Элиана посмотрела на Райгара.
— Вы готовы к тому, что теперь всё станет сложнее?
Он усмехнулся.
— После недели брака с вами меня трудно испугать сложностями.
— Недели?
— Кажется, прошла вечность.
— Очень лестно.
— Я имел в виду
— Знаю.
Он посмотрел на её руку, на кольцо.
— Я всё ещё иногда не верю.
— Не злоупотребляйте неверием. Могу снять.
— Я буду вести себя достойно.
— Сомнительно, но посмотрим.
К площади подошла женщина из нижнего квартала — мать Милоша. Рядом с ней шёл сам мальчик, всё ещё с перевязанной рукой, но уже розовый, живой, смущённый. Он держал в руках маленький фонарь.
— Княгиня, — сказала женщина.
— Мы хотели поставить его у дворца. За тех, кто выжил.
Элиана опустилась перед мальчиком на корточки.
— Ты сам сделал?
Милош кивнул.
— Папа помог. Немного.
— Красивый.
Фонарь был неровный, деревянный, с серой веточкой, вырезанной сбоку. Внутри горела крошечная свеча.
— Это вам, — сказал мальчик.
— Чтобы вы не забыли дорогу к нам.
Элиана не сразу смогла ответить.
Райгар стоял рядом, молча.
Она взяла фонарь обеими руками.
— Не забуду.
Мальчик посмотрел на Райгара.
— А вы тоже приходите. Только не горите сильно.
Кайрен где-то за спиной закашлялся от смеха.
Райгар совершенно серьёзно кивнул.
— Постараюсь.
Элиана, не глядя, сказала:
— Ненавижу это слово.
Милош удивлённо посмотрел на неё.
Райгар наконец улыбнулся.
— Тогда сделаю.
Мальчик остался доволен.
Когда женщина и ребёнок ушли, Элиана поставила фонарь у основания нового круга.
Маленький человеческий огонь рядом с древними знаками выглядел почти смешно.
И абсолютно правильно.
Райгар тихо сказал:
— Вот зачем горит пламя.
Элиана посмотрела на фонарь.
— Чтобы кто-то нашёл дорогу домой.
— Да.
Она взяла его за руку.
Перед всем городом.
Не потому, что должна была.
Потому что захотела.
Над Альтароном поднимался новый день. Пепел ещё лежал на крышах. Раны ещё болели. Суд над прошлым только начинался, и впереди ждали Серебряная ветвь, Золотая, Моргрейн за границей круга, восстановление Вейров и тысячи трудных решений.
Но Элиана больше не была ненужной женой красного дракона.
Она была женщиной, которую пытались продать, но не купили.
Женщиной, которая прошла через огонь, пепел, память и кровь — и не стала ни оружием, ни жертвой.
Женщиной, которая выбрала остаться не потому, что ей некуда идти.
А потому, что рядом с ней наконец стоял тот, кто учился не держать.
Райгар сжал её пальцы.
— Рядом? — спросил он.
Элиана посмотрела на город, на круг, на маленький фонарь Милоша, на серую ветвь в новом знаке, на красное пламя, которое больше не требовало покорности.
И ответила:
— Рядом.
