделов в соборе. В каждом таком приделе хранились сокровища, накопленные в течение жизни одного из Богатых Людей.

Груды золота лежали открыто и на виду. В углублениях стояли мраморные столы, по форме напоминавшие алтари, на которых лежали драгоценности маркизов де Кабаниль.

На фронтоне каждого бокового придела золотыми готическими буквами было написано имя Богатого Человека, накопившего сокровища, находившиеся в соответствующем приделе.

Слитки золота и серебра были привезены из Нового Света, где семейство Кабаниль в течение трехсот лет владело золотыми и серебряными шахтами.

Бросались в глаза два придела, заполненные сокровищами на высоту человеческого роста.

Они носили имена Хуана II и Хуана III де Гвадалупе, пятого и шестого маркизов де Кабаниль, каждый из которых управлял испанскими владениями в Перу.

Однако один из приделов был пуст. Он носил имя Родриге де Гвадалупе, четвертого маркиза де Кабаниль. На абсолютно пустом алтаре виднелась надпись:

«Дон Родриге накопил сокровища, на которые можно было бы купить его величество Филиппа II Австрийского, короля Испании и обеих Индий, и потратил эти средства на приобретение железной статуи, которая охраняла сокровища мавританских королей в Севильском Алькасаре».

Но никакой статуи не было и в помине.

Куда же делась статуя, за которую отдали целую гору золота?

С железной статуей замка Кабаниль была связана одна из легенд этого рода.

Во времена, когда переживали расцвет великие восточные цивилизации, а мавританское великолепие соперничало с имперскими чудесами Константинополя, халиф Абдерам, властитель Испании и Северной Африки, призвал к себе греческого умельца Хриза,